Свергнутые боги - Олег Аникиенко

Инспектор Иванов отрицательно мотнул головой.

– Видишь, Серый, твой старший знает, что в ПДД нет такого пункта, – назидательно пояснил реакцию капитана Стольник.

– Как это нет? Должен быть! – не поверил молодой.

– Что вам от меня нужно, никак не пойму, – в непонимании вскинул руки Стольник, – почему меня остановили, не назвав причину остановки? Если собираетесь досматривать машину, то почему не составляете акт досмотра? Не приглашаете понятых? Когда начнете действовать по закону, тогда и продолжу с вами беседовать. Пока меня остановили двое подозрительных субъектов, не предъявивших служебные удостоверения, не знающие служебной инструкции и даже правил дорожного движения.

– Но-но! Попрошу без оскорблений, мы вам не субъекты, а сотрудники ГИБДД, в форме и представились по форме, – откашлялся Дмитрич, заговорив милицейскими стихами.

– И мы вас не собираемся досматривать, – поддакнул Серый, – просто осматриваем, для этого свидетели не нужны.

– А вы мне, Дмитрич, не нокайте, я вам не конь в пальто, – перестал улыбаться Стольник. – Если хотите осматривать, то осматривайте, кто вам не дает, снаружи и через стекла салон можете осмотреть. А нарушать закон я вам не позволю. Может, вы мне сейчас наркотики подбросите или боеприпасы?

– Нам нарушать закон? Да ты вообще кто такой? – возмутился Иванов.

– И откуда нас знаешь? – поддакнул Серый.

– А если я просто водитель? – предположил Харитон. – Фильмы я просто правильные смотрю и законы знаю.

– Да мы сейчас сами машину досмотрим, – вылез вперед молодой.

– Попробуй, – предложил Харитон.

– Ну и попробую, – ерепенился Серый, – как это чинить препятствия инспекторам при исполнении служебных обязанностей?

– Досмотр автомобиля без протокола и без понятых квалифицируется статьей 19.1 КоАП «Самоуправство». Если вы самовольно откроете двери салона или крышку багажника, начнете рыться в бардачке, то я буду вынужден позвонить в милицию и сообщить о незаконном обыске в моей машине.

Инспектора в полном недоумении переглянулись.

– Ну, где мы тебе понятых найдем? – развел руками Дмитрич.

– Не тыкайте мне. Я же вам не тыкаю! Поиск понятых лежит на плечах сотрудников дорожной полиции, и где их искать, это ваши проблемы. После пяти минут бездействия инспектора я опять-таки должен буду сообщить по номеру милиции с целью зафиксировать факт о нарушении статьи 12.35 КоАП «Незаконное ограничение прав на управление ТС». – Стольник был очень доволен тем, что Адам предоставил возможность посмотреть фильм-инструкцию для сотрудников АМБ не только по управлению машиной, но и по правилам общения со служителями правопорядка на дорогах.

– Дмитрич, да отпусти ты этого умника, юрист, наверное, какой-то, – предложил Серый, – времени сколько с ним потеряли.

– А вдруг он вообще документов не имеет? Может, машина в угоне или прав на управление лишен! – как будто не замечая водителя, обратился к своему напарнику капитан.

– Мужик, – в упор подойдя к Стольнику, вполголоса предложил Серый, – извини, что я к тебе так просто «мужик», но ты же документы не показал. Дмитрич у нас, знаешь, какой дотошный хранитель порядка, покажи ты ему права и техпаспорт и езжай себе дальше.

Убедившись, что морально уже победил, Стольник великодушно хмыкнул. Пора было переходить ко второй части «Марлезонского балета», как говорили в полюбившихся ему «Трех мушкетерах».

Протянув инспекторам техпаспорт, выписанный на УВД города Болхова, прищурившись, стал наблюдать за его реакцией.

Во время прочтения капитан Иванов выпрямился и подтянул живот.

– Ну что же вы, товарищ, не сообщили, что являетесь сотрудником силового ведомства? Город, как я понимаю, далеко, Орловская область, но все равно мы из уважения к Фемиде своих не трогаем.

С этими словами Дмитрич протянул техпаспорт Стольнику, который, похоже, был недоволен поворотом событий.

– Как это ты не трогаешь? За что меня трогать? Времени столько моего потратил! – возмутился Стольник не устраивающей его легкой развязкой. – А может, я эту машину угнал? Почему командировочное не спрашиваешь? Личное удостоверение почему не спрашиваешь? Или свою значимость только сирым и убогим можете показывать?

– Спокойнее, коллега, – растерялся от такого напора Дмитрич, – ну покажи, если не тяжело. Что так разошелся? Машину запомним, и в следующий раз не будем беспокоить.

– Машину, значит, запомните? – продолжал напирать Харитон. – А меня запомните?

Гаишники дружно закивали.

– Анфас и в профиль? – Стольник соответственно повернулся к своим старым знакомым, ни в какую не желающим его вспоминать. – А ничего, что я небритый? А то мне с женой встречаться, правда бывшей. Или мне лучше с бородкой? Что Дмитрич скажешь? А ты, Серый?

Патрульные в непонимании переглянулись.

– Вам идет, – подхалимски поддакнул Серый.

– Так скажи ты нам, мил человек, откуда ты нас все-таки знаешь? – поинтересовался Дмитрич.

Стольник подошел к ним как можно ближе и, поочередно глядя им в глаза, начал говорить, растягивая слова:

– Я вас знаю… потому что я…

Его руки вытянутые вдоль тела напряглись.

– Потому что я. ЗОМБИ!

С этими словами Харитон ущипнул полицейских за животы.

От неожиданности Дмитрич с удивительной для его тучной фигуры поспешностью отскочил в сторону и схватился за кобуру, а Серый полуприсел.

– Главное разведывательное управление. – Стольник показал корочку удостоверения в развернутом виде. – Иванов, руки от пистолета убрал.

От такого неожиданного поворота событий Дмитрич встал по стойке смирно и даже втянул живот.

– А ты, Клименко, не обделался, надеюсь? – заботливо поинтересовался Харитон, протягивая удостоверение теперь ему.

Серый осмотрел себя, затем выпрямился и неуверенно отрицательно махнул головой.

– Вспомнили меня теперь?

Гаишники безмолвно переглядывались.

– Вспомнили свое должностное преступление? Когда невменяемого пострадавшего отправили куда глаза глядят, под колеса грузовиков. Лишь бы лишний раз не заморачиваться с отчетами.

– Ну, ты же нормально встал и пошел! – возмутился Серый. – Да и подумали, вдруг наркоман.

– Наркоманы, значит, не люди? Или зеленая бумажка дороже человеческой жизни? Ладно, давай вы выстраиваетесь и маршируете за мной с песней. С песней и строем – это же лучше, чем как зомби и одному?!

Серый вопросительно посмотрел на старшего, похоже, он был не против марша с песней. Дмитрич наблюдал за сценой, исподлобья покусывая губу. Взгляд Стольника уперся ему в межбровье.

– Ладно, хватит концерты устраивать, – решительно заявил Иванов. – Интересовались твоей судьбой, узнали, что в Орск тебя прапорщик Василько отвез лечиться. Не правы тогда были. Готовы ответить за свое должностное преступление. Ты же для этого приехал.