Свергнутые боги - Олег Аникиенко

В следующий момент девушке наконец удалось отстегнуться, и она пылающей головешкой выскочила из машины и бросилась к нему. Ни ее лица, ни ее глаз не было видно за яркими всполохами пламени.

Между ней и Стольником встал Джин. Подняв пистолет, он выстрелил. Бегущая в пламени споткнулась и упала, став лишь горсткой догорающего мяса. Душа сизым облачком пара улетела в небо.

Все стихло. Харитон поднял растерянный взгляд на Джина.

– Ты что творишь? Почему ты ее застрелил?

– Извини. Да, твоя девчонка, ты с ней спал, ты и должен был ее пристрелить.

– Да ты что говоришь?! – зарычал Стольник, схватив его за грудки и оскалив зубы.

– Ну и хрен с ними, с шалавами. Хотели красивой жизни, а ведь за все надо платить. Иногда жизнью. Все равно люди себя планомерно убивают, понемножку и каждый день. А тут хоть сразу, чтоб не мучились. Смертные для того и рождены, чтоб умереть.

Отброшенное тело Джина припечаталось к стене здания. Харитон побежал к нему, сжав кулаки. Отлетев от стены, куратор упал на землю, но, сгруппировавшись, кувыркнулся и встал на ноги. Джин крутанулся волчком так, что его силуэт размазался, и в следующий момент Стольник уже сам, превратившись в юлу от полученного удара ногой в голову, отлетел на асфальт.

– А теперь успокойся и слушай! Это приказ! – Этими словами куратор охладил пыл размазанного агрессора.

Тяжело дыша, герой забытых побед поднялся на ноги и встал перед синтом.

– Ее было не спасти. Ты хотел, чтоб она мучилась? Я облегчил ее страдания! Трезво смотри на ситуацию. Гневные баталии остались в Средних веках, сейчас эпоха холодного расчета. Кстати, автомат прошивает дверцу машины как бумагу. В твоей груди сейчас четыре дырки, которых ты не заметил в пылу сражения. Успокойся и иди сюда, я из тебя свинец выковыряю. Кстати, ловить патроны – это так же непрофессионально, как и психовать.

Стольник уже и сам понял свою ошибку и, прерывисто дыша, замер, на месте опустив руки, все еще сжатые в кулаки.

Джин, не заморачиваясь насчет дезинфекции, воткнул пальцы в раны своего подопечного и вытащил один за другим три бесформенных кусочка свинца. Четвертый кусок металла прошел навылет.

Вдалеке завыла сирена, напомнившая, что жители столицы не одобряют битвы с взрывами на улицах.

– Ну, все, пойдем, – с деловым видом вытерев свои окровавленные руки о его рубашку, поторопил синт. – Не смотри на меня так. Рубашку ты этими дырками все равно испортил, придется выкинуть.

Смартфон, недавно служивший фотоаппаратом, вспомнил о своих прямых обязанностях и запиликал в кармане.

Джин прочитал сообщение и вскинул взор из-под сдвинутых домиком бровей:

– Ну, что я могу тебе сообщить. Праздник жизни кончился. Тебе приказано явиться для дачи показаний на следствии по уничтожению усадьбы. Я не сообщил еще в Центр, что номер Адама теперь твой. Так что пока приказы идут мне. Кстати, надо тебе мобильник более современный взять.

– Не надо. Мне бы с этим разобраться. Пока я сообщения только голубиной почтой умею отправлять.

После чего две фигуры в стильных дорогих костюмах торопливо зашагали прочь от места, где оборвалось несколько людских судеб, присоединившихся к тысячам тысяч умерших в то же мгновение по всей планете.

– Знаешь, я понял, – ускоряя шаг, чтоб догнать куратора, сделал вывод Харитон, – это я виноват в смерти Вики и Оли.

– Это хорошо…

– Что они умерли?

– Нет, то, что ты понял. Девочек надо было оставить в казино, девочкам ничего не грозило.

– Это потому, что я пил и ошибся в принятии решений?

– Возможно, не зря ведь алкоголь не рекомендуется уставом, который написан кровью многих лучших. Ну что же поделаешь, Вековечная война почти так же сурова, как человеческая жизнь, мертвых не вернуть. Главное, что ты сделал выводы, так зарабатывается опыт. Если бы оправдал себя, то в следующий раз мог бы совершить эти ошибки повторно. Ну, вообще, ты не напрягайся, в игре со смертью всегда проигрываешь, рано или поздно, но проигрываешь. Мы тоже там будем, смерть всех выравнивает по себе.