Неземная - Синтия Хэнд

(Переводчик: Наталья Цветаева; Редактор: [unreal])

Я направляюсь к дороге Фокс Крик. Я так измотана всем произошедшим, что просто лечу, и, кажется, мои крылья сами знают путь. Я опускаюсь на дорогу в том месте, на котором обычно начинаются мои видения, и осматриваюсь. Не видно ни серебристого «Аваланша», припаркованного на обочине, ни оранжевого неба, ни огня. Все выглядит совершенно нормальным. Даже умиротворенным. Поют птицы, мягко шелестят листья осин и кажется, что в мире все правильно. Слишком рано. Я знаю, что с другой стороны гор огонь уже движется в эту сторону. Он будет здесь. Все, что мне остается — это ждать. Я ухожу с дороги, сажусь напротив дерева и пытаюсь сосредоточиться. Невозможно. Что, думаю я, здесь делать Кристиану? Что может заставить его уйти так далеко от дороги Фокс Крик? Мне сложно представить его в резиновых сапогах, забрасывающим леску в ручей. Это не кажется правильным. Ничего из этого не кажется правильным, думаю я. В моем видении я не сижу здесь и не жду, пока он появится. Кристиан оказывается здесь первым. Я спускаюсь, когда его грузовик уже припаркован и иду в лес, а он уже там. Он смотрит на пожар, когда тот приближается.

Я смотрю на часы. Стрелки не движутся. Они остановились в 11:42. Я вышла из дома около девяти утра, возможно, ударила свою сумку около десяти тридцати, итак, в 11:42…

В 11:42 я была в аду. И я понятия не имею, который сейчас час. Надо было остаться с мамой. У меня было время. Я могла отвезти ее домой или в больницу. Почему она настаивала, чтобы я ушла? Почему она захотела остаться в одиночестве? Мое сердце сжимается от страха от того, что, возможно, она ранена гораздо сильнее, чем захотела мне это показать, и не могла долго скрывать это, поэтому и заставила меня уйти. Я представляю ее лежащей на берегу озера. Вода плещется у ее ног. Она умирает. Умирает в полном одиночестве.

Хватит, ругаю я себя. Если ты снова начнешь плакать, то не сможешь остановиться. У тебя все еще есть задание.

Все эти месяцы видений, преследующих меня снова, снова и снова. Все эти месяцы попыток понять их смысл. И вот теперь, наконец-то, я здесь и все еще не знаю, что мне делать и для чего. Я не могу избавиться от чувства, что уже делаю что-то неправильно. Что мне нужно было пойти на то свидание с Кристианом, возможно, тогда случилось бы что-то важное, то привело бы его сегодня сюда. Возможно, я уже потерпела неудачу. В это легко поверить. Я опираюсь головой о ствол дерева, и в этот момент звонит телефон. Я не узнаю этот номер.

— Алло?

— Клара? — говорит знакомый взволнованный голос.

— Венди?

Я пытаюсь собрать все воедино. Вытираю с лица остатки слез. Кажется ужасно странным, иметь нормальный разговор после всего, что произошло.

— Ты дома?

— Нет, — говорит она. — Я прилетаю в пятницу, но я звоню по поводу Такера. Он не с тобой?

Боль прокалывает меня насквозь. Такер.

— Нет, — отвечаю я грубовато. — Мы расстались. Я не видела его неделю.

— Моя мама сказала то же самое, — говорит Венди. — Наверное, я надеялась, что вы снова сошлись или что-то в этом роде, и он провел с тобой весь выходной.

Я осматриваюсь. Воздух становится тяжелее. Я определенно чувствую запах дыма. Огонь приближается.

— Мама позвонила мне, когда увидела новости. Мои родители в Шайенне[81]на аукционе и они не знают, где он.

— Какие новости?

— Ты не знаешь? Пожары!

Итак, пожар в новостях. Естественно.

— И что говорят? Насколько он большой?

— Что? — удивленно спрашивает она. — Какой из них?

— Что?

— Там два пожара. Один достаточно близко и движется быстро вдоль Мертвого Каньона, а второй через Айдахо, рядом с Полисайдс.

Холодный сковывающий ужас обрушивается на меня.