Игра на выживание - Алексей Калугин

Спор Рикс проиграл вчистую – ни через неделю, ни через две Найденов не объявился. Ли проявил благородство и не стал настаивать на безоговорочном выполнении условия пари – ему хватило того, что робот признал свое поражение.

– Я был уверен, что Сергей вернется, – с непониманием разводил руками Рикс, рассказывая Браво о том, как бесславно проиграл спор. – Ему ведь просто некуда больше податься… Может, с ним какая беда приключилась?

– Да брось, – попытался успокоить приятеля Браво. – Живет где-нибудь в лесу, один… Он всегда любил одиночество.

– Скорее, предпочитал одиночество обществу других, – уточнил Чарли.

Робота-уборщика не было сейчас рядом с Браво и Риксом. Он находился на берегу озера, занимаясь своим любимым делом – рыбной ловлей на удочку, которую Чарли сам смастерил и подогнал под свои манипуляторы. Разговор с Риксом Чарли поддерживал в ультразвуковом режиме.

– Да что может случиться с молодым, здоровым парнем в лесах Деллы? – продолжал гнуть свою линию Браво. – Пропасть здесь может только полный идиот! А с голоду умрет лишь законченный лентяй!

– Но почему он не вернулся? – Рикс задавал вопрос в первую очередь себе самому.

– Потому что ему и без нас хорошо, – отвечал Чарли. – Ах, черт!.. Такая рыбина сорвалась!

– Он, наверное, все еще переживает из-за случившегося, – находил иной, более деликатный ответ Браво.

За прошедшее время Ли со своей командой еще дважды побывал в поселке. Каждый раз ребята возвращались, нагруженные едой – по большей части это были специи и сладости, которых в лесу не достать, – и кучей полезных инструментов и приспособлений.

В лагере заработала «ветряная лестница», и подключенный к ней генератор давал свет во все жилые и хозяйственные помещения. Странно было вечером сидеть возле костра и смотреть на электрический свет, льющийся из-за неплотно прикрытой двери жириковой фермы.

Поскольку все три экспедиции прошли без происшествий – ребята даже следов малдуков не встретили, – Рикс позволил Энгу брать с собой в поселок тех, кто хотел там побывать. Робот понимал, что выросшим детям важно вернуться в то место, где они когда-то жили, а кто-то и родился. Хотя бы для того, чтобы перевернуть эту страницу своей жизни и навсегда о ней забыть.

Однако нашлась троица, которая напрочь отказалась идти в поселок.

– А что мне там делать? – с искренним непониманием пожал плечами Ваня Ву, когда Рикс спросил его, почему он не идет вместе с Ли.

Алиса Макдуган так и вовсе отказалась говорить на эту тему. Не потому что была чем-то расстроена или напугана – ей просто нечего было сказать. Слова «поселок, где мы когда-то жили» не имели для нее никакого смысла. Она была уверена, что всю свою жизнь провела в лагере на берегу озера. И не желала расставаться с этой иллюзией.

– Просто не хочу, – тихо ответила на тот же вопрос Лиза Виндзор.

И, прикусив остренькими зубками губу, отвернулась.

Риксу показалось, что в ее глазах блеснули слезы. Хотя это могли оказаться и солнечные блики.

Как бы там ни было, робот не стал приставать к девочке с расспросами.

Вместо этого он сам отправился в поселок с командой Ли, оставив лагерь на Браво и Чарли.

Универкух и уборщик тоже были не прочь побывать в поселке, но оба понимали, что их участие в походе сильно замедлило бы движение группы. А лежащий все на том же месте, только выросший еще больше мокрун для Браво и вовсе был непреодолимым препятствием.

Рикс, хотя и знал из рассказов тех, кто уже побывал на развалинах поселка, что от него почти ничего не осталось, продолжал думать о нем как о чем-то вполне реальном, все еще существующем. И, даже когда увидел заросшие кустами и травой руины, он внутренним взором все еще продолжал видеть перед собой дома.

Он будто бы снова шел по главной улице поселка. Вот слева стоит здание школы, с широким крыльцом, на которое с утра пораньше непременно выходил господин Воронин, чтобы съесть шоколадный батончик с маком, до которых он был великим охотником. Вот справа дом старика Безродного, который, как всегда, сидит в старом кресле-качалке, в широкополой соломенной шляпе, надвинутой на самый нос, с тяжелой, суковатой палкой в руках и что-то беззвучно бормочет. А вон впереди, рядом со зданием мэрии, упирается в небо ажурная мачта с блоком ретранслятора на самом верху.