Игра на выживание - Алексей Калугин

– Ты рассказывал о хутудах, – напомнил Рикс.

– От рыбы они отказались. Понюхали, поморщили носы и сделали отрицательный жест. Зато с удовольствием отведали яйца слепырей, которые я им предложил. Ели они их сырыми – осторожно расковыривали скорлупу с одной стороны и высасывали содержимое. Обед для себя и детей хутуды принесли с собой – мамаши показали мне свертки из широких, плотных листьев, в которых находились фрукты, по большей части мне незнакомые, какие-то коренья и, что больше всего меня удивило, злаки. Что это были за семена, даже Ван-Страттон определить не смог. Судя по всему, хутуды дробят их, замачивают в воде, может быть, варят, а после лепят небольшие комочки, которые и употребляют в пищу. Сара попробовала, сказала, что на пресный хлеб похоже…

– Хлеб – это хорошо, – вставил Браво, на расстоянии следивший за разговором роботов. – Хлеб – очень важный продукт питания.

Рикс сделал свой вывод из того, что сказал Чарли:

– Если хутуды готовят свою пищу, значит, они знакомы с огнем.

– Еще как знакомы. Испросив разрешения, одна из мамаш подошла к горевшему костру и запекла на нем несколько насаженных на палку корешков. Кстати, взрослые хутуды ели в сторонке то, что с собой принесли, а малыши к нам присоединились. Но уплетали только яйца и растительную пищу.

Так с тех пор и повелось – каждое утро двое-трое взрослых хутудов приводили в лагерь пять-шесть малышей и оставались вместе с ними до позднего вечера. Малыши, хотя и проказничали, как и все маленькие дети, ни разу даже не поцарапали ни одного из людских детенышей. Скорее даже наоборот – им порой доставалось от непокрытых шерстью сверстников, которые, случалось, слишком пылко проявляли свою любовь к живым плюшевым игрушкам.

– Хутуды умеют разговаривать и пользоваться огнем, – Рикс в задумчивости постучал пальцем по коленке и покосился на мирно сидевших в сторонке хутудов. – Выходит, они разумные существа?

– А я тебе о чем толкую!.. Правда, меня несколько смущает то, что они не носят одежду.

– Зачем им одежда, если они живут в теплой климатической зоне?

– Но те же малдуки носят набедренные повязки и накидки из перьев.

– Потому что у них нет шерсти, как у хутудов. Мне непонятно, почему о них никому не известно? Те же малдуки должны были непременно рассказать людям о хутудах.

– Может быть, это вымирающий вид? – предположил Чарли. – И те хутуды, что приходят к нам в лагерь, последние, оставшиеся в живых?

– Приходят все время одни и те же?

– Нет. Всего я насчитал семь взрослых особей. Правда, мужчина среди них один – Шивер. Детей сосчитать трудно – очень уж они друг на друга похожи. За раз приводили самое большое шесть малышей.

– А с чего бы им вымирать? – спросил Рикс.

– Не знаю, – ответил Чарли. – Да надо просто сходить на другую сторону скальной гряды и посмотреть, сколько их там.

– А что, если они не хотят, чтобы мы ходили на их сторону?

– Хотят, – уверенно заявил Чарли. – Меня они уже не раз в гости звали. Ли со своими ребятами хотел пойти, но я их не пустил. Сказал, никто никуда не пойдет, пока Рикс не вернется!

– Правильно, – кивнул Рикс.

– Еще бы! Я свое дело знаю!

Рикс снова осторожно посмотрел в сторону хутудов.

– И что нам теперь с ними делать?

– А что, они тебе мешают? – не понял озабоченность приятеля Чарли.

– Они внушают мне опасение.

– Потому что похожи на диких зверей.

– Возможно.

– Рикс, мамаша, которой я в лицо песком засадил, могла бы расплющить меня одним ударом кулака! Однако ж не стала это делать. Хутуды на удивление миролюбивы и доброжелательны.

– Пусть так, – не стал спорить Рикс. – Но мне все равно непонятно, зачем они к нам приходят? Что им от нас надо?

– Ничего. Они приходят ради детей. Ты только посмотри на них. Играют, ну, прямо как… Как дети, Рикс! Маленькие хутуды и люди понимают друг друга без слов, потому что говорят на понятном всем языке игры. И, кстати, Рикс, я не удивлюсь, если Лиза Виндзор начнет разговаривать с хутудами раньше, чем ты.

– Ну, это вряд ли, – буркнул недовольно Рикс.

– Поспорим?

Спорить Рикс не захотел.