Шагнуть в неизвестность - Юрий Иванович

Основную лепту в освобождение сделал тот самый седьмой пленник, которого охотникам посчастливилось знать всего несколько часов. Именно он придумал, как вырваться из-за решетки, именно он уничтожил самого первого зроака, стоящего на пути к свободе, и именно он дал возможность вооружиться своим товарищам по неволе. А дальше охотники, пользуясь внезапностью своего нападения и инициативой первого удара, уничтожили только в самой крепости более восьмидесяти людоедов.

К сожалению, при побеге тот самый седьмой товарищ, друг, инициатор, не сумел вырваться на свободу и пал с оружием в руках в неравной борьбе. Пал один товарищ и во время недельного отрыва от погони и блуждания по диким пустошам в ничейных землях. Зато оставшиеся пять благополучно вернулись в царство, уничтожив, пока бежали, еще более двадцати зроаков и около десяти кречей. Могли вырваться и раньше домой, но решили задержаться, запутать погоню, планомерно уничтожая ее, и таким способом отомстить за двух своих павших товарищей.

Понятно, что в этот момент все пятеро достойны высочайших наград, которые прямо сейчас и получат.

Вызвали двоих воинов, получивших из рук самого царя высшие государственные ордена, памятные подарки и дорогущие, отныне для каждого фамильные, драгоценности. Потом вызвали Саабера. Потом краснеющего и стесняющегося гиганта Смела. Последним к царю приблизился лейтенант Миурти. О награждении он знал заранее, поэтому не слишком волновался, заслужил все-таки. А вот за группой наемников старался наблюдать с максимальной в его положении тщательностью. И круглые от удивления и восторга глаза близняшек его согрели до глубины души.

Он даже слегка позлорадствовал в душе: «Ха-ха! Теперь я посмотрю, как вы сами станете напрашиваться на танец со мной и умильно утверждать, что несколько поспешили со своими нелепыми розыгрышами. Посмотрю и хорошенько подумаю, прежде чем той самой Катерине ответить снисходительностью».

После награждения пятерки прославленных отныне охотников и разведчиков волнение в зале быстро улеглось, едва его величество наморщил лоб, и чтец продолжил речь венценосного правителя.

Пятерка отважных вырвалась с ничейных земель, но следом за ней в мирные земли Леснавского царства ворвался огромный отряд зроаков вместе с кречами. Могли наделать больших бед, да вовремя подоспевший на боевое дежурство полк из союзной империи Моррейди положил конец кровопролитным нападениям на крестьян. Мало того, доблестные наемники не дали врагу время на отдых и организацию прорыва на ничейные земли. Провели ночной рейд и уничтожили людоедов почти всех до единого.

За что, собственно, тоже сейчас и будут награждаться.

Начали с памятных наград командованию полка. Затем раздали награды каждому участнику, командиру разведчиков, ветерану Апаше Грозовой, ну и на финал награждения оставили трио Ивлаевых. Каждая из двойняшек недрогнувшей рукой лично уничтожила по семь зроаков. Их старшая сестра Мария — восемь. За что царская чета и задарила красавиц высшими леснавскими орденами, памятными подарками и роскошными диадемами, которые не стыдно было носить даже императрицам.

Теперь уже три девушки посматривали на восторженно гудяший зал с чувством гордости за содеянное и с завидным достоинством вернулись на собственные места.

Зато вновь вернулась неуверенность и некое чувство стыда в душу лейтенанта Миурти. Ему сразу стало понятно, что суммарные подвиги его группы, конечно, впечатляют, но то, что эти хрупкие на вид девушки бесстрашно и решительно уничтожали огромных, злобных и кровожадных зроаков, в голове никак не укладывалось. Могло показаться, что у них в голове только танцы, наряды, флирт да розыгрыши, а они вон как великолепно сражаются! Поневоле почувствуешь себя рядом с ними неполноценным, а любая бравада и попытки над ними возвыситься покажутся делом бессмысленным, сходным с ребячеством.

«Как после этого к ним подойти и пригласить на танец? Да еще и правильно угадать, какая среди них Катерина? Ужас!..»

А его величество встал и сам решил завершить свою речь. Потому что хотел придать ей еще большей исторической значимости.

— Во все прошлые века ничейные земли являлись территорией нашего царства. Но долгие кровопролитные сражения с людоедами согнали с наших земель трудолюбивых крестьян и хозяйственных ремесленников. Теперь там одичание, заброшенные луга, поля и леса, городища, от которых остались только почерневшие остовы, хутора, выгоревшие до основания, да несколько полуразрушенных замков и крепостей. Я решил сделать попытку изменить ход истории. Отныне специальным декретом я призываю на одичавшие земли всех добровольцев, которые смогут осесть на тех землях и оказать достойное сопротивление людоедам. А чтобы мои утверждения о землеустройствах имели юридическую силу, каждому человеку, организовавшему поселок, дарую титул барона, каждому, кто объединит под своим началом пять баронов, — титул заува, а тот, кого признают четыре заува, станет полноправным князем. И уже с завтрашнего дня мои секретари начнут принимать списки всех желающих поселиться на исконных землях нашего царства Леснавского.

Царь сделал паузу, затем улыбнулся и громко добавил:

— Но все формальности — завтра! А сегодня продолжаем бал в честь наших героев!

В лучшем стиле придворного подхалимажа, а в иных кругах, как говорят, — любви к царю-батюшке собравшиеся радостно заорали здравицы и пожелания венценосной паре и их потомкам, опять зароились в потоках по всему залу и стали готовиться к танцам. Дело тоже довольно обязательное, потому что повсеместное ношение оружия не давало возможности вот так сразу подхватить ближайшую даму за талию и броситься с ней кружиться в вихрях вальса по паркету. Вначале желающие потанцевать разоружались, снимая свои пояса со шпагами, рапирами, кортиками и мечами и подвешивая их на специальные крючки, расположенные вдоль стен. И только потом, после своеобразной паузы всеобщего разоружения, музыка начинала звучать троекратно громче, а мелодии следовали самые зажигательные и популярные.

Трио Ивлаевых тоже выбрало себе понравившееся место на стене. Девушки повесили свое оружие и, потягивая прохладительные напитки из фужеров, интенсивно обсуждали предстоящие танцы. Причем вопросы в основном задавались Катерине, и все по поводу пригласившего ее на первый танец лейтенанта.

— Ну и как, пойдешь с ним танцевать?

— Понятия не имею.

— Ну и чего ты притворяешься? Мы ведь видим, что он тебе понравился.

— Ха! Ничего в нем особенного!

— Как же, как же! Смотри, каким героем оказался! И кстати, если он тобой заинтересуется на полном серьезе, то следует его выспросить о всех подробностях их побега из той зроакской крепости. Постараешься?

— Даже не знаю. Пусть вначале еще правильно выберет меня. Если будет мяться и сомневаться, откажу в любом случае.

— У-У-У ты какая! Глупая. Нас ведь никто не различает. Хотя он явно будет стараться.

— Ага! Уже старается! Так на нас смотрит, что скоро дырки на нас взглядом протрет. А с друзьями так целый консилиум устроил.