Особый курьер - Алекс Орлов

Пули звонко забарабанили по днищу уиндера, и Ласло Калев бросил корабль вправо, отчего Коррадо едва не свалился на пол.

— Держи ровнее, ты меня так угробишь! — крикнул Энрике, потирая ушибленную голову.

— Ровнее нельзя, нам сейчас ракету влепят! Эх, связался же я с тобой!

Обстрел прекратился, и пилот начал снижаться прямо на свободный посадочный квадрат.

— По-моему, там настоящая война идет. Вон посмотри… — сказал Ласло, кивая на экран сканера.

Частые разрывы гранат, перебегающие с места на место люди, лежащие на бетоне трупы — все говорило о том, что на земле проходила нешуточная операция.

— При таком раскладе, друг, нужно сажать машину дверью к танкеру. А то они нас с ходу обработают, — пояснил Энрике.

— А если нас обработают другие?

— Не обработают. Те, что обороняются, — это регулярная часть.

Отдав распоряжение, Коррадо пробрался в грузовой трюм и вскрыл оружейный ящик.

Автомат «протос» лежал в полной готовности со снаряженным коробчатым магазином. В своей работе Энрике не часто приходилось пользоваться подобным инструментом, однако сейчас был именно тот случай, когда требовалось применить тяжелую артиллерию. Пули «протоса» содержали нестабильный кобальт, и один такой заряд мог прошибить кирпичную стену.

Уиндер завис над посадочным квадратом и начал медленно опускаться вниз. Шальные пули продолжали щелкать по его корпусу, не причиняя судну вреда. Наконец корабль плавно коснулся площадки, и Ласло, даже не дождавшись остановки двигателей, побежал открывать выходную дверь. Ему казалось, что уиндер вот-вот станет мишенью для какой-нибудь мортиры. Воображение рисовало Калеву ужасающие картины с пылающим уиндером и морем огня. Вспотевшие ладони скользили по рычагу замка, и это еще больше усиливало чувство давящего страха.

— Бежим, Коррадф мы можем укрыться за танкером! — закричал Калев, когда запорный рычаг двери поддался

— Не спеши, придурок! — предупредил Энрике. Однако страх был сильнее осторожности, и Ласло прыгнул на бетон, тут же попав под обстрел. Он упал и, схватившись за ногу, отчаянно закричал:

— О-о! А-а-а! А-а-яй, как больно!

Энрике свесился вниз и, подхватив Калева, рывком втащил обратно. Как выяснилось, ранение оказалось пустяковым — осколок гранаты прошел, не задев кости, и крови было совсем мало.

Коррадо даже не стал оказывать Ласло помощь, заставив его самого добираться до аптечки. Когда пилот, выкрикивая ругательства и стеная, убрался в трюм, Энрике снова распахнул дверь и, выверив расстояние, одним прыжком достиг задней опоры уиндера. Затем выглянул из-за укрытия и произнес:

— Ага, как раз вовремя.

Повстанцы открыто бежали к терминалу, намереваясь покончить с отрядом гражданской милиции. Коррадо поднял «протос» и сделал два выстрела.

Бежавшие первыми двое повстанцев лопнули, как новогодние хлопушки, и еще несколько человек были повалены взрывной волной. Коррадо дал короткую очередь и разметал остатки атакующих.

Из-за танкера выскочило трое запыхавшихся милиционеров. Они подбежали к Коррадо и спрятались за корпусом уиндера.

— Спасибо, вы нам очень помогли, — поблагодарил милиционер с нашивками сержанта. — Мы бы не успели.

— Что делать, пришлось защищать свою жизнь, — пожал плечами Энрике. — Сколько вас тут?

— Восемьдесят три человека тех, кто еще может держать оружие, и девятнадцать раненых, — сообщил сержант.

— Оружия хватает?

— С этим все в порядке — под нашим контролем арсенал.

— Это уже кое-что, — кивнул Коррадо. — Вам нужно посадить пулеметчика вон на ту каланчу. Эти ребята накапливаются в низине сразу за складами. С каланчи их будет видно как на ладони.

— Мы пробовали отбить это здание, но у нас ничего не вышло, только потеряли троих человек, — сказал сержант.

— Придется попробовать еще. Иначе в следующий раз они доберутся и сюда. Кстати, сержант, к вам в порт не прибывал еще один уиндер — точно такой же, как этот?