Любимая воина и источник силы - Любовь Черникова

Магистр сел на свое место.

– Люди, лла’эно, но все равно стремление к власти осталось основным инстинктом. В Холдероне то и дело возникали распри. Ирония судьбы, – магистр развел руками. – Первое государство развалилось на две части. К счастью, людям удалось создать два новых государства, известных ныне как Файбард и империя Эрессолд. Нашлись новые источники, сформировалось государство Арендолл, а потом обнаружилось самостоятельно развивающееся государство Тандорон, которое смогло уберечься от Чащи, используя обширное морское побережье. По какой-то необъяснимой причине нейтральный источник поглотил последнего хозяина, и очень быстро территория, на которой он находился, полностью была поглощена Чащей. Долгие годы никто не мог его обнаружить, будто и не было, хотя это и весьма странно, но Чаща все меняет. Открыли источник заново только в шестьсот семьдесят четвертом, почти пятьсот лет спустя, но до сих пор он так и не признал нового хозяина. Кто мне расскажет связанную с этим легенду?

И снова руку подняла Мориа.

– Существует легенда, что Великая Мать разозлилась на то, что мужчины снова затеяли свары вместо того, чтобы защищать людей от Чащи, и отняла источник. Теперь его сможет активировать только девушка. Да не простая, а из королевского рода. Один из прежних королей Файбарда даже пожертвовал сыном, пытаясь подчинить его силу и опровергнуть легенду, но ничего не вышло, и принц погиб зря.

– Кстати, исторический факт, – кивнул магистр.

Меня тут даже жаром обдало. Не для этого ли Галэн хочет на мне жениться? Прибрать к рукам нейтральный источник? Или же этого добивается наш император? Или каждый из них надеется, что я стану послушной игрушкой в руках? Что-то не по себе даже, надо будет поподробнее разузнать про этот самый источник в библиотеке.

Помимо факультативов, трижды в неделю нас стали выводить в Чащу. Пока каждая специализация отдельно со своим куратором, но потом обещали и совместные с врачевателями и природниками занятия в качестве подготовки к экзаменам.

Честно признаюсь, первый раз оказавшись по ту сторону защитного периметра, я немного струсила. Именно страх добавился к знакомому трепету, который испытываешь, когда перед тобой что-то гигантское. То, что проглотит и не заметит.

– Что с тобой? – спросил Кэсси, видя, как я застыла.

Он сам перед выходом едва не прыгал от радости, мне же вспомнился вступительный экзамен. Перед глазами стояло истерзанное тело инструктора Шардо.

– Яррант, чего побледнели? – подошла Аркенч.

– Все в порядке, – отмахнулась, усилием воли сбрасывая оцепенение.

Заставила себя сделать первые несколько шагов, а дальше дело пошло на лад. Совсем полегчало, когда, инстинктивно приотпустив зверя, почувствовала его восторг и радость.

– Сегодня осваиваемся, учимся полагаться на инстинкты и проверяем на практике, что удалось за семестр усвоить. За мной! – большая рыжая кошка, секунду назад бывшая инструктором Аркенч, не спеша направилась прочь.

Переглянувшись, мы стали оборачиваться. Все уже достаточно хорошо себя контролировали в ипостаси, чтобы не бояться находиться бок о бок друг с другом. Такая разношерстная в прямом смысле компания представляла собой гротескное зрелище. Волки, рядом рыси, пара медведей и ворона на спине одного из них. Несколько рыжих лисиц и я, как белое пятно. А уж инструктора Аркенч среди нас и видно не было. Впрочем, Роксана не растерялась, последовав примеру Мориа, вспрыгнула на спину второго медведя и уютно там устроилась, обернув мохнатое тельце пушистым рыжим хвостом.

Стоило принять ипостась, как тысячи звуков и запахов едва не оглушили, пришлось поднапрячься, чтобы нормально ориентироваться. То и дело куда-то тянуло, что-то вызывало интерес и желание проверить. Оставаться человеком в облике зверя в Чаще требовало гораздо больше усилий, чем внутри периметра. Немного отдалившись от места, где мы вышли, преподаватель вновь приняла человеческий облик.

– Ну что, делитесь впечатлениями?

Наперебой раздались восторженные возгласы. И правда, все ощутили невероятную свободу, желание нестись во весь опор куда глаза глядят. Залезть на дерево, найти воду и искупаться, загнать добычу. Да много всего, что и словами не выразить.

Принимая ответы, Аркенч только кивала, улыбаясь. А потом нас опустили на землю. Первому досталось Кэсси:

– Кассандра, вот вам очень хотелось побегать. Возьмем это конкретное место. Укажите примерное направление вашего гипотетического продвижения?

Все засмеялись, ведь в образе пса Сандр петлял не хуже зайца и норовил все обнюхать. Шикнув на зубоскалов, Кэсси указал рукой вперед:

– Туда, к примеру.

– Угу, – согласно кивнула Роксана. – А кто мне скажет, как далеко удастся убежать волкодаву Хортесу до того, как он свалится от удушья?

Все потрясенно замолчали. Первой руку подняла Мориа.

– Валкис?

– Во-он до тех деревьев, если я правильно думаю.

– Раскройте причину.

– Отсюда отчетливо видны характерные признаки «сонной поляны», по центру которой расположены многочисленные грибницы ложных дождевиков, или склеродермы урантиум.

– Та-ак, и чем же они опасны?

– При физическом воздействии происходит выброс спор, которые мгновенно попадают в глаза и органы дыхания, вызывая удушье. Хотя для крупного животного это не смертельно и есть шанс выбраться.

– Что грозит волкодаву, если повезет не погибнуть? Яррант?

Я не ожидала вопроса, наблюдая, как одногруппники, опасливо озираясь, инстинктивно придвинулись ближе к инструктору.

– В симбиозе с другими обитателями грибницы склеродермы и формируют «сонные поляны». Это так называемое взаимовыгодное сотрудничество, – я еще чуток приотпустила зверя и принюхалась. Изменившееся зрение позволило издалека рассмотреть детали, скрытые от человеческого глаза. – В конкретном случае Кэсси стал бы обедом, – тут меня передернуло от вида копошащихся в лесной подстилке мелких существ, – пауков-живодеров, чьи многочисленные гнезда разбросаны по периметру. Также я вижу поросль стрелолиста чащобного, который с удовольствием лакомится падалью. Но в это время года он, кажется, не опасен.

Кэсси обиженно надулся, наверное, за падаль обиделся. Раздались сдавленные смешки. Аркенч вопросительно на меня глянула, и я сообразила, что не то сморозила:

– Точнее, это растение-падальщик способствует скорейшему разложению добычи, чтобы засеять это место, – мой ответ звучал не так уверенно, как вначале.

– Яррант, что-то еще?

Вопрос был задан явно неспроста. Пригляделась внимательнее, изучая не только жуткое враждебное место, но и стволы окружающих деревьев. Взгляд зацепился за переплетение веток, сквозь которое едва пробивались скупые осенние солнечные лучи, отбрасывая на землю причудливые тени. И тут меня осенило:

– Там ловушка!