Любимая воина и источник силы - Любовь Черникова

Беса тебе в зад!

Пускаю все силы на сопротивление и наношу ментальный удар. Я никогда не делала подобного в ипостаси, но неожиданно получилось. Удивленный взгляд, и предводитель отступил на шаг. Но, резко выбросив руку с посохом в мою сторону, снова что-то кричит, хотя я вижу, что ему нехорошо. Да и мне теперь не лучше. Воздуха тут же перестало хватать, я беспомощно заскребла лапами по полу, оставляя когтями глубокие отметины на полированном дереве. Перед глазами все мутнеет, а я так и не могу сделать ни единого вдоха.

Нет! Нет! Нет! Нет!

Так быстро я еще ни разу не концентрировалась. По коридору просвистел ветер, взметнув занавеси на окнах, а я не знала, куда деть столько энергии. С ужасом осознавая, что взяла гораздо больше чем нужно. Больше, чем смогу переварить. Тело словно в кипяток окунули, но зато вернулась способность дышать. Судорожно втянув ноздрями воздух, как спасенный утопающий, закричала что есть мочи. Почему-то вместо крика по коридору разнеслось громовое рычание, а сам он будто уменьшился, да и могучий культист вдруг показался мелковатым.

– Арр’тхэллэ! Арр’тхэллэ! – наперебой заорали фанатики, а я смутно понимала, что это значит.

Походя отшвырнула обидчика в сторону, тот, ударившись о стену, сполз на пол и больше не поднялся. Двое культистов, державших Тилью за руки, бросились прочь. Третий, самозабвенно вбивающий себя в ее тело, так ничего и не понял, когда я откусила ему голову. Удалось убить еще четверых, прежде чем нападавшие наконец сообразили, что делать. Собрались в группы, ощетинившись короткими мечами, пришедшими на смену кривым, похожим на серпы клинкам. Стали наступать, ловко уворачиваясь от моих когтей и парируя удары лап.

Получив порез, я стала осторожнее. Попятилась. Все же нас еще не учили сражаться в ипостаси, да и никакой брони на мне нет. Развернувшись, прыгнула к Тилье, отмечая, что со стороны холла бегут новые фанатики. Зарычав, принялась раздавать ментальные удары, но те выходили с каждым разом слабее. Похоже, энергия слишком рассеялась.

Тилирио лежала на боку, сжавшись в комочек и обхватив себя руками, пыталась прикрыться обрывками блузки.

Я лизнула оцепеневшую подругу в лицо, аккуратно подталкивая мягкой лапой в сторону комнаты: «Потерпи, милая. Попробуй нас спасти, пожалуйста». Тилирио не двигалась, явно не слыша моей мысленной мольбы. Заметив слишком смелого фанатика, я прянула в сторону, полоснув когтями. Нужно торопиться! Метнулась сама в комнату в поисках амулета, пробуя вызвать отца на расстоянии. Но то ли новая ипостась, то ли растерянность не позволили мне активировать связь. Не вышло ничего и с амулетом Верда. Назад едва успела вовремя, чтобы снова отбить подругу у культистов. Сопроводив ментальные удары безжалостными росчерками когтей, добилась успеха, и еще двое расписанных рунами фанатиков упали, корчась в агонии.

Давай, Тилья! Пожалуйста!

Подруга будто очнулась, наткнувшись рассеянным взглядом на меня, перевела глаза на трупы и неловко, на четвереньках, бросилась в комнату. Я попятилась, закрывая своим телом ее и проход. Тилирио зашарила по постели, потом по коврику на полу и наконец выудила амулет из-под кровати.

– Лорд Сатем! Лорд Сатем! Лорд Сатем! – кричала она не переставая, и я почувствовала, как что-то вокруг меняется.

Позади стремительно сгустились тени, и в их сердце возник разъяренный отец. Обвел взглядом разгромленную комнату и рыдающую Тилью с разбитым лицом и в разорванной одежде и остановился на мне.

На всякий случай выскочила в коридор, раскидывая новой серией ментальных ударов, сгрудившихся поблизости и явно что-то замышляющих культистов. Там народу только прибавилось, и в меня тут же полетела световая сеть. Она развернулась в полете, похожая на гигантскую паутину, сверкающую золотыми нитями. Но прежде чем я ощутила ее обжигающее прикосновение, меня накрыла густая тень. Ловушка с тихим шипением растворилась, осев золотистой пыльцой на пол. Стало заметно прохладнее.

Из комнаты шагнул отец. Грозный Теневой маг материализовал в обеих руках по тонкому клинку-катане. Короткое движение кисти, и один из них, превратившись в хлыст, выстрелил вперед, словно кобра в броске. Ближайший фанатик схватился за горло и, еще не понимая, что его голова рассталась с телом, осел на пол, а советник уже возник за спиной у второго. Исписанную рунами грудь мечи пронзили насквозь, но лорда Сатема больше не было на прежнем месте, он сеял смерть в рядах врагов, стремительно сокращая их число. Аура страха, которая его окружала, заставляла культистов цепенеть, а непредсказуемые перемещения создавали ощущение, что он повсюду. Те, у кого защита оказалась покрепче, бежали, полагаясь на кричащие о смертельной опасности инстинкты.

В душе поднялась волна ликования.

Это мой отец! Грозный лорд Яррант! Теневой маг! Вам конец!

Испустив победный рык, от которого вздрогнуло Древо, принялась гонять запаниковавших культистов, не давая сбежать от возмездия. Вдруг недалеко от входа в ветвь мелькнуло знакомое лицо.

Доктор Хрост! Мерзкий предатель!

Халабрия Хрост, увидев, что здесь творится, попятился и дал деру. Нельзя позволить ему уйти, он должен ответить, кому и зачем нужна моя кровь! Я бросилась следом, но путь заступили двое. Эти не казались столь перепуганными, как те в коридоре. Из-под огромных черепов сверкали мрачной решимостью глаза с расширенными, как у кошки в темноте, зрачками. Эти культисты отличались от своих собратьев, они были такие же, как тот страшный, который заставил меня обернуться.

Прижав уши, я зашипела, яростно хлестнув длинным тяжелым хвостом по бокам.

Команда раздалась хором, но, вопреки ожиданию, наизнанку не вывернуло, лишь неприятное ощущение заставило встать дыбом шерсть и разозлило еще больше, заставив невольно уступить бразды правления зверю.

Видимо, фанатики слишком понадеялись на свои способности, а потому не дали толкового отпора. Одного я убила сразу, вряд ли он успел понять, в чем дело. Второй умудрился распороть мне бедро похожим на серп клинком, который больше подходил для того, чтобы резать горло беззащитным пленникам, но не для защиты от зверя-реликта. Он последовал за первым. Арр’тхэллэ не испытывал сомнений и действовал на инстинктах, а те подсказывали, что добыча уходит.

Доктор-предатель зачем-то остановился, и мне потребовалось ровно два прыжка, чтобы настичь и ударить в спину. Хрустнули под клыками позвонки, заглушив тихий шелест светового портала. Меня ослепило сияние, заставив сузиться в щелки зрачки, а следом я ощутила, как под лапами пропала опора.