Звероликий - Владимир Лещенко

– Ну, куда ж он мог его засунуть? – в который раз пробормотала Натали и чертыхнулась.

Обыск каюты Луция Вера продолжался уже битых полтора часа, а результатов не было никаких.

– Куда, куда? – буркнул Трималхион, лично вызвавшийся руководить операцией. – Теперь уже не скажет…

Он с унынием обозрел покои своего бывшего домашнего мага.

Да уж, его ребятишки постарались на славу, со знанием дела. А куда деваться, профессионалы, однако.

Прежде такая чистая и опрятная каюта напоминала собой загон, в котором побывало стадо диких свиней. Все перерыто и перевернуто. Ящики и шкафы разобраны буквально по доскам, то же проделано с полом. Со стен сорвана парчовая обивка на предмет выявления потайных сейфов или прочих заначек.

– А может, он его невидимым сделал? – резонно предположила зеленоглазка. – Вон ведь что с моими мальчиками учудил…

Бедные гоблины все никак не могли отойти от пережитого потрясения. Сейчас они вместе с большей частью офицеров находились на развалинах, заканчивая работы по открытию люка.

– Нет, – покачал головой Крис. – После его смерти все заклинания должны были развеяться. Скорее всего, мы не там ищем. Хранить артефакт в своей каюте – это слишком опасно.

– Тогда где его искать? – с отчаянием спросил капитан Айсберг, тоже участвующий в поисках.

Еще бы, ведь речь шла о его карьере. Не говоря уже о том, что в нечистых руках полоумного чародея могла находиться священная реликвия иудейского народа. Нет уж, отдавать пальму первенства он никому не собирался. Если понадобится, то готов был даже сойтись в противоборстве со своими недавними союзниками.

– Он мог спрятать сосуд куда угодно, – развел руками сыщик. – Корабль, мягко говоря, большой…

– Мы не сможем обыскать весь «Титаник», – понурилась его помощница. – Это просто невозможно.

– Девочка, – важно изрек Кир Александр. – Для Трималхиона нет ничего невозможного. Нужно будет – корабль по винтику разнесу!

– Ага, – съехидничала блондинка, – а домой добираться вплавь будем.

Набоб сверкнул глазами, однако на Куркову это не произвело никакого впечатления. Все их деловые отношения закончились, и теперь финансист был для Натали не больше чем одним из сограждан. Пусть и очень уважаемых, но не больше. Ну, разве что он захочет вновь их нанять. Но тогда и разговор другой будет.

– Вы бы лучше пассажиров к поискам привлекли, – посоветовала. – Гуртом и батьку бить сподручней.

– Что? – не понял поговорки Трималхион, но тут же загораясь подсказанной идеей. – А ведь это, пожалуй, дельная мысль. Молодец, девочка! С меня причитается на новое платье. Можешь сказать Захесу, что я оплачу заказ.

– Bay! – издала восторженный вопль девушка и чуть не бросилась банкиру на шею.

– Я не согласен! – выступил вперед Уриил. Трималхион с плохо скрываемой неприязнью зыркнул на парня:

– А тебя, собственно, никто не спрашивает. Что я скажу, то и будет.

– Нельзя привлекать к артефакту внимание стольких посторонних людей. Это чревато непредсказуемыми последствиями.

– Это правда? – поинтересовался Кир Александр у Криса.

Сыщик кивнул:

– Артефакты – это вообще тонкая материя. Никогда не знаешь, как он может себя повести в той или иной ситуации.

– И что вы предлагаете?

– Думаю, самое время произвести поиск с помощью необычных средств…

– То есть, магических? – уточнил магнат.

– Именно.

– А почему раньше нельзя было это сделать? Только время зря упустили.

Кинокефал подождал, пока достопочтенный доминус перестал брызгать слюной. Разговаривать в подобном тоне даже со своим бывшим клиентом он не был намерен.

– Во‑первых, я полагал, что, возможно, мы и без этого найдем сосуд в каюте Вера. А во‑вторых, мне следовало восстановить свои… способности. Вы ведь были свидетелем того, что мне пришлось израсходовать некую толику Силы.

– Извините, – пробормотал набоб. – Вам, наверное, понадобятся помощники.

– Да, подобные ритуалы, как правило, проводятся втроем. Вы ведь не откажетесь поучаствовать, коллега? – обратился Крис к Айсбергу.

– К вашим услугам.

Трималхион хмыкнул. Надо же, этот юнец, оказывается, на что‑то способен.

Банкир понимал, что несправедлив в отношении парня. Ведь сам же был свидетелем того, как разведчик храбро сражался с лже‑ниппонцем. Но перебороть так сразу отцовскую ревность не мог.

После того как он окончательно понял, что с оживлением Дария Констанция ничего не выйдет, магнат вдруг почувствовал, как что‑то произошло в его душе. Он несколько по‑иному начал смотреть на дочь. Как‑никак последняя представительница Сераписской ветви их древнего рода. Что будет дальше? Не отдавать же и впрямь все свое с трудом нажитое состояние британскому прощелыге‑племяннику, Максиму Эвергету?