Звероликий - Владимир Лещенко

– Не пялься, дальше будет неинтересно! – зло фыркнула Натали и дернула Криса за рукав. – Пошли. Пора на совет.

«Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых. А если наоборот, один нечестивый вторгнется на сонм праведных? Что тогда?..»

Комитет Спасения был уже в полном сборе. Дожидались только Лайера и Куркову.

При виде входящих сыщиков Трималхион вздохнул с видимым облегчением, но тут же напустил на себя суровый вид:

– Что за бардак? Почему опаздываем?

Натали фыркнула и, демонстративно повернувшись к Киру Александру спиной (дескать, в сложившихся обстоятельствах все равны), прошествовала к столу. Не обращая внимания на стул, вежливо отставленный для нее Айсбергом по соседству с собой, плюхнулась на другой, рядом с Финнеем Ормусом. Рыжебородый вспыхнул от удовольствия. Эта безбашенная девчонка ему явно нравилась. По крайней мере, служить под ее началом второй помощник не отказывался. За спиной блондинки тут же устроились Кузема с Афоней и подозрительно огляделись по сторонам – никто ль не оспаривает у них почетного права хранить тело домины Курковой. Желающих не нашлось.

Крис пристроился рядышком с Саем, напротив Уркварта Севера.

– Итак, что мы имеем? – подытожил председательствующий. – Капитан, как обстоят дела с ремонтом?

Горгий почесал седую бороду и прокашлялся:

– Мелкие неполадки устранены, средние – практически тоже. Заканчиваем работы в машинном отделении…

– А что с пробоинами? – нетерпеливо перебил финансист. – Их удалось заделать? Это, по‑моему, самое важное! Наш «островок» в любое время может нырнуть или еще чего. Способен ли будет корабль самостоятельно удержаться на плаву?

Капитан «Титаника» беспомощно огляделся по сторонам.

– Ну… это… ну…

– Не мычите! – грохнул кулаком по столу Трималхион. – Я жду конкретного ответа на конкретный вопрос!

– Извините, доминус, – вмешался Тояма. – Я взяр на себя труд рично осмотреть пробоины…

– И?..

– Нападавшие испорьзовари немного необычные мины.

– То есть?..

– Магические, – пояснил ниппонец. – Они создари иррюзию взрыва, на самом дере не причинив днищу корабря существенного вреда.

Кир Александр широко распахнул глаза от изумления.

– Вы хотите сказать, что…

– Корабль почти полностью готов к плаванию, – подтвердил Крис слова мага. – Я лично проверял и могу подтвердить слова достопочтенного Тоямы‑сана.

Сай с благодарностью поклонился сыщику.

– Что за чертовщина?! Так зачем нужен был весь этот спектакль?

– Кто знает? – задумчиво молвил детектив. – Вспомните, Элмс говорил, что через три дня «Титаник» должен был выйти из временного кармана, а пассажиров предполагалось сберечь, чтобы представить их «воскресшими». Если бы лайнер затонул, то как бы удалось подобное? Вероятно, взрывы – это своеобразная акция устрашения.

– Хороша акция! – фыркнула Натали. – Мы чуть не утонули! Скажете, и это была иллюзия?!

– Вполне возможно, – засвидетельствовал Айсберг. – Маги бывают весьма и весьма искусны по части наведения мороков. В том числе и коллективных. Вот, например, Бен‑Бецалель мог…

– Об этом после, – перебил разведчика Трималхион, который с подозрением посматривал на этого «пронырливого иудея», что‑то слишком активно увивающегося возле его дочери. – Лучше сообщите, как продвигаются работы в храме. Когда мы сможем поднять люк?

– Через пару часов, – пожал плечами Уриил. – Но, признаться, я не вижу пользы этой операции.

– Что так? – съязвил набоб.

Красавчик все больше раздражал его. И чего такого нашла в нем Роксана Сабина? Стольким завидным женихам отказала, чтобы спутаться с…

– Мы ведь точно не знаем, что делать дальше. Так сказать, находясь уже во чреве нашего Левиафана. Весьма вероятно, здесь понадобится какой‑нибудь мощный артефакт, способный воздействовать на сознание монстра. А у нас его нет…

Он внимательным взглядом обвел сидевших за столом.

– Правирьно! – закивал клобуком Сай. – И я говорю, что не стоит вскрывать этот рюк!

– Помолчи уж! – рявкнул его наниматель. – Будем поднимать – и баста! Я сказал!

– Не желаете ли кофе, граждане? – предложил перепуганный Финней Ормус, чтобы хоть как‑то разрядить обстановку. – У нас есть замечательный ликер и сдоба.

– О! – восхитилась Натали. – Ликер – это то, что нужно.

А Крис воспрянул духом при упоминании о любимом напитке.

– А нам, друг, чайку бы! – попросил жалобно Кузема. – Не вкушаем мы кофе, друг. Го‑орькое…

– Да какие проблемы?!

Второй помощник звякнул колокольчиком, и на пороге кают‑компании возник молоденький стюард, толкающий перед собой тележку, уставленную приборами, бутылками, кофейниками и тарелками со снедью.

Натали узнала в юноше того милашку‑блондина, которому она собиралась стать наставницей и которого столь нагло заарканила Герта Грендель. В пику негодяю Айсбергу она поднялась со своего места и принялась помогать парню сервировать стол. Мальчишка смотрел на нее с легким испугом. Ему еще памятен был день катастрофы, когда эта зеленоглазая блондинка сделала ему публичную выволочку.

– Уркварт, – обратился к моряку Крис. – Не нальете ли мне кофейку? А то рядом со мной только чай.

– Какие вопросы, дружище?!

Север схватил пузатый серебряный кофейник, налил из него густой ароматной жидкости в фарфоровую чашку и подал сыщику.

Тот встал, перегнулся через широкий стол и принял напиток.

– Ай, жжется!

Крис пошатнулся. Чашка заплясала в его руках, и ее содержимое… выплеснулось прямо в лицо сидевшего рядом Сая.

Ниппонец дико взвизгнул, принявшись тут же тереть глаза.

– Ой, мамочки, что это?! – выдохнула Натали.

– Как?.. – отпала челюсть у Трималхиона.

– Елы‑палы! – молвили в унисон гоблины. Из‑под толстого слоя грима, неловко размазанного Тоямой, проступили черты европейского лица.

– Вычислил‑таки? – зловеще прошипел маг, с ненавистью вперив взор в Кристофера. – Сволочь косматая!

В его речи не осталось ни малейшего намека на иностранный акцент.

– Тояма, ты что?.. – начал Кир Александр.

– Вер, – поправил набоба человек в ниппонском халате. – Корнелий Луций Вер. Так будет точнее…

А затем началось неописуемое.

– Парни! – крикнул Лайер гоблинам, входя в ускоренный режим. – Хватайте его!

Афоня с Куземой, едва не стукнувшись лбами, накинулись на Вера, попытавшись зажать его руки в своих железных тисках. Но не тут‑то было. Чародей, извернувшись змеей, выскользнул из своего долгополого халата и остался в облегающем тело серебристом трико, похожем на мелко плетеную кольчугу.