Божественная дипломатия - Юлия Фирсанова

– Прекрасное утро, Эдмон! – запросто поздоровалась девчушка, влетая в зал магии с Диком на плече. Дикати, привыкший к столь стремительным перемещениям хозяйки, сидел, цепко прихватив лапками кусочек ее голубого платья, и спокойно намурлыкивал что-то мелодичное на ушко Бэль, прижмурив огромные зеленые глазищи.

– Прекрасный день, Бэль! Привет, Дик! – приветствовал эльфийку и ее питомца учитель, отложив подушечку с замысловатым узором, и привстал с дивана. Его карие теплые глаза улыбались принцессе.

– Чем мы сегодня будем заниматься? – поинтересовалась эльфийка, забравшись с ногами на диван и дождавшись, пока учитель сядет рядом. Дикати перебрался на колени к Эдмону и теперь нежился под прикосновением его ласковых пальцев.

Среди уникального нагромождения мебели, книг, магических инструментов, артефактов и иных предметов, назначений которых не мог бы назвать никто во всем замке, парочка выбрала местом для уроков уютный угол у самого большого и светлого окна. Оно оказалось единственным, не снабженным тяжелой портьерой, но имевшим громадный подоконник, на котором было так удобно сидеть и глазеть на то, что происходит снаружи. Мягкое кресло, диван, вешалка и три разных столика из мрамора, дерева и металла, на которых легко помещались все необходимые и просто понравившиеся, потому притащенные Бэль вещи (вазочки, подсвечники, шкатулки, мешочки с травами, кристаллы, книги), образовывали в зале забавную маленькую комнату, где и проходили занятия.

– Сначала немного разомнемся, повторим простейшие чары, – предложил Эдмон, прекрасно знавший о нелюбви Бэль к проверкам и всегда старавшийся представить их в виде развлечения или легкого упражнения.

– Ладно, – не стала сопротивляться девушка.

– Начнем с иллюзий, – велел педагог, обращаясь к одной из самых любимых тем его подопечной. – Возьми маленькое зеркало и сделай личину на свое усмотрение.

Бэль вытащила с нижней полочки круглого деревянного столика зеркало размером в две ее ладошки, в рамке, выполненной в виде виноградной лозы из странного, чуть красноватого металла. Взяв его поудобнее и чуть прикусив губку, Бэль принялась за работу. Иллюзии давались девушке легко, но процесс этот еще не был доведен до того состояния, когда не задумываешься над техникой творения и можешь целиком посвятить себя подбору избранного облика. Поэтому наложение иллюзии занимало у маленькой богини несколько минут, а не долей секунды, как у взрослых родственников, менявших личины быстрее перчаток.

– Готово! – более высоким, нежели обычно, голосом довольно сообщила принцесса, обернувшись к учителю.

На Эдмона смотрела дивной красоты эльфийка с глубокими зелеными, словно молодая листва, глазами, тонким носиком и суровыми губами. Золотистые волосы, прикрывая заостренные ушки, крупными локонами ниспадали на плечи, затянутые в потертый камзол из буро-зеленой кожи.

– Прекрасно, – похвалил девушку учитель. – Это фантазия или был взят образец?

Бэль, не удержавшись, хихикнула от удовольствия, разрушая иллюзию неприступной эльфийской красоты, и ответила: – Это Аллариана – королева-пограничница. Я в нее часто с Кэлером играла. Легенды о ее приключениях – мои самые любимые.

– Иллюзия великолепна, только, моя дорогая, не забывай о том, что, меняя лицо, ты меняешь и характер, твое поведение должно соответствовать задаваемому образу. Разве Аллариана стала бы раскованно смеяться в присутствии постороннего?

– Никогда! Она бы его застрелила, – тут же гордо выдала Бэль и торжественно предложила: – Мне сходить за луком?

– Это, пожалуй, лишнее, – заверил девушку учитель и тоже заулыбался, припомнив красочный рассказ Кэлера о приключениях «пограничницы». – Я же не посол Мэссленда.

– Он был такой странный и страшный, – вспомнила, посерьезнев, Бэль. – Я в него выстрелила, случайно, конечно, а он смеялся, как сумасшедший.

Эдмон не стал говорить Бэль, что любой из ее братьев мог отреагировать в такой ситуации аналогичным образом, и постарался перевести тему:

– Ну-ка смени личину и на сей раз постарайся, чтобы я поверил, что имею дело не с проказницей Мирабэль.

Принцесса снова взялась за зеркало, беззвучно шевеля губами, и уже через минуту на лорда глянуло морщинистое, как печеное яблочко, личико доброй старушки. Руки бабушки были заняты вечным вязанием, а глаза смотрели с ласковой укоризной. Чуть подрагивающий старческий голос заявил:

– И такая она егоза, охохонюшки, куда мне, старой, за козочкой угнаться! И куда опять ускакала? Не видали, лорд Эдмон?

– Умница! – поощрил Бэль преподаватель. – Нэни просто великолепна!

Принцесса сняла иллюзию и, расплывшись в довольной улыбке, потребовала:

– А теперь ты мне что-нибудь покажи!

– Конечно! – согласился Эдмон и провел рукой по лицу. На девушку с холодным высокомерием глянули ледяные глаза Энтиора, но не успела Бэль испугаться, как Лорд Дознаватель задорно показал ей язык. Эдмон снова повел рукой, и вот уже принцесса видела перед собой милостиво улыбающуюся Элию, кивнув с царственной небрежностью, красавица-богиня поднесла, позванивая браслетом, точеную ручку к лицу и сменила его на небритую физиономию опухшего с похмелья Кэлера, который громко рыгнул. Мирабэль восторженно захлопала в ладоши.

Учитель элегантным полупоклоном закончил демонстрацию возможностей быстрой смены иллюзий, совершенных по соответствию запаха, звука и внешнего эффекта, подмигнул девчушке и, вернув себе прежний облик кареглазого шатена, велел:

– А сейчас, Бэль, поработаем с наведением иллюзий на предмет. Я закрою на пару минут глаза, а ты навеешь иллюзию на любую из вещей в зале. Приступай!

Девушка напряженно засопела, стараясь уложиться в срок. Эдмон открыл глаза и спросил:

– Готово?

Принцесса ответила ему довольным кивком и закусила губу, чтобы не расхохотаться. Эдмон выгнул бровь, недоумевая, что же так развеселило юную ученицу на сей раз, и занялся изучением зала. Несколько минут учитель, не пользуясь магией, пытался выявить несоответствие в окружающей обстановке, но так ничего и не обнаружил. Нагромождение вещей сыграло на руку Бэль. Тогда лорд вызвал магическое зрение и начал сканировать зал более детально, но во множестве аур заколдованных предметов не смог уловить характерного цвета личной силы Бэль. Приятно удивленный успехами малышки педагог повернулся к ней и признал свое поражение:

– Сдаюсь! Покажи, что именно ты заколдовала, хитрюга!

Бэль хихикнула и указала пальчиком на диван. Посмотрев вниз на сиденье, Эдмон тоже расплылся в довольной улыбке. Зная, что аура ее заклятий легко узнаваема по личной силе, не прикрытой еще силой Источника, принцесса схитрила и сотворила иллюзию на самом видном месте. Там, где сидел лорд Эдмон, диван стал аквариумом, в прозрачной воде которого между водорослей довольными стайками, виляя длинными радужными хвостиками, носились разноцветные резвые рыбки.

– Блестящая идея, малышка! И очень своевременная! – похвалил учитель принцессу и, мановением руки развеяв иллюзию, заявил: