Божественная дипломатия - Юлия Фирсанова

Бархатная ночь, долгожданная для многих его обитателей, спустилась на Лоуленд и укутала город своим покрывалом. Пришло темное время интриг, любви, пылких признаний, время тайн, которые скрываются среди теней, и ясного света звезд. Время, когда отступают прочь все приличия и откидываются, словно старая шелуха, условности, когда вскипает кровь, неясное томление посещает душу, и можно жить, не оглядываясь назад, просто повинуясь зову сердца и плоти.

Она неслышно скользнула в приоткрытую слугой дверь, скинула ему на руку широкий плащ и двинулась через широкую прихожую в указанном направлении – к тонкой полоске света справа. Вошла и замерла на пороге, дожидаясь, когда на нее обратят внимание. Могучий мужчина в расстегнутой рубашке обернулся на скрип двери и отставил на стол бронзовый кубок с вином.

– Прости, – без малейшей тени раскаяния прошептала красавица, чуть склонив голову, отчего водопад черных волос скрыл лицо, и тут же гордо вскинулась, сверкнув яростным золотом кошачьих глаз. – Я не могла больше ждать и пришла сама. Проститься…

Жадный взгляд мужчины скользнул по роскошному телу, скрытому лишь тонким шелком черного запахнутого халата, расшитого алыми языками пламени. Красные нити мерцали в свете магических шаров так, что женщина, казалось, сгорает в костре или сама есть неистовый огонь.

«Интересно, она шла так через весь замок?» – мелькнула в голове короля циничная мысль, но лишь искреннему восхищению и свету желания он позволил отразиться на своем лице. Это не было лицемерием в обычном смысле слова, но Лимбер уже очень давно привык контролировать свою мимику.

– Вара Магжа, – проникновенно прошептал он и, приблизившись к женщине, по-рыцарски поцеловал ее руку. – Какая приятная, очень приятная неожиданность.

Потом мужчина быстро привлек красавицу к себе и запечатлел на ее губах гораздо более алчный поцелуй, на который Магжа ответила со всей природной пылкостью, горячечно прижимаясь к любовнику всем телом с такой силой, словно хотела раствориться в нем. Лимбер ощутил, как трепещет сердце вары, переполненное сильным чувством. Подхватив красавицу на руки, король небрежным пинком открыл тяжелую дверь в спальню…

Гораздо позже, прижимаясь к сильному телу короля, водя рукой по его мускулистой груди, Магжа не удержалась от шепота, сдобренного тенью грусти:

– Я не могу поверить, что завтра, или уже сегодня вечером, мы покидаем Лоуленд. Я только начала узнавать тебя, и уже нужно расстаться. Все так быстро кончается…

Лимбер подождал, не последует ли за этим признанием истерика со слезами, но вара оправдала его ожидания, удержавшись от подобной пошлости, раздражающей бога хуже зубной боли. Государь потратил несколько секунд на размышления о том, насколько его привлекает новая любовница, и медленно, нарочито лениво, словно поддразнивая Магжу, сказал, по-хозяйски скользя широкой ладонью вдоль гибкой спины выгнувшейся от удовольствия женщины:

– Почему же кончается, моя золотая кошечка? Ваш отъезд вовсе не означает непременного расставания. Разве расстояния – преграда для желаний бога? Магия заклинаний связи, телепортации…

– Ты будешь приходить ко мне? – воспылав новой надеждой, Магжа приподнялась на локте, пытаясь заглянуть в глаза короля и прочитать в них правдивый ответ.

– Если ты этого хочешь, конечно, – охотно пообещал Лимбер, и в самом деле намеревавшийся разок-другой навестить темпераментную, еще не успевшую ему надоесть красавицу, знающую толк в любовных играх.

– Да, хочу! – откровенно, без тени ложного стыда, призналась Магжа, и только крепче прижалась к королю широкими бедрами. В звездном свете на лице женщины алмазом сверкнула предательская дождинка слезы.

– Почему ты плачешь? – искренне удивился король, запуская одну руку в густые волосы любовницы, а второй лаская ее груди.