Тёмная грань любви - Лана Ежова

Мое сердце забилось в груди, как безумное. Мы первые!..

Я прижала ледяные ладони к горячим щекам. Хотелось броситься к короне, мы ведь дошли до нее! Но то, что она мне не нужна, удерживало на месте.

— Не верю, что мы добрались раньше всех.

— Вторые, — возразил Эрик и указал вправо.

Радость моя потускнела, когда я, наконец, заметила стоящих у стены людей. Герцог Горейский и Кайра. В мягком золотистом свете, льющемся сверху, и в отблесках живого огня факелов герцог выглядел отталкивающим — сердитым и хищным. Его невеста казалась потерянной.

— И чего стоите, леди Одиннадцатая? — спросил герцог злобно. — Корона Кирэма Второго перед вами — идите и возьмите!

Предложение, мягко говоря, удивило. Этап не будет завершен, если никто не добудет корону. А Горан Горейский, судя по его ярости, сделать этого не смог. Корона не далась ему в руки?

— Габриэль, возьми ее, это ни к чему тебя не обязывает, зато вскоре окажемся у себя в апартаментах.

Я послушалась Эрика. Медленно, ожидая в любую секунду подвоха, я приблизилась к арене. Из-за скамеек сразу не увидела, что она на защищена необычной оградой — воткнутый в песок мечами. Их здесь не один десяток. Зачем они тут? Устроители испытаний ничего не делают просто так.

Я обернулась. Герцог всем телом наклонился вперед, его тело заметно напряглось, как перед прыжком. Кайра не сводила с меня глаз. Эрик почему-то хмурился.

Переступив через ограду из мечей, я подошла к черному столбу. Корона манила, влекла, призывно мерцая… Я протянула руку — и застыла, так и не коснувшись.

Нужна ли мне победа в этом этапе? Нет.

Я сделала шаг назад. Затем еще один и еще. Ощущение уверенности, что сделанный выбор правилен, пришло вместе с удовлетворением.

Горейский выругался. Звонко рассмеялась Кайра.

— Как вы поняли, что это иллюзия? — поинтересовалась она, не скрывая восхищения. — Да ещё такая, что бьет по рукам?

Я невозмутимо пожала плечами.

— Интуиция?

И ведь не соврала. Не хочется брать предмет, значит, его лучше не трогать — такое правило вбивали в головы студентов на теории заклятых артефактов. И сегодня я увидела ему подтверждение.

Я вернулась к Эрику.

— Извини, я не сразу понял, что это обманка, — покаялся он. — И в тоже время у меня и сейчас есть сомнения: вот кажется, что иллюзия, а через мгновение — уже настоящая.

— Она мерцает. Может, из-за этого?

Эрик не ответил — в зал вбежал Алессандр Лескорэ. В порванной, местами прожженной одежде, он вонял подгоревшим мясом.

Не замечая соперников, Алессандр бросился на арену. Жадно потянулся к венцу — и вскрикнул. Тряся багровыми руками, помянул ушедших богов. Богохульник…

Пошипев немного и подув на пальцы, он резко обернулся на презрительное хмыканье герцога.

С этим с залом что-то не то: входящий видел в первую очередь корону, не замечая людей.

— Что с ней? — Алессандр ткнул пальцем в сторону столба. — Она не дается, или мы не в сердце лабиринта?

— Когда найдете ответ, поделитесь с нами, — издевательски протянул Горейский.

Послышался топот. В зал вбежал Φлориан, немного отстав, за ним следовала графиня Монфрери.

И все повторилось: не видя остальных претендентов, его высочество кинулся к главному призу. Опять обожженные руки и сквернословия, которым вторил издевательский смех герцога.

Последний претендент появился, едва переставляя ноги, ведомый под руку телохранителем.

И в тот же миг факелы на стенах вспыхнули ярче. На арене зашевелился, тревожно шурша, песок. Он перекатывался волнами, словно это было море… Уродливая, покрытая черно-зеленой чешуей морда высунулась на поверхность, а за ней — и длинное, гибкое тело. Боги… да это же змея. Гигантская змея! И она здесь не одна!

— Это вайперии…

Эрик прав, на арене выращенные с помощью магии змеи. Умнее, крупнее и агрессивнее, чем обычные гады, они длительное время пользовались бешеной популярностью в среде магов и аристократов. Вайперии поддавались дрессировке и служили своим хозяевам верными охранниками сокровищ. Почему их запретили разводить, лишь высшим магам известно. Но для королевских испытаний, похоже, запрета не существовало.

Корона на черном столбе перестала мерцать. Над нашими головами прошелестели слова:

— Тот, кто достоин, может взять корону.

Понятно теперь, зачем воткнуты мечи. Отбиваться от вайперий. Поразительно, но они не пересекали невысокую ограду, охраняя лишь территорию внутри круга.

— Что-то мне уже не хочется спешить в апартаменты, — протянула я и весело предложила: — А давай мы просто понаблюдаем?

— Отличная идея, — одобрил Эрик.

Сбросив на скамью сумку с плеча, он достал флягу с водой и мясо с сыром.

— Зрелищем нас обеспечили, хлеб в наличии.

Я взяла предложенную еду и одобрительно кивнула:

— Твоя идея перекусить тоже хороша. Нашему любимому жрецу точно понравилась бы.

Упоминание Нортема подняло настроение.

Толком утолить голод нам не дали — позади, со стороны дверей раздалось едва различимое шебаршение. Или шарканье?

Я обернулась — и чуть не подавилась сыром.

— Эрик… Смотри!

Путь к отступлению перекрыли поднятые мертвецы. Нет, я не поспешила в своих выводах — походка, расхлябанность движений, бледные лица-маски и другие признаки выдавали нежить.

Ее создал лорд Йохенссельский? Сомневаюсь, слишком велик риск. Мы все сейчас без магии, без артефактов, практически без оружия… Нет-нет! Он не мог подвергнуть нас подобной опасности. Тогда что это, диверсия?..

Страшное предположение вырвало из оцепенения.

— Умертвия! — наконец-то, я известила остальных претендентов о дополнительной подлянке.

Между первым мертвяком, самым прытким, и нами оставалось шагов шесть, как Эрик ухватил меня за руку и потащил в сторону арены.

— Габи, нам нужны мечи!

Кивнув, попросила:

— Подожди!

Эрик отпустил, когда увидел, что тянусь за ножом.

Бросок. Нож вошел четко в глазницу, останавливая на время нежить. В идеале следовало разрубить ее на части, а затем сжечь. А для этого нужен меч и факел.

Не забыв свои вещи, мы побежали к арене.

Первым пришел в себя герцог.

— К шмырям собачьим. Корона моя, и я возьму ее любой ценой!

Выхватив из крепления на стене факел, он метнулся к арене. В левой руке оказался меч. Умело орудуя огнем и сталью, Горейский убрал со своего пути двух вайперий и проскользнул к столбу.