Разорванное время - Алексей Калугин

Мист сделал знак рукой в сторону дома, до которого Кийск с двойником пытались добраться. Он по-прежнему стоял на краю горизонта, но теперь еще и каким-то образом поднялся вверх, вознесясь над скалами.

Кийск хотел было задать Мисту вопрос об этом странном здании, но в этот момент они подошли к одноэтажному домику и со словами:

– Ну вот мы и дома, – Мист распахнул перед гостями дверь.

Звуки фортепиано, на мгновение став громче, резко оборвались.

То, что они увидели, войдя в дом, совершенно не соответствовало представлению гостей о временном жилище. Они оказались в просторной и ярко освещенной комнате, пол которой был застлан зеленым ковровым покрытием с коротким и жестким ворсом. Сразу же бросился в глаза большой черный рояль, за которым, обернувшись в сторону вошедших, сидел небольшого роста, полный мужчина лет пятидесяти в выгоревших брюках и расстегнутом на груди жилете цвета хаки. Лысина на его большой голове была оторочена узким венчиком седых волос. На крышке рояля перед ним стоял колониальный пробковый шлем. В стенных нишах располагалось несколько застекленных шкафов с плотно прижатыми друг к другу разноцветными книжными корешками. Была здесь еще и стереосистема с богатым выбором дисков. Между шкафами стояли невысокие мягкие диваны, обитые красным плюшем. На одном из них сидела стройная молодая девушка с короткой стрижкой, одетая в ярко-желтый сарафан. Она читала какой-то толстый фолиант и лишь краем глаза взглянула на вошедших. На соседнем диване, откинувшись на подушки, сидела маленькая, худенькая старушка, лицо и руки которой были покрыты частой сетью глубоких морщин. На ней была белая тенниска и шорты. Оторвавшись от вязания, которым она была занята, старушка поправила на носу круглые очки с толстыми линзами и приветливо помахала гостям узенькой ладошкой. Последний, кто находился в помещении, был молодой парень с широкими плечами и хорошо развитой мускулатурой. Стоящие дыбом короткие, жесткие, как иглы, черные волосы делали его голову почти квадратной. Этот вообще сидел в купальном халате, накинутом на голое тело, в кресле возле журнального столика. На столике стояло с десяток бутылок разных размеров и форм, а парень, по лошадиному скаля большие желтые зубы, перемешивал трубочкой содержимое высокого стакана, который держал в руке.

– Ну, брат, попали мы с тобой… – тихо, так, чтобы слышно было только одному Кийску, произнес двойник.

Кийск в ответ только молча кивнул. Он уже почти привык к раздражавшему его поначалу факту, что его собственная мысль одновременно возникает и в голове у его двойника.

– Господа, позвольте представить вам наших новых коллег! – торжественно провозгласил Мист.

Он оставил карабин у двери, где уже стояли два дисковых автомата, и повесил на его ствол снятую с головы каску. Жестом руки он предложил гостям пройти к большому круглому столу, на котором стояли трехъярусный канделябр, сверкающий начищенной медью электрический самовар и высокая стопка глубоких фарфоровых тарелок. Подождав, пока гости сядут, Мист опустился на стул напротив них.

– Мы недавно отобедали, – сказал он. – Но если вы голодны, можно накрыть стол снова.

– Нет-нет, мы не хотим есть, – поспешил отказаться Кийск, которому не терпелось разобраться с нелепой ситуацией.

Мист посмотрел поочередно на остальных присутствующих и в конце концов остановил взгляд на старушке, которая отложила свое вязание в сторону и, похоже, была единственной, кто проявлял хоть какой-то интерес к вновь появившимся людям.

– Дакка Лайгет, акустик, – сказал Мист, и старушка, жеманно улыбаясь вялыми губами, слегка наклонила голову. – Иво Кийск и Игорь Кийск, – представил гостей Мист. – Как видите, они братья-близнецы, поэтому, кто из них Иво, а кто Игорь, разобраться практически невозможно.

Мист попытался пошутить, но шутка его не возымела ожидаемого результата.

– Я – Игорь, – сказал двойник Кийска.

Девушка с толстым томом на коленях, на мгновение оторвав взгляд от его страниц, посмотрела на обоих, как на картинки-загадки, между которыми нужно было найти десять различий.

Этим воспользовался Мист, чтобы представить ее:

– Аника Стрим, биолог. Она может рассказать вам много интересного про нестабилизированных, если только вам удастся застать ее в хорошем настроении.

Девушка улыбнулась одними губами. Глаза ее при этом оставались колючими и холодными, словно она боялась разрушить некий невидимый барьер, отгораживающий ее от остальных. Через мгновение она, опустив голову, снова уткнулась в книгу.

Тяжело вздохнув, Мист повернулся к толстяку за роялем. Тот с ухмылкой уверенного в собственном превосходстве человека смотрел на гостей, развернувшись к ним вполоборота. При этом левая рука его с короткими, толстыми пальцами лежала на клавиатуре и небрежно перебирала клавиши инструмента.

– Эрди Треймс, физик, – без какого-либо выражения в голосе произнес Мист.

– Специалист в области расчетов координат объектов многомерных пространств, – уточнил Треймс.

– А я – Мерт Климтри, гидрограф. – Сделав гостям ручкой, парень с лошадиной улыбкой приподнял за горлышко бутылку: – Выпить не хотите?

Гости молча покачали головами, после чего Мерт Климтри потерял к ним интерес и занялся приготовлением новой смеси в своем стакане.

Мист нервно постучал пальцами по столу, посмотрел на Кийска, затем на его двойника и, словно извиняясь, развел руки в стороны:

– Вот так мы и живем.