Мастер Исхода - Александр Мазин

Пока я размышлял, Боцман терпеливо ждал моего решения. Ему торопиться было некуда. Справа от меня был горн, в который не спрячешься, слева и позади – стены. Щель, в которой я оказался из-за собственной беспечности, была слишком мала, чтобы увернуться от арбалетных болтов, выпущенных практически в упор. Мой шанс на спасение был исчезающе мал. Вдобавок, чтобы спастись, мне пришлось бы убивать. А после первого же убийства – «откат»… Или «отката» не будет? Вполне возможно. Очень вероятно, что истоку моей новой Силы наплевать на заповедь «Не убий!».

Узнать это можно только практически. Хотя, скорее всего, меня самого убьют намного раньше…

– Что ж, Хасса, твои слова звучат убедительно, – со вздохом произнес я, вкладывая шашку в ножны и отстегивая их от пояса. – На, возьми! Только помни: ты обещал меня отпустить!

Купится или нет?

Обманутый моим смиренным видом, Боцман – купился!

Шагнул ко мне и протянул руку за оружием. Конечно, он был начеку… Но – недостаточно. Потому что оказался между мной и арбалетчиками. Что и требовалось. Едва Боцман взялся за ножны, я резким движением выдернул шашку. И воткнул ее между ребер моего недавнего соратника!

Критический момент…

– Ты же… Не убиваешь… людей… – прохрипел Боцман.

Надо же какой наблюдательный! То-то он был так спокоен.

– Извини, – сказал я. – Иногда приходится.

Боцман хотел сказать еще что-то, но внутри у него булькнуло, струйка крови вытекла изо рта, и мой бывший верный помощник умер.

Если сейчас меня скрутит, то всё кончится. Нашпигуют болтами – и всё. Больше у колонистов не останется никаких надежд.

Отката не было. Хотя что-то во мне изменилось.

Осмыслить, что именно, я не успел.

Как хорошо все-таки, что Большой Хасса действительно большой. Вернее, был таким большим.

Все восемь болтов воткнулись в тело Боцмана. Некоторые даже пробили его насквозь, но не навылет. Все-таки маловато у «десятиногов» боевого опыта. Опытные не стали бы стрелять все сразу.

Спасибо тебе, кузнец Игорь Пунченко! Ничего лучше твоей шашки в данной ситуации я и пожелать не могу. Разве что самурайский меч…

Восьмерых «десятиногов» я положил в четыре хлёста. Они даже не успели подумать о защите. Да какая там защита! Неуклюжие разряженные арбалеты – против порхающего клинка? Смешно!

Остальные «гвардейцы» (их оставалось девятеро) повели себя по-разному. Шестеро – неправильно. То есть попытались меня подстрелить. Трое – вполне разумно. Побросали арбалеты и подняли руки. Этих я не убил. Вышиб ногой брус из петель и вытолкал их во двор впереди себя.

Напрасная предосторожность. Во дворе были друзья. Мишка и Лакомка. Они бросились ко мне на помощь, едва я начал действовать. Несмотря на мой приказ. Впрочем, я сам на их месте поступил бы так же.

Порадоваться победе я не успел.

Чудовищный рев ящера ударил по ушам.

Маххаим!!!

Их было множество! Десятки!

Проклятие! Никаких шансов. Я вспомнил детские косточки на капище оборотней и зарычал от ярости. Проклятые предатели! Если бы я мог – убил бы всех. Теперь все колонисты, женщины, дети – окажутся во власти тварей. И я ничего, совершенно ничего не могу сделать! Только погибнуть вместе с ними.

Плотина холодного равнодушия, которую воздвигла в моей душе эта планета, дала трещину. Чувства захлестнули меня, на мгновение лишив возможности внятно мыслить.

Я уже был готов остаться и принять бой. И с честью погибнуть, защищая доверившихся мне беспомощных людей…

Но Мишка вовремя толкнул меня плечом, и я вспомнил, кого мне следует спасать в первую очередь. И я взял себя в руки.

Первым делом я подумал о Говоркове. Его бы я, пожалуй, мог попробовать спасти. Но мне его не убедить. Он не оставит женщин. Предпочтет более легкий выход. Смерть.

Так что искать его я не буду. Да и некогда.

Очень удачно, что кузница примыкает к той стороне Крепости, которая обращена к реке. И здесь есть малые ворота.

Не раздумывая, я бросился к ним.

Ворота охраняли четверо «гвардейцев». То есть охраняли до бунта. Сейчас они с шутками-прибаутками впускали вовнутрь развеселую компанию «стражей порядка» – ребятишек с копьями и топориками.

Наше появление стало для них неприятным сюрпризом. А вот нас ждал сюрприз приятный: ни Маххаим, ни ящеров поблизости не оказалось. «Гвардейцев» снес таранный бросок Мишки. «Стражи порядка» успели увернуться, но были достаточно глупы, чтобы попытаться своими дурацкими топориками остановить нас с Лакомкой. Вернее, меня, потому что Лакомка двигалась следом. Глупость была наказана. Я очень спешил, потому что всей кожей чувствовал приближение Маххаим. Многих Маххаим. Никаких шансов устоять. Твари задавили бы меня одной только массой. Единственное спасение – оторваться от оборотней минимум на километр.

Мы с ходу бросились в реку. У меня не осталось Силы, чтобы сгенерировать «волну Пана», но лучше уж крокодилы, чем Маххаим.

Со стен Крепости нам вдогонку прилетело несколько стрел, но – мимо. Крокодилы решили с нами не связываться. Наверное, наше поведение показалось им нетипичным для дичи. Через пару минут – раньше, чем на берегу появился первый динозавр и, соответственно, первый Маххаим, – мы уже нырнули в заросли на той стороне реки.

Вот так, бесславно, я проиграл свою великую битву за власть над «неправильной» планетой.