Двойной эскорт - Алекс Орлов

– А чего в ней вредного? Глотать не больно, а кишки такими скользкими становятся, что хоть гайки стальные глотай, все одно со свистом проскочат… Не боись, солдат ребенка не обидит!

Бруно хотел принять более подобающую его высокому положению позу, но не удержался и упал. В этот момент прозвучал сигнал вызова, а затем незнакомый голос потребовал у «незнакомого судна» немедленно авторизоваться.

– В противном случае вы будете уничтожены системой противокосмической защиты!

Бруно поднялся и, шатаясь, вернулся в рубку.

– Здесь капитан борта 2376-4875-3876 «Кайстро». Почему вы не видите моей идентификации? У вас что, аппаратура неисправна?

На том конце связи возникла пауза, Бруно говорил таким уверенным тоном, что любой мог засомневаться.

– Простите, сэр, но мы вас действительно не можем определить.

– Как выглядит моя метка? – спросил Бруно, затягивая время. Судно уже начало входить в атмосферу, его корпус стал подрагивать.

– Мы видим вас как обычный метеорит!

– Но ведь я живой человек, я разговариваю с вами, как я могу быть метеоритом?

Последовала недолгая пауза, потом голос с прежним упрямством повторил:

– Авторизуйтесь немедленно, в противном случае вы будете уничтожены системой противокосмической защиты!

– Дай-ка я, – вмешался Тони и взял у Бруно микрофон.

– Здесь офицер флота полковник Лаймер, кто на буфере перехвата?

– Э-э… лейтенант Птушка, сэр!

– Лейтенант, вам ничего не известно об учениях округа?

– Об учениях, сэр?

– Только не говорите, что на вашем посту о них впервые слышат!

– Увы, сэр, похоже, это так… – признался лейтенант.

– Кто командир батареи?

– Капитан Лепишев, сэр, но он сейчас…

– Отошел пописать? Или у него болен ребенок и он отлучился домой, а радист тем временем решил вздремнуть и вовремя не оповестил ушедшего капитана о полученной кодограмме? Хороши воины, нечего сказать!..

Судно уже порядком трясло, Бруно щелкал челюстями, а Джим сидел на корточках, упираясь руками в стену, – он не мог уйти, пока не прояснилась обстановка.

В коридоре покатился и с грохотом упал скутер.

– Все не совсем так, сэр… Просто…

– Довольно разговоров, лейтенант, я нахожусь на судне-мишени. Учебной условной мишени, заметьте!.. Нас сейчас изрядно трясет!.. Где вы базируетесь, полагаю, «Сент-Лоис – 23»?

И он, и Джим, и множество местных жителей знали об этой военной базе.

– Да, сэр!

– Часа через три я наведаюсь к вам с неожиданной инспекцией… – пообещал Тони, упираясь рукой в пол, держаться ему было уже не за что. – Надеюсь, вы оставите наш разговор в тайне, лейтенант Птушка?

– Разумеется, сэр.

– Что ж, до встречи через три часа…

Сказав последнюю фразу, он отпустил микрофон и упал на обе руки, чтобы ползти в сторону Джима по вибрирующему и подпрыгивающему полу. Ожидавший под иллюминатором Бруно перебежал к панели управления – ему еще предстояло посадить судно. После его манипуляций полет стабилизировался, судно перестало бросать из стороны в сторону, зато рев тормозящих его атмосферных потоков становился все более яростным.

– Эй, Бруно, а твоя птичка не развалится? – спросил Тони. Они с Джимом все еще не решались оставить Бруно одного, опасаясь, что без их помощи он не обойдется.

– А кто ее знает? – отозвался капитан, не спуская глаз с тех немногих приборов, что у него имелись.

– Да, успокоил, нечего сказать, – криво усмехнулся Джим. Он уже не боялся случайных спутников, угроза разрушения старенького судна Бруно казалась ему более существенной.

– А что, громко рычит? – спросил тот.

– Слов нет как громко! – прокричал в ответ Тони. – Мы такого ни разу не слышали!

– Это вы на больших судах садились, а здесь – вот они, стеночки, рядом, за ними три тысячи градусов огня в пограничном слое!.. – Бруно щелкнул каким-то тумблером, покачал головой и уже негромко добавил: – Это я еще тормозные плоскости не выпускал…