Играть, чтобы жить. Книга 3. Долг. Книга 4. Инферно - Дмитрий Рус

Засуетившийся адвокат конторы моментально вышел на меня с соболезнованиями и предложением тихого урегулирования конфликта. Я соглашаюсь не распространяться о провале конторы, они, в свою очередь, берут на себя все формальности и заботы с погребением, максимально уменьшают давление следственных органов на мать и материально компенсируют ей лечение и моральные травмы. Шакалы бизнеса…

Скривившись, даю «добро» и бессильно опускаюсь на ступени Первохрама. В голове пустота, в душе лед. Вышедшие на прогулку дети чувствуют непонятное напряжение в воздухе, оттого необычайно тихи. На периферии сознания негромко хлюпает носом Бэрримор, подкравшаяся сбоку Коша пытается незаметно вправить мне мозги, делясь тоненьким ручейком счастья и любви. Спасибо, дракоша, но у меня иммунитет к магии разума…

Пространство вновь дрогнуло, извергая в реальность очередную логин-сферу. Я непроизвольно вскинулся, преисполненный иррациональной надежды. Через секунду на мраморные плиты рухнул бледный и растрепанный Док. Уже узнал? Откуда?!

Однако медик лишь слепо мазнул по мне взглядом, его глаза тревожно забегали по сторонам и, наконец, остановились на копошащихся в песочнице детях. Спотыкаясь, падая, разбивая колени о камни и помогая себе руками, Док бросился к малышне. Добежав, он принялся хватать их одного за другим, вглядываться на секунду в лица и тут же торопливо и довольно грубо ставя на землю. Добравшись до смешливой и конопатой малявки, он на мгновение замер, а затем обхватил ее за плечи и принялся теребить:

– Маша, Машуля, ты как, ты в порядке?

Девочка тревожно наморщила лобик:

– Дядя Саша, вы чего?

Услышав тонкий голосок, Док осел на землю и, крепко прижав к себе малютку, принялся гладить ее по волосам, мерно раскачиваясь и полубезумно нашептывая что-то успокаивающее.

Я нашел в себе силы вмешаться:

– Док, не пугай ребенка. Что случилось?

Тот оглянулся, понимающе мелко-мелко закивал и, поцеловав девочку в лоб, отпустил ее:

– Беги, дочка, все хорошо.

Проковыляв ко мне, он рухнул на ступени и счастливо улыбнулся:

– Живая, Глеб, ты понимаешь, она живая! А ведь полчаса назад, в реале, я вот этими самыми руками нес ее крохотное тельце в холодильник морга! Если бы не получилось, еще одних похорон я бы не выдержал, у меня уже и шприц с ампулой в кармане халата лежал…

Небеса негромко загрохотали, по земле застучали первые капли дождя. Док поднял лицо к тучам и радостно засмеялся:

– Будем жить! Глеб, не зря, все это не зря! Первый спасенный ребенок – мне теперь есть ради чего жить!

Я посмотрел на деловито копошащуюся малышню, снующих туда-сюда щенков адских гончих, вспомнил одинокого Бэрримора, практически беззащитный замок, хорохорящегося, но так нуждающегося в помощи Павшего. Кивнул, соглашаясь:

– НАМ есть ради чего жить!

Резко встал на ноги, активировал клановый чат и громко приказал:

– Клан! Слушай мой приказ…

* * *

Совершенно Секретно, Президенту РФ от Службы Внутренней Охраны Кремля.

Докладная записка.

«Вчера, 24.08.203 … в 02:41 электронными системами наблюдения была зафиксирована успешная попытка проникновения на охраняемую территорию. Прибывшая на место группа быстрого реагирования обнаружила нарушителя, направляющегося к Сенатскому Дворцу. На требование остановиться неизвестный попытался скрыться, после чего был открыт огонь на поражение.

В ходе скоротечного боя нарушитель продемонстрировал невероятную скорость и живучесть. Группа потеряла трех человек, а на теле монстра медиками зафиксировано девятнадцать огнестрельных ранений. Именно «монстра», потому как неизвестным оказалась крупная человекообразная тварь с головой волка.

Согласно процедуре первичного опознания, фотографии объекта были скормлены ИскИну «Всезнайка» и с точностью до 99.991 % идентифицированы, как «Гнол-офицер» из виртмира «Друмир».

Помимо холодного оружия и предметов брони в сумке монстра был обнаружен пучок сломанных стрел, перевязанный белой лентой, и пергамент с письменами на неизвестном языке…»