Царь из будущего. Жизнь за «попаданца» - Борис Орлов

Управляющие поместьями лендлордов после поразившего их «морового поветрия» в виде отравления пулевым свинцом тоже сочли состояние превентивного неурожая вполне естественным для земель Зеленого острова. Конечно, полиция не отличалась подобной сговорчивостью, но умирать за одну зарплату… Развернувшийся во всю широту необозримой русской души Михайлов внедрил положенную агентуру, обеспечил контрразведывательные мероприятия. Любой новый человек, появившийся в радиусе сорока миль от лагеря, немедленно засекался местными жителями, а потом быстроногий мальчик приносил весть, подкрепленную недурственным словесным портретом незнакомца. И огромную роль в функционировании системы играло то, что за продукты питания мы исправно платили. Крестьяне не спрашивали, откуда берутся деньги. Все знают, что товарищу Кухулину их дают лепреконы.

«Политико-воспитательная работа является неотъемлемой чертой поддержания высокого боевого духа». Звучит казенно? А вот болеющий за свою воинственную паству католический священник стоит больше, чем корабль с оружием. Нам подошел только третий, поскольку с первыми двумя произошли несчастные случаи по причине профессиональной непригодности и непонимания политики партии. В общем, этот грех я взял на себя. Но принявший необычный приход третьим отец Максуин оправдал самые лучшие надежды, не говоря о том, что оказал неоценимую помощь контрразведке, сохраняя, впрочем, тайну исповеди.

Список наших дел рос стремительно. Освобождение и отправка в Америку заключенных, разгром полицейских участков, ликвидация наиболее одиозных чиновников колониальной администрации (индивидуальный террор – очень доходчивая штука), уничтожение карательных воинских команд возле городка Кипкенни.

…Просматриваемая почти насквозь дубовая роща, казалось бы, не представляла опасности, но боевая пятерка ИРА укрылась именно в ней – полученные от осведомителя лейтенантом Тейлором данные были однозначны. Конечно, «безликие» достаточно опасны, но не для шести десятков солдат Ее Величества. Держа наготове оружие, первый взвод углубился под тень лесных великанов. Минуты через три после того, как солдаты скрылись за густым подлеском, оттуда донеслась частая ружейная пальба. Настолько частая, что казалось – там стреляет несколько десятков стволов. До этой минуты англичане никогда не слышали «голос» пулемета.

Взвод, попавший под перекрестный огонь двух «Бердышей» и пули сидящих на деревьях «бекасников»[122], перестал существовать в считаные секунды. Никто из солдат даже не успел выстрелить в ответ. Затем на полянке, ставшей «полем смерти», появились быстрые черные фигуры в масках. Хлопки револьверных выстрелов – быстрый контроль, и бойцы ИРА растворяются среди листвы.

Как поступит обычный пехотный командир в таком случае? Правильно: выдвинется к месту гибели попавших в засаду солдат. Выдвинется и постарается оказать помощь плюс захочет разобраться в происшедшем. Может быть, лейтенант Тейлор и успел что-то понять. Но вот рассказать о еще одной смертоносной новинке, именуемой «двойная засада», он точно никому не смог. Пулеметные очереди, взрывы самодельных ручных гранат, пули сменивших позиции «бекасников»… Финита.

Со вторым подразделением – полноценной ротой при двух пятнадцатифунтовых орудиях – пришлось немного повозиться. Целый день снабженные биноклями разведчики аккуратно отслеживали их путь, пока умаявшиеся в карательном походе вояки не встали лагерем у берега протекающей через местечко Терлес реки. Четыре утра, самое тяжелое время дежурства. Дозорных бесшумно вырезали ирландские пластуны урядника Лихопляса, а рванувшиеся к беззащитным палаткам гранатометчики под прикрытием снайперов мгновенно превратили спящую тишину в полыхающий и взрывающийся филиал ада. Кинувшихся в разные стороны горящих солдат встречало избавление от мук в виде кинжального пулеметного огня с трех сторон. В завершение эффектно рванул боекомплект орудий.

Конечно, англы не оставляют попыток ликвидировать одиозную фигуру. Убийцы с ядом, адскими машинами, компактными стволами (уже собрал нехилую коллекцию) и острым железом идут потоком. Попытки вербовки моих сторонников, внедрения агентуры осуществляются с завидным упорством. Только методам контрразведки меня учили зубры из СМЕРШа, а уж у них противники были в разы покруче. Агенты кололись на связи, на предпочтениях в еде, по итогам незаметных, но дотошных обысков, на фальшивых непроработанных легендах. Парни Михайлова, как и он сам, бодрости не теряли и свою задачу выполняли идеально.

Графство Ленстер только номинально считается находящимся под управлением Британской короны. На самом деле там правят мои люди. Та же судьба в ближайшее время ожидает графство Манстер. В тренировочных лагерях как пунктах постоянной дислокации находится по десять боевых пятерок, остальные регулярно прибывают на тренировки и для совершения акций. Пора переносить боевые действия на территорию противника!

Больше трехсот боевиков перебираются на Британские острова. В Лондон, Бирмингем, Ньюкасл, Ливерпуль. Начинаются мелкие диверсии на военных заводах. Но в основном мои люди приглядываются. Чего не скажешь о политическом терроре!

Лондон мгновенно превратился в город с самой насыщенной криминальной хроникой. Ни один, даже самый высокий пост не является защитой от меткой пули и отточенной стали. Финские ножи, револьверы, винтовки, растяжки, просто гранаты и коктейль Молотова в окна… Ухищрения, предпринимаемые живыми мишенями, требовали определенного напряжения ума, но столетняя разница в опыте проведения терактов не оставляла врагам шансов. Расправляясь с «ястребами», мы не забывали оказывать нужное давление на умеренных политиков. «Вы не трогаете нас, мы оставляем в живых вас» – основная идея ночных диалогов трясущихся от ужаса лордов в исподнем с нежданными гостями.

Не от большого ума ряд депутатов на заседании парламента предложил использовать систему взятия и казни заложников. К слову, действия пытающихся подавить национально-освободительную борьбу врагов уже и без этого мало чем отличались от зверств немецко-фашистских оккупантов на советской земле. Англы жестоко поплатились – на всех инициаторов нового законопроекта началась настоящая охота. Их находили и уничтожали по всей Англии. Не спасали стены уединенных поместий и десятки охранников.

Сорвавшейся с цепи английской прессе были противопоставлены изощренные методы информационной войны. Серия интервью журналистам ведущих лондонских газет: мы не грабители и убийцы, мы мстители. И список злодеяний англичан, за которые мы их караем. И вдобавок небольшое предупреждение акулам пера: переврете хотя бы одно слово, господа, – уничтожим вас и ваших близких, а здания газет сожжем! Листовки с аналогичными текстами. Для солдат, чиновников, обывателей. Очень многое можно сказать даже в нескольких предложениях.

…Марш вдов. Пятитысячная колонна ирландских женщин в траурных одеждах с плакатиками, на которых были написаны имена погибших за свободу и умерших от голода отцов, сыновей, братьев. Единственные мужчины в колонне – католические священники. Весь путь по улицам женщины пели псалмы полными горя и печали нежными голосами. Прохожие плакали и присоединялись к колонне. Находились те, кто хотел запретить и прекратить. Но на защиту от полиции встали сами полицейские. Раскаяние – великое чувство. Уволенные со службы, многие из них впоследствии пополнили наши ряды.