Прикладная некромантия. Записки между страниц - Купава Огинская

— Не веришь мне? — прошипел он. — Так давай спросим Сенью. Она же у нас целительница.

— А давай!

И две пары наглых глаз нашли меня на моей кровати с книгой в руках. Обычный приключенческий роман вряд ли мог соперничать с их захватывающим чтивом, но мне нравился значительно больше.

Чинно опустив книгу на колени, я медленно ее закрыла, используя вместо закладки свои собственные пальцы, посмотрела на них и раздельно произнесла:

— Я очень рада, что вы вспомнили о моем существовании. Так случилось, что в свете последних событий у меня возникла престранная мысль. А не являюсь ли я предметом мебели, подумалось мне…

— Сень, я б тебя сейчас треснула, но вставать лень. Можешь за меня себе подзатыльник дать? — оборвала меня, так и не дав закончить мысль, орчанка.

— Не смей бить мою жену. Тем более по голове, — велел Асвер хмуро и тут же на корню загубил родившуюся было в моей душе благодарность, — она и без того порой думать забывает. А ты ей последние мозги отбить собираешься.

— Вот после такого я вам точно ничего не скажу, — обиделась я, отложила книгу и легла спать, повернувшись к ним спиной.

Часы утверждали, что совсем скоро уже наступит полночь, а это значило, что пора спать.

— Ну и ничего. Мы в библиотеке посмотрим, — решила деятельная Мира, поднимаясь, — пошли?

— Заперта библиотека, — грустно заметил зломордый.

— Нашел кого пугать замками. Пошли.

Спорить Асвер не стал и действительно пошел. Любопытно, ему, видимо, сделалось, кто выстоит в этом противостоянии. Целеустремленная Миранна, которой очень, вот прямо сейчас захотелось порыться в книгах по анатомии и целительству. Или замок, который лично заговаривал наш мнительный библиотекарь.

Ушли они, а связать меня забыли. Пока засыпала, я была этому даже рада.

Вот когда проснулась, поняла, что зря радовалась.

Видимо, уснула и пошла я раньше, чем вернулись из своего приключения мои безответственные надсмотрщики.

Проснулась я болтающейся на чьем-то жестком плече, то и дело стукаясь носом о спину. Спина была широкая, прямая и твердокаменная. А возмущенное бормотание моего таинственного переносчика — негромкими, но искренне недовольными. И голос этот я узнала.

— Сначала по кладбищу ее догоняй, потом в лесу мертвом вылавливай. Теперь еще и из подземного хода выковыривай, — раздраженно бормотал Реннан, уверенно меня куда-то таща. — Одни проблемы от женщин. Недаром их в армию не берут.

Я тихо болталась на его плече и не знала, что делать. Больше всего меня сейчас страшило не то, что я опять куда-то пошла, а возможное наказание, которое может придумать мне не страдающий человеколюбием капитан. К проделкам камушка я уже как-то привыкла, а вот очередной поход в какой-нибудь мертвый лес, отравленную степь или пустыню с белыми ночами я совсем не хотела.

Потому висела молча и мечтала потеряться по дороге.

Мечтала усиленно, но не плодотворно. Окончательно осознала это, когда мы оказались у лестницы, ведущей на этажи женского общежития.

Реннан, которому никто разрешения на посещение этого крыла не давал, застыл перед засиявшей при его приближении завесой. Полупрозрачное сияние изредка вспыхивало золотыми искрами и намеревалось не пущать супостата.

— Хватит вредничать. Я по важному делу, — хмуро обратился кэп к заклинанию.

С трудом удержавшись от невежливого смешка, я ждала, что будет дальше.

Заклинание закономерно не отозвалось, но, кажется, светиться стало интенсивнее, как бы намекая, что ему глубоко фиолетово, по каким там делам капитан бродит рядом с его территорией.

Реннан был упертый и так просто сдаваться не стал:

— По-хорошему же прошу, пусти. Я студентку отнесу и сразу уйду.

Заклинание еще раз вспыхнуло, затрещали насмешливо золотые искры, осыпаясь на каменный пол у ног оборотня.

— Значит будем по-плохому, — с плохо скрываемой радостью констатировал кэп и уверенно понес меня к перилам, в которые на уровне первой ступени был вплавлен граненый сиреневый камень впечатляющих размеров. Внутри него всегда горел золотистый огонек.

Задиристо вспыхнувший при приближении неприятеля, он разгорелся ярче, заставляя камень сиять. Капитана это не впечатлило. Нежно погладив гладкий, прохладный бок рукой с отросшими звериными когтями, он дружелюбно спросил:

— Будешь и дальше упрямиться?

И от его дружелюбия таким холодом повеяло, что даже мне почувствовать удалось.

Вот если бы он у меня так об этом спросил, я бы точно упрямиться перестала и впустила бы злодеюку без всяких вопросов.

Заклинание оказалось храбрее меня. По завесе прошлась легкая рябь, что, скорее всего, было дрожью. Но преграда все равно осталась на месте, все так же отделяя женское общежитие от закипающего капитана.

Несильно царапнув камень когтями, он угрожающе прорычал:

— Я же из тебя побрякушек наделаю и на ярмарке продам.

Завеса задрожала сильнее, но не сдалась.

Неизвестно, что там дальше случилось бы, не раздайся голос моего замечательного декана со стороны коридора:

— Реннан, могу ли я узнать, что ты делаешь?

— Веду переговоры, — не моргнув глазом соврал кэп, поворачиваясь к Фьяллару. Врал нагло и бессовестно. Уж мы-то с камушком знали точно то были не переговоры, а запугивание.

— Не берись за то, чего не умеешь, — насмешливо посоветовал магистр. По камням застучали шаги. Подходили к нам два человека, это я точно расслышала.

— Нашлась твоя пропажа, Градэн. Это хорошо, — добродушно заметил Фьяллар и уже не так дружелюбно добавил, — плохо то, что вы за ней не уследили.

— Поверьте, я уже столько раз успел пожалеть, что отлучился… — глухо отозвался зломордый.

Висеть мне стало как-то неудобно. Жесткое плечо тут же стало слишком сильно давить на живот, голова закружилась, и вообще…

Висеть бесчувственной тряпкой расхотелось. Зато захотелось плакать. Даже не плакать, рыдать в голос, и чтобы все вокруг меня бегали.

— Кэээп, — легонько похлопав Реннана по боку, я тихо попросила, — а поставьте меня, пожалуйста, на пол. Я уже очнулась.

— И давно? — мрачно спросил он, выполняя мою просьбу.

— Не так чтобы совсем, но было неловко мешать вашей беседе, — вяло отозвалась я, отворачиваясь от недовольного оборотня.

Асвер стоял шагах в пяти от нас. Очень бледный и уставший.

Шмыгнув носом, глубоко вздохнула и пошла, надеясь, что успею дойти и не разреветься. Дошла, ткнулась носом в притихшего некроманта, растерянное покашливание магистра проигнорировала, ехидное фырканье капитана пропустила мимо ушей, вздохнула глубоко и замерла. Только зломордого для надежности за талию обхватила, а то уж очень напряженный он был, рождая в душе вполне справедливые опасения, что сейчас сбежит.