История классической попаданки. Тяжелой поступью - Валери Фрост

Земная кивнула, молча соглашаясь.

— Сейчас мы с тобой попадем в сказку, и запах корицы перестанет быть синонимом переживаний. Обретет другой смысл. Если ты захочешь, конечно.

Аня задумалась — а захочет ли? Прислушалась к себе: где-то далеко на задворках памяти приоткрылась дверь, приглашая войти в дом. Ох уж эта привычка доводить дело до конца! Но сегодня эта черта характера сдала позиции, потому и была выдворена ленью — иди погуляй!

Тем временем две спутницы достигли рая: других слов и не стоило искать, чтобы описать эти красоту и покой. Да, да, именно покой царил в шепоте теней. Сумрачные огни превращали любого присутствующего в совершенство. Мягкие диваны, низкие столики, высокие барные стойки, призрачные потолки и стены…

— Мне здесь нравится, — одними губами произнесла Аня и влилась в компанию одним легким движением.

— Погоди, — Сорифез ухватила брюнетку за руку. — Здесь не все так, как кажется.

Аня вернулась и приняла из рук спасительницы тыковку, наполненную жидкостью.

— А как? — Земная не спросила, что за напиток был ей предложен, — просто выпила.

— Иллюзия, — Сорифез забрала опустевший сосуд и кивнула на компанию людей. — И правда.

Аня подумала, что самой мудрой расой мог бы стать любой народ, если бы говорил загадками и не договаривал фразы. Не только драконы.

Немного побродив среди людей, Аня послушала, поулыбалась, чуть-чуть захмелела и пришла к однозначному выводу — попала на сеанс групповой терапии. Психотерапии. Часть присутствующих однозначно были представителями высокооплачиваемой профессии. Другая часть — просто гости. Но разгадать в говорящем и слушающем доктора и пациента оказалось не таким простым делом.

— Вы здесь впервые?

Аня не спешила обернуться, впитывая, словно влагу, медовый голос говорившего.

— Вы очень приятно пахнете.

— Это корица.

— Слишком просто, — отреагировал собеседник.

— О, нет, все слишком запутанно. — Аня встала в стойку.

— Это часть ритуала?

— И часть жизни.

Ане казалось, что незаконченные общие фразы превращают ее в дракона. Именно этой мысли девушка и улыбнулась. Собеседник же поспешил расшифровать знак и присвоил чужие лавры себе.

— Позвольте представиться. — Мужчина наконец вышел из-за Аниной спины и встал вполоборота к девушке. — Креон Филдинг Третий.

— А я — Золушка Вторая.

Шутка удалась — улыбнулись оба.

Атмосфера безопасности, абсолютного доверия, царившая на островке, развязывала языки и поражала воображение разнообразием услышанных историй. Напрягаться и скрытничать, похоже, никто не собирался: люди общались, изливали душу, давали советы, сравнивали поведение того или иного индивида в одинаковых ситуациях.

Неуловимым жестом Аню пригласили присоединиться к группе уже начавших разговор молодых людей.

— Ты должна была уйти от него еще раньше, не затягивать так надолго, — брюнетка застала конечную стадию обсуждения чужой проблемы.

— Теперь я это понимаю, — вздохнула рассказчица, — теперь осталось надеяться на лучшее.

Анин оптимизм снова поскребся в дверь, мол, на судьбу надейся, но и сама не плошай, однако вновь был задвинут более активными настроениями.

— А вот моему другу достался экземплярчик, хех, — очередной рассказчик отхлебнул из тыковки и покачал головой. — Таких женщин на всем белом свете — раз-два и обчелся.

— Капризная красотка?

— Много хочет и мало дает?

— Эльфийка?

Аня удивилась — эк выделяют остроухих! Не просто отдельно взятая раса, а еще и носители особого склада характера.

— Нет, — варианты не закончились, но рассказчик перебил: — Она просто другая, не похожая ни на кого.

— Ага, все мы ни на кого не похожие, — вступила в разговор одна из дам.

— Она из другой страны.

— Эльфийка?

Компания рассмеялась.

— Нет. Она отличается от наших женщин так, как соль отличается от сахара.

Кто-то понимающе закивал, кто-то неосознанно нахмурился.

— И вашему другу такой экземпляр не подходит?

— Наоборот: он от нее в восторге, но зачастую оказывается в тупике.

— А поговорить они пытались?

— Он пытался, да только она либо сбегала, либо ее братец к ней не подпускал.

Аня напряглась — больно похожая ситуация была у нее — и молча продолжила слушать.

— И что он решил?

— Пока решил, что будет идти до конца.

Мужчины одобрительно загудели.

— А вдруг этот конец ту женщину не очень устроит? — возник новый вопрос, исходил он от женской половины.

— Как же не устроит, если они будут вместе?

— То есть важен результат, а за ценой мы не постоим?

«Бесполезная трата времени, — подумала Аня, — никакой конкретики. Философы хреновы».

— А если ценой с одной стороны стоит власть, а с другой вера? — Аня решила уточнить, дабы получить ответ на конкретный вопрос.

— Уточните, пожалуйста.

— Если мужчине придется отказаться от власти ради женщины, ради того, чтобы быть вместе, — эта плата достойна результата?

Мужчины замолкли, а дамы уважительно закивали, поглядывая на брюнетку.

— Ну это смотря какая власть… — начал было выдвигать гипотезы один из присутствующих.

— Трон! — отрезала Аня.

Было ой как интересно услышать мужское мнение.

— Значит, ей надо быть достойной этой платы.

— Звучит, словно портовую девку оцениваем.

— О нет, — вновь подал голос начавший этот спор. — Я ее видел.

Слушатели молчали, ожидая оценки.

— Я бы за нее от короны отказался.

— И не побоялся бы будущего без власти?

— Нет!

— Смелое заявление. Но это лишь слова.

Резко выраженное недоверие в словах незнакомки больно резануло слух. «Заводила» наклонился вперед, прожигая в Ане дырку.

— Но он уже сдержал слово — он отказался.

— У него есть еще два дня, — Аня также наклонилась вперед. — У него еще есть время передумать.

Групповая терапия медленно перетекала в более индивидуальную форму. Но собравшимся, кажется, это даже нравилось.

— И еще, — Аня откинулась на спинку кресла, — он не боится, что жертва окажется напрасной?

— Это почему же? Неужели женщина, которой назначили цену размером в царство, может не оценить этого по достоинству?