Последняя крепость - Юрий Никитин

Мария за спиной не подавала признаков жизни, хотя Стивенпочти чувствовал, как ствол ее «браунинга» или «беретты» направлен ему взатылок, зато Ави поинтересовался очень сдержанно:

– Это к чему?

Стивен сказал тихо:

– Вся эта операция до мельчайших деталей былапросчитана на «Блю Джине»…

– И что же? – спросил Ави.

– «Блю Джин» выдает всегда верные решения. Он впринципе не может выдать неверных.

Ави взглянул поверх его плеча, у Стивена появился крохотныйшанс на рывок, но сдержался, а по взгляду Ави понял, что тот уже заметил своюошибку и теперь присматривается к американцу с недоумением: почему упустилшанс?

Сбоку появилась Мария, в руке огромный армейский пистолет,она встала так, что он не мог их обоих держать взглядом, должен поворачиватьголову. Лицо ее бледное, изнуренное, в глазах, кроме злости, читалась и тоска.

– Я умолчу о евреях, – сказала онанегромко, – они у тебя костью поперек горла, но как насчет огромной армииКсеркса, который двинулся на Грецию во главе миллионной армии? А греки, что ибез того постоянно дрались друг с другом, выставили против него крохотнуюгорсточку? Абсолютно все персидские «блю джины» предсказали разгром греков иуничтожение Греции. Но греки разгромили персов под Марафоном, а на море – приСаламине!..

Он поморщился:

– То было другое время. Может быть, случайность.

Она сказала саркастически:

– Ну да, случайность. Персов тогда спасло, что греки ине подумали идти следом, а продолжали драться друг с другом. Но немного спустяцарь крохотной Македонии, ее и на карте не разглядишь, вторгся в Персию стридцатитысячным войском, разбил полумиллионную армию персидского царя, разбилостальные армии, и Персия перестала существовать!.. Вместе с их «блю джинами».

Стивен втайне ликовал, что удалось втянуть их в разговор,дискуссию, сделал вид, что сам горячится и всерьез воспринимает спор.

– Та победоносная Греция, – сказал он сжаром, – давно стала страной пастухов. Все когда-то заканчивается. Сейчаспришел конец и великой цивилизации Израиля. Хочет он того или нет, нонеумолимой логикой истории будет вовлечен в жизнь всего человечества. Ирастворится в нем, на планете Земля все – люди! Нет отныне американцев, немцев,русских, китайцев… не будет и евреев. Будут, скажем, земляне. А потом, когдаосвоим другие планеты, появятся марсиане, венериане… которые затем сновасольются во что-то единое. К примеру, солнечники.

Мария взглянула на Ави:

– Он просто не понимает.

Ави кивнул:

– Не понимает.

– А кто из них понимает? – спросила Мария.

Внезапно Стивен, помимо страха, начал ощущать злость, быстропереходящую в холодное бешенство.

– Ах, – процедил он, – снова это ваша голубаякровь и белая кость? Превосходство еврейской крови?.. А мы, американцы,настолько тупые, что смеемся, только когда кто-то на банановой корке?

Ави покачал головой, в жестоких глазах промелькнула некаяпечаль.

– Мы этого сами не понимаем, – призналсяон, – но мы верим в то, что иудеи не должны исчезнуть.

– Почему? – потребовал Стивен люто.

– Не знаю, – ответил Ави, и Стивен видел, чтоконтрразведчик не врет. – Мы просто верим в это. Труднее было тем, первымиудеям! А нам легче, потому что уже есть доказательства правоты нашей веры.

– Какие? – потребовал Стивен.

Ави коротко усмехнулся, обвел руками комнату, но Стивенпонимал, что охватывает весь мир.

– Это все, – ответил Ави. – Ну а теперь отебе. Как я уже сказал, нам неприятно, что ты оказался не на той стороне. Ядолжен тебя арестовать, Стивен. Ты ведь и сам не отрицаешь, что ты не рядовойтурист, а из коммандос… Хотя, конечно, будешь все отрицать. Однако у насширокие полномочия, я могу решить твою судьбу и сам…

Он замолчал, пытливо всматриваясь в него черными, как спиныжужелиц, глазами.

Стивен коротко усмехнулся:

– И кого я должен предать?

Ави развел руками:

– Ты не руководитель десантной группы по краже нашегоистребителя, как сам сказал… а каково положение в мире, мы все знаем. Не думаю,что ты знаешь больше. Более того, мы наверняка знаем больше.

Он смотрел в упор, у Стивена под ложечкой сосало все сильнее.Стараясь не выглядеть испуганным, он спросил:

– И что ты решил?

Ави сказал невесело:

– Нет, Стивен, я не стану стрелять в тебя иливыхватывать пистолет и кричать: «Руки вверх, проклятый американец!» Будь ямоложе, тогда бы конечно… Да и ты уже повидал жизнь, эти детские штучкиперерос. Потому и сидим вот так, рассуждаем, ищем выход. Потому что обапатриоты, оба желаем своим странам и своим народам добра, но уже без того,чтобы стрелять один в другого. Если я просто уйду, что ты будешь делать?

Стивен ощутил тепло во внутренностях. Облегчение было такимбурным, что он изо всех сил старался не показать, как счастлив, что избежал…или избежит застенков МОССАДа.

– Я солдат, – ответил он. – В данном случаерядовой. Или почти. Я должен ждать приказа.

Ави сказал:

– А если я предложу тебе взять Марию и немедленноуехать? Вылететь самолетом в твою Калифорнию?

Стивен сказал медленно:

– Вылететь из вашей страны не так просто: нужноподтвердить в самой авиакомпании не позднее чем за семьдесят два часа, иначе ввылете будет отказано.

Ави отмахнулся:

– У нас забронированные места на каждый рейс.

– Увы, – ответил Стивен и перевел взгляд наМарию. – Ты не спросил свою… племянницу.

Ави чуть улыбнулся:

– Она в самом деле моя племянница. Просто так ужполучилось, что у нас вся семья служит по одной линии. Сам знаешь, естькадровые военные, есть потомственные врачи, банкиры, корабелы… Потому япо-родственному и хотел бы убрать ее подальше от мест, где погибли ее отец имать, погиб брат…

Стивен проговорил:

– Я не знал… Мария, их ничто не заменит, но я будустараться. Если бы ты в самом деле решилась…

Она впервые за долгое время разомкнула губы:

– Улететь с тобой?

Он виновато развел руками:

– Пока одна. А когда все это закончится… я тоженадеюсь, что это только операция устрашения, я сразу же…

Она разомкнула губы в невеселой усмешке:

– Стивен, Стивен… ты меня совсем не уважаешь? Тыостаешься, потому что твой долг – наводить порядок на планете, как ты этопонимаешь, а я должна бежать, когда стране плохо?