Часодеи. Часовая битва - Наталья Щерба

— А янтарию сложно сделать?

— Непросто, — подтвердил Александр. — С другой стороны, если хорошо потренироваться…

Он вытащил часовую стрелу. Василиса приметила, что стрела у него старая, со следами ржавчины, только острие блестит. Скорее всего Столетты, как и другие остальские часовщики, использовали стрелы, снятые со старых часов.

— Смотри… — Александр очертил перед собой круг, и тот вспыхнул серебристым пламенем. Из центра круга просыпался, словно из рога изобилия, искристо-огненный дождь, завихрился, разделяясь на струйки, пошел разными узорами… И вскоре превратился в Александра и Василису, стоящих под платаном, только уменьшенных раз в десять.

— Это мы во вчерашнем дне, время отрезка: семнадцать двадцать — семнадцать двадцать пять. Думаю, хватит для нашего эксперимента. — Он широко взмахнул часовой стрелой и произнес эферное слово: — Янтария!

На глазах у изумленной Василисы их фигуры начали таять и рассыпаться, снова превращаясь в золотистый вихрь. Песчинки затанцевали друг возле друга, стали уплотняться, клеясь одна к другой, и вскоре зависли в виде небольшой сияющей капли прямо перед носом девочки. Александр бережно подхватил каплю и переместил в один из камней — бело-желтый.

— Конечно, можно спрятать каплю Времени куда угодно, в любую вещь — часы, зеркальце, шкатулку, кинжал или, скажем, ботинок. Но я лично предпочитаю по старинке — в янтаре.

— Здорово! — невольно восхитилась Василиса.

— Попробуй сама на досуге, — подмигнул Александр. — Я разрешаю выбрать тебе из этого хлама любую вещь… Думаю, что вскоре у тебя получится сделать собственную янтарию. Но не забудь последовательность: вначале открываешь свое время — круг часовой стрелой, затем вызываешь в памяти воспоминание и — здесь начинается самое сложное — вытягиваешь его по крупинке, по песчинке… После того как оно проявилось, потребуется эферное слово «янтария»!

Василиса кивнула, старательно запоминая.

— А если сохранить воспоминание в какой-нибудь вещи?

— То же самое, только вначале перемещаешь воспоминание в нужную вещь, а после запечатываешь тем же эферным словом — «янтария».

Александр окинул хозяйским взглядом кучу старья:

— Давай подыщем тебе что-нибудь… О! — Элегантным жестом он выудил цепочку с кулоном-янтарем.

— Смотри, какая удача! — Он довольно прицокнул языком. — Чем тебе не еще один тиккер, кстати? Так вот… Янтарь — весьма своенравный камень, его необходимо расплавить, чтобы он вобрал в себя твое время. Вот тут-то и придет на помощь часовой флер. Понимаешь?

— Да, понимаю… Спасибо! — Василиса приняла цепочку с кулоном. Ей стало так интересно, что она даже на какой-то миг позабыла, что находится далеко-далеко от Эфлары, в плену у Столеттов.

— Видишь, тебе найдется, чем у нас заняться. — Александр приподнялся, распрямляя плечи, и вдруг приставил руку козырьком ко лбу. — О, я вижу Зарри… Значит, скоро и матушка к тебе пожалует.

Через некоторое время действительно пришла Хронимара. С недоверчивой миной на лице она выслушала короткий рассказ Василисы и даже взяла в руки ржавое топорище.

— Ну что же, черноключница. — Она одарила Василису нахмуренным взглядом. — Завтра получишь задание посложнее.

С тех пор Василиса стала жить в домике на скале. Каждый день два охранника приносили ей вещи и сваливали тут же, на веранде — шкатулки, часы, очки, перчатки, посуду, одежду, какие-то садовые инструменты и даже резиновые сапоги.

Вслед за этим кто-нибудь из детей приносил завтрак — хлеб, сыр, масло и стакан молока или виноградного сока.

А еще к Василисе приставили помощника — хмурого мальчика лет девяти. С помощью тиккера девочка узнавала историю очередной вещи, а этот мальчик записывал в специальный альбом то, что видел вместе с ней. Сначала Василисе было интересно, но потом она заскучала — мальчишка оказался молчаливым, даже имя пришлось чуть ли не клещами из него вытягивать. Оказалось, что его зовут Леник и он троюродный внук Хронимары. Мальчик рассказал, что в деревне проживает больше ста семей и все они — родственники Хронимары, поэтому мужчины ищут невест за пределами селения, да и девушки заглядываются в основном на приезжих.

Выведав такие подробности, Василиса вновь забеспокоилась, где же сейчас находится Фэш и хорошо ли с ним обращаются, но Леник говорить отказывался. Лишь однажды она заметила вдалеке Фэша, следующего за Хронимарой, но не решилась ему крикнуть. Именно тогда она превратилась в огнежара, чтобы долететь до него, но путь ей преградила большая стая черных ворон и, каркая и махая крыльями, заставила ее вернуться. Очевидно, это были стражи Хронимары, охраняющие Платановую долину.

Зато вечером, когда Василиса оставалась в полном одиночестве, она могла заниматься чем хотела — например янтарением Времени. Специально для этого она выбрала давнее воспоминание, где они с Белой Королевой плывут на белой ладье, пролетая над таинственным полем старочасов.

Александр оказался прав: Василиса быстро научилась сгущать воспоминание в золотистую каплю, но вот янтарь никак не хотел поддаваться. Василиса окружала кулон с цепочкой плотным часовым флером, раз за разом касалась его острием часовой стрелы, но янтарь оставался твердым и лишь иногда чуть-чуть теплел… Для янтарии этого было мало, и Василиса упорно продолжала занятия.

* * *

За окном лил сильный дождь.

Кабинет, и без того обставленный в черных тонах, из-за плохой погоды казался еще мрачнее. Сидя в кресле, Нортон-старший задумчиво смотрел в окно, погрузившись в какие-то важные и, судя по глубокой вертикальной складке на лбу, очень тревожные мысли.

Вдруг его размышления были прерваны: прозвенел сигнал временного перехода, возвещая о гостях. Через зеркало в овальной раме, выложенной изумрудами и рубинами, в его комнату поочередно ввалились Маар Броннер, Диана Фрезер, Ник Лазарев и даже Данила Бронников. Вид у ребят был испуганный и печальный.

За ними показалась сама Черная Королева — из-под черной вуали, приколотой к шляпке, выглядывало ее очень сердитое лицо.

— Хотели убежать! — выкрикнула она с порога. — Утащили крылатую повозку — и вперед! А этот… — она отвесила крепкий подзатыльник Даниле, — еще на тонкорога взобрался, фейр несчастный!

— Я бы управляла тонкорогами, — хмуро произнесла Диана. — Я умею, меня специально учили.

— Мы не убегали, — вмешался Ник, с некоторой опаской косясь на Нортона-старшего. — Мы отправлялись на помощь Василисе и…

— Вас поселили в Черноводе не затем, чтобы вы сбегали! — вновь прогремел голос Черной Королевы. — Мало нам, что Василиса убежала? Еще и вас пришлось бы спасать!

— Мы переживаем за то, что сейчас происходит в Змиулане, — тихо, но твердо произнес Маар. — Пока мы здесь отсиживаемся, Василиса и Захарра в большой опасности.

— И Фэш, — сердито добавил Ник.

Нортон-старший встал с кресла и, заведя руки за спину, уставился на младшего Лазарева.