Победитель - Николай Романов

Дом оказался небольшой частной гостиницей в два этажа.

Скорее всего, постояльцы жили только на втором этаже, а на первом – вспомогательные помещения.

Припарковав машину, Осетр обернулся к соратникам:

– Прибыли на место, дамы и господа! С этой минуты никаких «ваших императорских величеств»! Я для вас просто «шеф»!

Выбрались из салона, позвонили портье.

Через минуту из-за запертой двери послышался испуганный мужской голос:

– Кто там?

– Открывайте немедленно, – негромко сказал Осетр.

Сраженный туманной силой, портье открыл.

Вошли внутрь.

– Постояльцы есть?

– Четверо.

Портье не мог соврать, но Осетр и сам ощущал присутствие именно четверых людей на втором этаже. И потянулся к ним отросшими туманными щупальцами.

– В каком номере? – спросил он в реале.

– Два-бэ, – ответил портье.

Трое были люди как люди, а вот четвертый…

В реале Осетр велел портье остаться на первом этаже, а остальным скомандовал:

– Наверх! Только держитесь у меня за спиной.

Четвертый был ментал – в схватку с туманной силой Осетра немедленно вступила чужая сила.

Все было так же, как при захвате Владислава Второго. Только не было рядом Найдена.

Вместо него – вооруженная лишь камерой журналистка да младший сержант Иванов, на которого то ли можно было надеяться, то ли нет…

Конечно, его сподручно использовать в качестве живого щита, но для этого им требовалось управлять, а на это возможностей пока не хватало.

Потому что туманная сила ментала оказалась слишком велика.

– Держитесь у меня за спиной, – бубнил Осетр, поднимаясь по лестнице. – Держитесь у меня за спиной.

Как ни странно, эти слова оказались своего рода заклинанием. От них словно прибавлялось мощи.

Туманные щупальца Осетра делались толще, длиннее, завивались кольцами вокруг ментального тумана, порождаемого противником.

Оттуда, где кончалась лестница и начинался коридор, раздался ужасающе-тонкий визг, от которого по спине побежали мурашки. Визг быстро перешел в хрип… в шипение… в беззвучность… в тишину…

Чужой силы больше не было.

Теперь Осетр мог управлять живыми куклами за своей спиной. Как и такими же куклами, ожидающими неведомого впереди.

Но если ты управляешь человеком, какая же это, к дьяволу, дуэль! И не заставлять же сестер броситься на Вершителя!

Нет, в дуэли участвуют свободные люди.

Свободный человек Остромир Романов взлетел на второй этаж и одним ударом вынес дверь с номером «2б», за которой его ждал свободный человек Тим Бедросо.

В прихожей лежал труп.

А за закрытой следующей дверью находились трое живых: мужчина и две женщины. Компанию им составляли трое неживых. Но и не мертвых.

Три ИскИна.

Родилось «росомашье» чувство тревоги.

И Осетр сообразил, что произойдет, когда он вынесет и эту дверь. Как понял и то, что предстоит сделать ему.

Никакого страха не было.

Туманной силы – пруд пруди.

Но на всякий случай он перестал фиксировать тех, кто был за спиной. Вряд ли они успеют совершить какую-нибудь глупость.

Помимо тумана, он собрал всю физическую силу. И вынес дверь.

А дальше все шло как на автомате.

Мужчина, поднимающийся с дивана в углу слева. Две полненькие женские фигурки, скрючившиеся в углу слева.

В руках мужчины парализатор, нацеленный на незваного гостя.

Рев на мерканском:

– Вот тебе и конец, ублюдок!

Хозяин успел выстрелить – об этом сказал шум падающих тел за дверью.

Но Осетр в это время оказался уже в другом месте – справа от противника.

Удар по руке, и оружие падает на пол.

Хозяин раззявил рот, собираясь завопить от страха и непонимания. Однако крикнуть не успел – Осетр нанес ему удар ладонью по шее. Несильно, чтобы не убить.

Впрочем, он прекрасно знал, что еще ничего не кончилось – примером тому было случившееся с Ольгой.

И вновь ментальность его переполнилась силой.

Рядом находились три ИскИна, внутри которых начали разгораться знакомые искорки.

Осетр протянул к ним три туманных руки и цепко схватил искорки «пальцами». А потом сжал их.

Искорки даваться не хотели. Они пытались выскользнуть из «пальцев», будто тающие ледышки. Пришлось протянуть еще три туманных руки и сложить друг с другом «ладони», создав пещерки, защищавшие искорки от внешнего мира.