Я всё равно тебя найду - Наталья Мусникова

Прав был мудрец, сказавший, что в самой стылой и беспросветной тьме отчаяния человека может спасти крохотная искорка надежды, зажжённая горячим сердцем. Мы просидели с Дианой в кафе часа три, и за это время я была представлена огромному количеству людей. Диана познакомила меня с легендарной (точнее, ставшей легендарной после катастрофы) Молли Браун, четой Асторов. Как трогательно мистер Астор ухаживал за своей женой, а она смотрела на него полным восхищения взором. Милая девочка не знала, да и не могла знать, что через три дня её сказка превратится в кошмар. Диана представила меня и Штраусам. Милейшие люди, но от их добродушной приветливости мне стало совсем плохо. Хотелось в голос кричать от боли и страха. Чувствуя, что глаза стремительно наполняются слезами, я торопливо распрощалась с обаятельнейшей миссис Хейр и своими новыми знакомыми и чуть ли не бегом бросилась из кафе. Правда, далеко убежать не успела, на пороге кафе я врезалась в какого-то мужчину. Того самого здоровяка в роскошном костюме, который толкнул меня на прогулочной палубе. Торопливо прошептав слова извинения, хотя на языке вертелись ругательства, я быстренько проскользнула мимо этого неповоротливого гиганта. Вот ведь мастодонт какой, чем его только кормят! Второй раз за день он встаёт у меня на пути! Может в прошлой жизни он был Ахиллом? А что, внешне похож, такой же гигант без всякого лоска, хоть и влиятельный.

Понимая, что моя пробежка до каюты может вызвать ненужные вопросы (проклятые правила приличия!) я шла решительным широким шагом. Может быть, со стороны мой шаг казался уж слишком решительным, но мне было на это наплевать. Я хотела одного: забиться на кровать и всласть порыдать о незадачливой судьбе лайнера и его пассажиров. Особенно пассажиров (ну, и само собой, пожалеть себя, несчастную). Но мои надежды с тихим звоном развеялись по ветру, стоило мне только переступить порог каюты. На мягком кресле (моём любимом!) в непринуждённой позе развалилась… Гера. Я не стала ругаться, просто окинула каюту внимательным взглядом, прикидывая, чем можно запустить в назойливую богиню.

– Вижу, ты мне не рада, – серебристо рассмеялась Гера. – А зря, я пришла подвести итог твоего первого дня на «Титанике».

– Я и так знаю, что ничего не добилась, – непримиримо буркнула я, не сводя алчущего взора со старинной вазы (жаль, конечно, но всё равно разобьётся) на прикроватном столике.

– Ты ошибаешься, девочка, – Гера посмотрела на меня едва ли не с материнской нежностью. – Ты очаровала Одиссея (правда, большого таланта на это не нужно) и совершенно покорила сердце Кассандры.

Признаюсь честно, на миг мне показалось, что Гера начинает заговариваться (а что, возраст-то как-никак уже веками исчисляется!).

– Кого? – переспросила я, пристально глядя в глаза богине.

Та неожиданно откинула голову назад и заразительно рассмеялась.

– Ой, не могу, – хохотала Гера, вытирая выступившие от смеха слёзы. – Это же надо было такое подумать! Да, девочка, не думала, что скажу это когда-нибудь, но кажется, Гектор не ошибся, выбрав тебя в свои супруги. С тобой не соскучишься.

Вот интересно, она меня сейчас похвалила или унизила? Ваза-то вот она, достаточно только руку протянуть…

– Не сердись, – примирительно протянула мне руку Гера (и что мне с ней делать? Поцеловать, как священнику?). – Я правда тобой восхищаюсь. Сегодня ты встретилась с неким мистером Рождерсоном, было такое?

Я честно попыталась вспомнить и неуверенно кивнула. Мужчина точно был, он пытался за мной ухаживать, но миссис Хейр его решительно «отшила».

– Мистер Роджерсон и есть Одиссей, – беспечно, словно речь идёт о погоде за окном, произнесла Гера. – Даже время его, балбеса, не меняет. И что только Афина с Пенелопой в нём нашли? Вроде умные женщины обе…

– Даже умная женщина может быть круглой дурой, – машинально ответила я любимой присказкой моей ненаглядной подруги.

Гера стрельнула лукавым взором (словно собираясь, но в самый последний момент сдержав ехидный комментарий из серии «тебе виднее») и беззаботно продолжила:

– А миссис Хейр, так понравившаяся тебе, и есть Кассандра. Она по-прежнему помогает тебе, только на этот раз ты понимаешь её гораздо лучше, верно?

Я так распахнула глаза, что мне на миг реально показалось, что они у меня сейчас просто выпадут. Миссис Хейр была Кассандрой! Элегантная и в меру величественная Диана была полубезумной девчонкой вечно лопочущей что-то о надвигающихся катастрофах! Так, минуточку, а её муж тогда кто? Уж не…

– Ну да, Аполлон, – Гера согласно кивнула, не сводя с меня смеющихся глаз. – Мальчишка закатил такую истерику, что чуть весь Олимп по камешку не разнёс. Чтобы он, наконец, успокоился, Зевсу пришлось разрешить ему стать супругом его ненаглядной Кассандры. Не смотри на меня так, я понятия не имею, что он в ней нашёл. Я тоже считаю, что она довольно… серенькая.

– Но, Диана рассказывала… – проблеяла я, не в силах произнести хоть что-то связное.

– Закон воздаяния, – легко выпалила Гера (ну естественно, я ведь всё-всё про этот закон знаю!). – В Трое Аполлон за ней бегал, её, кхм, любви добивался. Вполне разумно, чтобы в этот раз она немножко пострадала, прежде чем обрести своё счастье.

Я, пусть и неохотно, но вынуждена была согласиться, что закон справедлив. Меньше всего мы ценим то, что нам легко досталось. А эти двое, немало пострадав друг из-за друга, будут до конца своих дней друг с друга пылинки сдувать. Фрэнки рассказывала, что так оно и было. Так, стоп, но если прабабка Франчески вышла замуж за бога, значит…

– Знала бы ты, сколько людей на земле несут в своих жилах божественную кровь, – вздохнула Гера, совсем по бабьи подпирая щёку кулаком. – Хотя, кому я рассказываю, мифы о богах в пятых классах учат, сама знаешь.

Я смущённо кашлянула, невольно отводя взгляд.

– Ну ладно, – потянулась Гера, грациозно поднимаясь с кресла. – Засиделась я у тебя, тебе уж спать давно пора.

– Гера, постой, – выпалила я прежде, чем успела осознать.

Богиня замерла, заинтересованно вскинув брови и чуть наклонив голову к плечу. Я молчала, сама толком не зная, что я могу (вернее, хочу) ей сказать.

– Девочка, – серьёзно произнесла богиня, прежде чем исчезнуть. – В поисках Гектора ты целиком и полностью полагаешься на разум. Не бойся, открой сердце.