И Боги тоже люди - Дора Коуст

Утро встретило ее отголосками ночи — нежные поцелуи, горячий шепот и неугомонные пальцы, которые кружили по ее телу, выписывая никому не известные пируэты. Приоткрыв глаза, она натолкнулась на завораживающий глубокий синий взгляд Эмита. Вспыхнув как спичка, Кас натянула одеяло повыше, создавая иллюзию защиты.

— И снова стесняешься. Сколько можно, милая? — упираясь на руки, он навис над ней, чтобы прикоснуться к покрасневшим щекам.

— Это была не я. Мной овладел алкоголь, — заявила она.

— Меня не обманешь, а себя… Зачем? Мы ведь уже прошли это, Кас. Мы любим тебя такой, какая ты есть.

— А где Инт? — перевела она тему, без возможности разорвать зрительный контакт.

— Ушел порталом на работу. Ты его очень вдохновила, и его осенила какая-то идея по новой разработке.

Кончику носа стало щекотно от прикосновения губ.

— Милая, тебе вчера самой понравилось?

— Да, но было непривычно, хотя и очень горячо.

— Что ты ощущала, управляя нами?

Задумавшись на минуту, она честно ответила:

— Власть.

— Я прошу тебя, запомни это ощущение и пойми, наконец, что только ты управляешь своей жизнью, только тебе под силу изменить ее. Все в твоей власти, в твоих руках. В другом конце коридора спит твоя дочь, и ты ей нужна. Начни с малого, узнай ее, и тогда все остальное будет принять значительно легче. Для вас обеих легче.

— Я всегда чувствую себя рядом с тобой невразумительным ребенком. Я, наивная, думала, что вам вчера просто захотелось попробовать что-то новое, а выходит — мне преподали очередной урок, — она невесело усмехнулась. — Тогда скажу честно: мне совершенно не понравилось управлять вами. Я люблю, когда меня захватывают в плен, подчиняют, не дают возможности о чем-то думать.

— В тебе сейчас говорит обида, и я чувствую это, но не понимаю, почему ты обижаешься. Разве мы сделали тебе что-то плохое? — Эмит хмурился, и то, во что перерос этот разговор, ему не нравилось.

— Нет. Вы всего лишь снова учите меня жизни, напоминая о том, что я не в состоянии принимать взрослые решения и самостоятельно решать свои проблемы.

— Негодование питало ее, разрастаясь в теле сорняками лиан.

— Милая, ты ведь знаешь, что ничего такого мы не хотели. Мы стараемся помочь тебе, потому что любим тебя. Разве это не понятно? — он был само спокойствие, и это еще больше бесило Кассандру. — Аааа… В тебе снова проснулась неуверенность. Кас, я люблю тебя. Действительно люблю. В моем сердце, — он взял ее руку и приложил к своей обнаженной груди, — только ты. Я живу слишком много кругов, чтобы не суметь отличить настоящее, теплое, живое чувство от легкой кратковременной подделки.

— Я ничего такого не говорила, — произнесла она ошарашенно, впервые услышав признание из его уст.

— Мне достаточно того, что я вижу, Кас. Я знаю тебя лучше, чем ты сама знаешь себя. — Он лег рядом и, схватив ее в крепкие объятия, с силой прижал к своей груди. — Я прошу тебя, не отталкивай нашу помощь. Мы ведь беспокоимся о тебе.

— Я обещаю, что сегодня же налажу отношения с Аликой. Только будь рядом, ладно? — нежность затопила ее душу.

— Всегда.

***

Несмотря на позднее утро, в спальне было темно. За окном хмурые тучи гоняли необузданные снежинки, которые покрывали земли и здания. Самая настоящая зима, только называется по-другому — вилие. Алике казалось, что ничего толком не изменилось вокруг, будто она все так же на Земле, разве что в других условиях.

Когда она просыпалась так поздно? Никогда. Эта мысль настолько ошарашила ее, что девушка даже села на кровати в окружении вороха теплых мягких одеял. Она не помнила, чтобы хоть раз вставала позже семи утра. Даже когда болела, ее всегда заставляли подниматься — правила были едиными для всех.