И Боги тоже люди - Дора Коуст

Желтые, красные, оранжевые — листья падали на землю, промокали под дождем. Кассандра любила такую погоду. Утренняя прохлада проникала в комнату вместе со звуками барабанящих капель — дождь уже стихал, ведь Властительнице не хотелось испортить прическу, которую вот-вот начнут делать вызванные в особняк стилисты.

Она бы и сама могла накрутить пышные объемные локоны, но Алика настояла. Упертая девчонка. Вся в мать.

Белье. Чулки. Белоснежное пышное платье с расшитым стразами корсетом. Длинные перчатки. Туфли на шпильке — их девушка уже заранее проклинала. Фата. Все будто в первый раз. В этой жизни точно.

Лестница. Шаг, еще шаг. Мамушка вытирает бегущие слезы. Почему мамы всегда плачут на свадьбах? Кассандра не понимала. Из мужчин только Марко и Мистер Лутье. Женихи уже ждут ее в здании «Палаты», как и собравшаяся несмотря на переменчивую погоду толпа народа. Нервничала. Сама не знала от чего. Автомобили двигаются в живом потоке — приветственно сигналят. Да, невеста едет на свадьбу.

Высокие двустворчатые двери. Глубокий вдох. Музыка, плавно льющаяся по всему залу, — наверняка Инетр выбирал. Ждут ее на другом конце. Такие красивые, в черных смокингах. Речь — сначала их, а потом и ее. Только согласие. Всегда согласие. Поздравления, цветы, подарки. Она будто там и не там одновременно. Ждет ночи, когда смогут остаться наедине. Двое суток в разлуке — так много. Уже не мыслит себя без них. Выходит, бывает любовь на троих, для троих…

Ресторан. Здесь только свои. Не нужно стесняться. Туфли сброшены. Безумные танцы и веселье. Сегодня все для нее — и день, и ночь. Тост за тостом, но она не пьет шампанское. Не хочется. Предвкушает нежность и страсть. Они уже поднимаются, сворачиваются огненным кольцом внизу живота. Сегодня она скажет им это. Ее подарок для них обоих. Для ее соправителей. Для ее любимых. Да и для нее тоже. Мамушка смотрит на нее искоса, улыбается и заговорщицки подмигивает. Она знает. Она узнала самая первая, даже раньше, чем Кассандра. Судьба всегда ведет свою игру.

Наконец-то. Сегодня они не поедут в особняк. Слишком много народу. Слишком хочется жаркой неистовой любви с громкими криками, всхлипами и стонами. Расскажет после, иначе они будут сдерживать себя, когда хочется умирать и рождаться раз за разом в необъятном пламени. Замок Эмита. Одно из любимых мест. Пахнет мокрыми листьями. Хочется мандаринов.

— Жену полагается заносить в дом на руках, но мне кажется, что мы передеремся. — Инетр смеялся.

Такой счастливый. Глаза блестят от выпитого алкоголя и зарождающегося предвкушения.

— Господа, подставьте ваши локти подобно галантным, воспитанным кавалерам. Сегодня вы и без того слишком часто носили меня на руках по поводу и без. Боюсь, подъема по лестнице в положении «мешка с картофелем» я уже точно не выдержу.

— Искристый смех разнесся по холлу, где их с поздравлениями встретили немногочисленные слуги.

Просторная спальня приняла теплом, уютом и сотнями букетов. Цветы и свечи расставлены повсюду. Готовились… Невероятно приятно…

— Спасибо. — Она оббегала покои, рассматривая разноцветные букеты, вдыхая неповторимые, утонченные ароматы роз.

— У нас есть еще один подарок, — лукаво заявил Эмит, сбрасывая с себя пиджак.

— Какой? — тут же обернулась девушка, расцветая любопытством.

— Сегодня можешь попробовать воздействовать на нас своей силой. Ты ведь давно хотела провести такой эксперимент.

Кассандра уже было хотела отказаться, ведь назойливая мысль сошла на нет после первого же перехода по «Дороге Сна», но вдруг загорелась идеей сделать им приятное.

— Хорошо. — Она отошла подальше, чтобы оставить между ними как можно большее расстояние. — Расслабьтесь. Я начинаю.

Девушка прикрыла веки и тут же распахнула их, выпуская лепестки живого пламени. Огонь быстро расползался по телу, не оставляя от наряда и следа, чтобы тут же вернуться обратно к глазам. Нагое тело трепетало, взывало, но, несмотря на реакцию мужчин, представление еще не окончилось.

— Стойте на месте и не двигайтесь, пока я не разрешу, — прозвучало глухо и безэмоционально.

По крайней мере, именно таким голосом она старалась все это произносить. Знала, что не чувствуют воздействия. Знала — будут притворяться, что сила подействовала, чтобы сделать ей приятное. Знала и о том, что на самом деле сильнее их, но умная женщина никогда не покажет этого, если по-настоящему любит и дорожит отношениями.

Мужчины — они как дети: должны чувствовать себя защитниками, сильной стороной, будь это хоть обыкновенная пара, хоть нестандартное трио. Ей просто по- женски стало интересно, как долго они продержаться, изображая статуи, если она будет нагишом. Прошлась перед ними, виляя бедрами. Ласково прикасалась руками к напряженным телам. Держатся, хитрецы, хоть и с трудом. Шкодливо улыбаясь, вернулась на место. А если произнести:

— Поздравляю! Скоро у нас родится малыш…

И секунды не прошло, как молодые люди налетели на нее с радостными восклицаниями. Целовали как сумасшедшие — жадно и нежно. Гладили еще совсем плоский животик. Обнимали. Благодарили. Они хотели, давно хотели. Кассандра знала об этом. Видела, как радовались новому закону, как восторженно рассматривали детские товары, что совсем недавно появились на прилавках маркетов. У них за плечами тысячи кругов без надежды. Разве могла она лишить любимых мечты? Сто двадцать восьмая беременность на Санрайс. В этом мире люди заслужили свое маленькое счастье.

Та ночь была в ее жизни, наверное, самой нежной и чувственной. Боялись навредить. Контролировали каждое движение. Тряслись над ней, как над хрупкой вазой. To был один из по-настоящему самых счастливых дней в «Городе, который создан для Счастья». Один из первых, но далеко не последний…

***

Еще семнадцать недель спустя