Война демонов - Антон Грановский

Брови Дионы дрогнули. Она заглянула Глебу в глаза и жалобно пробормотала:

– Пожалуйста, Глеб. Уничтожь Гиблое место.

Несколько мгновений они смотрели друг на друга, потом Первоход с трудом отвел взгляд.

– Даже не думай, – сухо сказал он. – Ко мне в голову ты не заберешься.

– Нелюди должны погибнуть! – с болью и отчаянием в голосе воскликнула Диона. – Мы уроды! Ошибка богов! Мы не должны жить!

Глеб посмотрел на камень.

– Возможно, в этих мутациях есть смысл, – пробормотал он. Затем вздохнул и, глянув на Диону, сказал: – Прости, но я не позволю тебе уничтожить Гиблое место.

Девушка обессиленно опустилась на траву.

– Помнишь, ты говорила, что судьба начертана на прибрежном песке? – спросил ее Глеб. – Ты ошиблась. Судьба высечена на камне. И камень этот называется Нуаран. Я должен идти, Диона. Прощай и будь счастлива.

Глеб отвернулся и зашагал к пещере. Диона хотела закричать и броситься ему вслед, но руки и ноги ее странно оцепенели. Она снова тяжело опустилась на землю и с ужасом уставилась на свое деревенеющее тело.

– Одичан… тройчан… – прозвучал у нее в ушах далекий голос колдуньи Мамелфы. – …Ядовитым взглядом… оцепени… преврати живое в мертвое…

Диона с отчаянием посмотрела Глебу вслед и разомкнула губы, но не смогла выговорить ни слова.

«Боги-думраны!.. – беззвучно взмолилась она тогда. – Помогите мне! Я не хочу умирать!»

С век Дионы скатились слезы и тут же застыли на ее окаменевших щеках, подобно двум каплям прозрачного белого янтаря.

8

Ощущение необыкновенной силы и мощи не покидало Глеба. Он смело шагнул в пещеру, но остановился на каменном пороге, пораженный величиной и формой Святилища. Пещера была безупречно круглой и воистину огромной – с футбольное поле в диаметре.

Повсюду горели свечи – сотни, а может, тысячи свечей. По всей пещере в странном порядке были разбросаны черные валуны.

Недалеко от входа стояла вертикально черная плита со слегка закругленными углами. Высотой она была в человеческий рост. Сжав в руке камень Власти, Глеб двинулся к этой плите.

И вдруг пещера пришла в движение. Глеб увидел, что черные валуны растут, выпрямляются и превращаются в человеческие фигуры.

А вскоре он уже смог разглядеть, что это были за фигуры – высокие, худые, закутанные в черные плащи, с надвинутыми на лица капюшонами. Жрецы Нуарана. Их было не меньше полусотни.

Глеб остановился, не дойдя нескольких шагов до плиты, и громко проговорил:

– Жрецы Нуарана, я пришел к вам с миром!

Жрецы стояли, как черные каменные глыбы, и не шевелились. Глеб подождал немного, потом поднял над головой камень Власти и крикнул:

– Я принес камень! Позвольте мне вставить его на место!

По пещере пробежал ледяной ветер, шевельнув на лицах жрецов черные капюшоны. И вдруг могучий хор голосов сотряс своды пещеры:

– МЫ РАЗРЕШАЕМ ТЕБЕ ПРИБЛИЗИТЬСЯ К НУАРАНУ, ЧУЖЕЗЕМЕЦ!

Орлов вздрогнул от неожиданности и едва не выронил камень. Жрецы говорили хором, слово в слово, звук в звук, и капюшоны шевелились на их лицах одинаково, словно это был один жрец, который отражался сразу в полусотне зеркал.

Глеб шагнул к плите. Он увидел, что ее гладкая черная поверхность испещрена мерцающими письменами.

Выемку от недостающего камня он заметил сразу. Глеб протянул руку, вставил камень в выемку, убрал руку и сказал, глядя на черный монолит Нуарана:

– Послушай, плита… Не знаю, что ты такое, но я принес недостающий камень, и теперь ты должна мне помочь. Выполни мое желание.

По гладкой поверхности Нуарана пробежали радужные всполохи. И снова своды пещеры дрогнули от хора голосов:

– НАЗОВИ СВОЕ ЖЕЛАНИЕ, ЧУЖЕЗЕМЕЦ!

– Я… – Глеб облизнул пересохшие губы. – Я хочу… – Он осекся и неуверенно повел плечами. – Послушайте… – Глеб повернулся к жрецам: – А вы уверены, что это сработает?

– НАЗОВИ СВОЕ ЖЕЛАНИЕ! – пророкотали те в ответ.

Глеб облизнул пересохшие губы.

– Ну, хорошо, – пробормотал он. – Раз вы говорите…

И тут Глеб увидел Диону. Девушка лежала на траве, недалеко от входа в пещеру. Лицо ее было поднято к небу, открытые глаза не мигали.

Глеб нахмурился.

– Что за черт? Что с Дионой?

– ПРИЗРАЧНЫЙ ПЕС МАМЕЛФЫ УБИЛ ЕЕ! – грозно пророкотал хор жрецов.

На лице Глеба появилось беспомощное выражение.

– Значит, я пришел слишком поздно? Но… этого не может быть. Это была просто собака.

Жрецы молчали. Глеб сглотнул слюну и громко спросил:

– Вы можете ей помочь?

– ЕЙ УЖЕ НИЧТО НЕ СМОЖЕТ ПОМОЧЬ! – ответили жрецы.

– Что ж… – Глеб вздохнул. – В таком случае, мне здесь больше нечего делать.

Он снова повернулся к черной плите:

– Нуаран, я хочу… Хочу… Черт! Пусть она будет жива!

Глеб зажмурил глаза, ожидая вспышки, раската грома или чего-нибудь подобного, но ничего не произошло. Выждав несколько секунд, он снова открыл глаза.

Диона сидела на траве и растерянно смотрела на свои руки.

– ОНА БУДЕТ ЖИТЬ! – хором сказали жрецы за спиной у Глеба. – НУЖНО ВЕРНУТЬ ЕЙ СИЛУ, НО МЫ ПОЗАБОТИМСЯ ОБ ЭТОМ!

Глеб с тоской посмотрел на черную плиту, вздохнул и пробормотал:

– Кажется, я опять совершил дурость. Похоже, это входит у меня в привычку.

– ВОЗВРАЩАЙСЯ К ЛЮДЯМ, ЧУЖЕЗЕМЕЦ! – холодно прогудел хор жрецов. – ТЕБЕ ЗДЕСЬ НЕ МЕСТО!

Орлов тряхнул головой:

– Не хочу я никуда идти! Слушайте, а что, если мне остаться здесь? Я могу стать одним из вас. Нет, серьезно. Я знаю несколько отличных песен. Разучим их и будем петь хором.

Жрецы молчали.

– У меня ваш камень, – угрожающе проговорил тогда Глеб. – Вы не можете мне отказать.

– ТЫ НУЖЕН ЛЮДЯМ! – хором изрекли жрецы.

Глеб криво ухмыльнулся.

– Да плевать я хотел на людей. Все, что я хочу, это вернуться домой. Да я и не смогу отсюда уйти. Спуржун-птица улетела.

– ТЫ ЗАБЫЛ ПРО КАМЕНЬ.

– Я уже использовал свое желание!

– ТЫ – ДА. НО МЫ – ЕЩЕ НЕТ.

Глеб помолчал, обдумывая слова жрецов, потом хмыкнул и сказал:

– Понимаю. Вы хотите вышвырнуть меня отсюда и не пожалеете для этого желания. Ладно, валяйте.

Глеб закрыл глаза.

– НУАРАН! – хором пророкотали жрецы. По черной плите вновь пробежали радужные всполохи. – ВЕРНИ ПЕРВОХОДА К ЛЮДЯМ!