Книга чая. Магия, пропитанная ядом - Джуди И. Линн

Мы входим в Зал Вечного Света. Окна вновь распахнуты; вид на необъятную столицу внушает благоговейный трепет. Эта точка обзора предназначена для посещения высокопоставленными лицами и иностранными гостями, чтобы они лишний раз смогли засвидетельствовать славу Императора Дакси.

Комната заполнена чиновниками, дворянами и учеными. Две стороны двора: Влияние и Знание. На всех них надеты черные траурные пояса.

Мой взгляд скользит по чиновникам, которые активно вовлечены в непринужденную беседу перед началом официальной части. Кто из них предал императора? Кто из них присягнул на верность Изгнанному Принцу? Кто распространил яд по Дакси?

Удар гонга возвещает о начале. Чиновники устраиваются под шорох мантий, а министры выстраиваются на возвышении, чтобы встретить принцессу. Конкурсантам выдают подушки, и мы встаем на колени в конце зала.

Глашатай объявляет о прибытии принцессы, и мы кланяемся.

Принцесса Чжэнь шагает по залу. Пионы каскадом спадают с ее плеч, темно-фиолетовые цветы с золотыми очертаниями выделяются на белом фоне. Высокую прическу украшают птицы с драгоценными камнями. Они блестят на свету, когда она поворачивает голову. Но вместо Руйи за ней идет другая знакомая фигура, одетая в темно-фиолетовые одежды с черным поясом, наряд по цвету сочетается с пионами.

Кан, сын Изгнанного Принца. Одет в цвет, разрешенный исключительно королевской семье.

Чиновники неуверенно восклицают, а мне хотелось бы просто слиться с деревянной ширмой, что расположена позади меня, или стать единым целым со стеной при воспоминании о резких словах, которые мы говорили друг другу в его резиденции. Но он не смотрит в мою сторону. Мое сердце должно быть благодарным за это, но какой-то моей части больно от подобного пренебрежения.

Чжэнь садится справа от пустого трона, как и подобает регенту и будущему правителю Дакси, а Кан встает позади нее.

Глашатай снова делает шаг вперед и, кивнув принцессе, разворачивает свиток.

– Встань, чтобы услышать королевское послание, народ Дакси!

Со всех сторон слышится бормотание, все чиновники встают на ноги. В выражениях их лиц проскальзывает исключительно недоумение, как будто подобное явление здесь отнюдь не привычно, но рядом со мной нет Лиан, чтобы объяснить мне происходящее.

– Указом принцессы Инь-Чжэнь, регента почтенного Провозглашенного Императора, признанного с этого момента Императором Милосердия. Действуя от имени предков, в связи трауром и ее долгом по укреплению мира во всем королевстве. Мы отдаем дань вдовствующей императрице, которая некогда была известна как Принцесса Мира. В честь помолвки Императрицы Уян с Провозглашенным Императором, которая объединила два королевства и положила конец войне…

Глашатай останавливается и прочищает горло. Принцесса смотрит поверх голов чиновников, с отстраненным выражением лица и отсутствующим взглядом.

– Принцесса Дакси будет обручена с Ху Каном, официально признанным приемным сыном принца Даи…

Зал гудит, как осиное гнездо. Но все, что я слышу, это три слова, которые безостановочно повторяются в моей голове: «Принцесса. Обручена. Кан».

Кан, который спрыгнул с крыши в мой двор, чтобы пожелать мне удачи во втором этапе соревнования. Который преподнес мне дивный подарок со своей родины, показал мне тайны своего детства, рассказал о своих мечтах и о своем народе. Тот самый Кан, за которым меня послали шпионить и которого я впоследствии обидела и предала.

Щеки горят, когда я касаюсь лбом пола, чтобы получить дальнейшие указания. Я закрываю глаза, понимая, насколько же прав был канцлер: я наивна, раз полагаю, что на что-то способна, ведь я здесь всего лишь пешка.

Они настроили меня друг против друга, а мне, в свою очередь, так отчаянно хотелось им верить.

Чиновники поставили на уши весь зал в попытке перекричать друг друга. Все их слова сливаются в непостижимом гуле.

– Тишина. – Принцесса заставляет всех в зале замолкнуть.

Я открываю глаза и вижу ее с поднятой рукой. Две фигуры на возвышении расплываются в пятна, такие же далекие, как звезды.

– Ваше Высочество, – через всю комнату раздается голос. Я щипаю себя, чтобы боль вернула мне самообладание. Человек, который появляется в поле моего зрения, облачен в церемониальные доспехи, которые переливаются красным. – Военное министерство ощущает на себе последствия переворота даже спустя годы после того, как первоначальное восстание было подавлено. Разумно ли возобновлять эти связи?

Волна согласия проносится по залу, присутствующие кивают в знак поддержки.

– Потеря Принца Даи всегда была пятном в нашей истории. – Министр Сон делает шаг вперед с раскрытой книгой в руке. – Обратившись к «Книге Обрядов», я могу заявить, что союз с Ху Каном является отличным мостом между нами. Он был приемным сыном принца, но его биологический отец получил звание командующего армией, а также он участвовал в войне Двух рек. Его имя было вписано в семейные тексты самой вдовствующей императрицы. Ему будет присвоено звание принца Даи, что непременно исправит нашу историю.

Часть официальных лиц выступают в поддержку, из-за чего мнения зала разделились.

Следующий человек также делает несколько шагов вперед, он представляется чиновником управления Лучжоу.

– Все эти годы мы пристально следили за ним. Он никогда не участвовал в предполагаемом восстании. Он рос, работая на соляных фермах, и тренировался в другом батальоне, хотя легко мог присоединиться к бывшим войскам генерала. Также известно, что свою первую должность он начал с разведчика и позже дослужился до капитана.

Министр Сон перелистывает следующую страницу своей книги.

– Перед смертью император выразил желание, чтобы его дочь нашла себе достойную пару. В этот переломный момент, когда трон остается пустым, мы все должны распространить обнадеживающее послание. Чтобы заглушить голоса несогласных. Этот союз вполне может переломить ситуацию.

Настроение присутствующих в зале, кажется, меняется, когда канцлер Чжоу поднимается; его острый взгляд окидывает зал.

– Принцесса сама согласилась, зная о его характере и будучи знакомой с ним с детства. Мы что же, забыли о том, как он спас ее от убийц в первый вечер соревнования?

Ворчания чиновников сменяются тихим гулом.

В этот момент принцесса поднимается со своего места, ее голос звучит как колокольчик, – такой же чистый и властный.

– Я приветствую мнение совета двора, поскольку вы направляли моего отца и отца моего отца. Я полагаюсь на вашу помощь в поддержании порядка в эти темные времена. Я посоветовалась с астрологами, и они определили, что три – благоприятное число для моего правления. Мое провозглашение, моя помолвка и назначение нового шеннон-ши.

Взмахнув рукавом платья, она садится и завершает свою речь:

– Так начнется же последнее испытание.