Колдовская метка - Дэн Патрик

Кузница никогда не была весёлым местом, но теперь печаль стала невыносимой и тяжёлой, словно кандалы. Ромола уплыла и, что ещё хуже – на горизонте маячил имперский корабль.

– Я уже думал, что сбегу с острова, – признался Стейнер, пытаясь отдышаться.

– Знаю. – Кими положила инструмент и шагнула вниз с помоста. – Письмо было жестокой шуткой, но уход Ромолы – и того хуже.

Стейнер прикусил губу.

– Эгоистично было думать, что я сбегу и оставлю вас здесь на произвол судьбы.

– В чем эгоизм? – удивилась Кими. – Это естественно.

Принцесса огляделась. Одни Огненные духи появлялись из расщелин, словно дым, пока другие занимались делами, напоминая процессию из потерянных оранжевых глаз, излучающих лёгкое свечение.

– Глупо было думать, что Ромола поможет, – ворчал Тиф. – Её не волновала наша судьба. Она всегда была занята только собой.

– У меня не было возможности даже попросить, – вздохнул Стейнер, и Кими тут же обняла его за плечи.

– Чертовски глупо на это надеяться, – продолжил Тиф.

– Сколько раз ты пытался сбежать, Тиф? – Стейнер повернулся к нему с угрюмым видом. – Один? Два? Бьюсь об заклад – ни разу. Ты никогда не пытался сбежать, потому что кишка тонка.

– Кишка тонка? – Спригган покачал головой. – Думаешь, я брошу сестёр и свой народ в этом Фрейной забытом месте?

– Ты и не пытался, ни ради себя, ни ради кого-то другого. Ты только прячешь голову в песок и надеешься, что Фельгенхауэр о тебе забудет.

– Лучше держаться подальше, чем привлекать внимание. – Тиф обратился к кучке спригганов, что образовали круг. Некоторые из них бормотали нелестные слова и обменивались хмурыми взглядами.

– Что за бессмысленный аргумент, – возразила Сандра, выйдя из темноты, словно призрак. – Стейнер сделал то, чего мы не смогли. – Она встала перед братом и одарила его суровым взглядом.

– И в чём же его заслуга, милая сестра?

– Он осмелился надеяться, – ответила Сандра. – Он осмелился действовать.

Спригганы замолчали после слов жрицы.

– Что есть жизнь без надежды?

– Надежда? Тьфу. Очередная лирика служительницы Фрейны. Уже не могу слушать об этих костях, что шепчут его имя! Он обычный глупый северянин! Будто в Винтерквельде таких мало!

– Молчи, – прикрикнула Кими.

Взгляды присутствующих были прикованы к принцессе, когда та приблизилась к Тифу.

– Довольно.

Гнев десятника испарился, он виновато посмотрел на неё и отвернулся, чтобы уйти. Бросая недовольные взгляды, спригганы последовали за ним.

– Не могу поверить, что Ромола уплыла, – повторил Стейнер. – После всего, что случилось.

– Нельзя винить пирата в том, что она сбежала при первой возможности, – убеждала Кими.

Любопытство охватывало Стейнера вместе с жарой от печей, выдыхающих в темноту клубы дыма.

– Мне нужно наверх, – проворчал он, поднимая глаза к потолку.

Кими кивнула.

– Ширинов удивится, увидев тебя. Он думает, ты мёртв.

– Я уже забыл о своей смерти.

– Неудивительно. – Принцесса улыбнулась.

– В смерти есть свои преимущества, – сказал Стейнер, направляясь к центру пещеры и рабочему месту Кими.

– Например?

– Не знаю. – Юноша пожал плечами. – Я только недавно умер. Пока ещё не понял.

– Пойдём. – Ямалка кивнула в сторону пещеры, где спала. – У меня нет настроения работать.

Принцесса шагала к своему жилищу, и Стейнер старался не отставать.

– Куда мы идём? – полюбопытствовал он.

– Кормить драконов. Не люблю оставлять их надолго.

По наклонному тоннелю они спустились к пленникам. Прикованные к каменным колоннам существа выглядели такими же несчастными, какими их помнил Стейнер. Кими подняла ведро с сырым, прогорклым мясом, больше похожим на кусок хряща.

– Говядина? – спросил Стейнер, чувствуя приступ тошноты.

– Корова. Прямо из кухни, – проворчала принцесса. – Неудивительно, что драконы быстро угасают, получая такие помои.

– Обещаешь, что это не солдат и не послушник?

Ещё один смешок от Кими.

– Обещаю.

Они переходили от дракона к дракону, и высокой ямалке приходилось тянуться, чтобы затолкать еду между пожелтевшими зубами. Наконец они приблизились к серебристому гиганту в самом центре зала. Стейнер подозревал, что Кими сохранила лучшие части мяса именно для него. Ближайший глаз к кузнецу открылся и осмотрел сначала его, а затем его спутницу.

– Заглотил бы нас и не заметил, – сказала Кими, осторожно предлагая еду дракону, стараясь не лишиться пальца.

– Почему ты не сердишься на меня? – спросил Стейнер, когда принцесса скормила всю говядину. – Тиф злится, что я посмел надеяться и имел реальный шанс сбежать, но ты…

Кими пожала плечами.

– Я никогда не покину остров, Стейнер. Я и не тешу себя надеждой.

– Что ты имеешь в виду?

– Если я сбегу, ты представляешь, что сделает Империя с Ямалом? И на этом они не остановятся. Они выследят всех ямалских торговцев, рабочих и солдат, которые живут в Империи, поймают и обвинят во всех грехах.

– Но…

– Мне придётся остаться на Владибогдане, чтобы оградить от беды свой народ. Вот почему я тебя уважаю – у нас много общего. Я здесь ради народа, а ты – ради сестры. – Кими снова улыбнулась.

– Я здесь, чтобы спасти Хьелль, – повторил Стейнер, гладя серебристую чешую. Дракон взмахнул хвостом, но цепь прочно сковывала все движения. – Только какой в этом смысл, если Ширинов вернётся на материк? Он сровняет с землёй Циндерфел и Хельвик и выследит Хьелльрунн. Ты ведь понимаешь, почему я так сильно хотел сбежать?

– Мне ли не знать, – кивнула Кими. – Семья всегда на первом месте.

– Я должен найти способ подняться на площадь, – вздохнул Стейнер. – Так я увижу, ускользнёт он от Фельгенхауэр на имперском корабле или останется на Владибогдане.

Глубоко задумавшись, Кими прижала большой палец к губам.

– Солдат, который ударил меня копьём…

– Ты скормила его драконам? – С дрожью юноша глянул на ведро.

Ямалка ещё раз пожала плечами.

– Зачем пропадать хорошему мясу? К тому же я извлекла из этого выгоду. – Она посмотрела в другой конец зала, и глаза Стейнера расширились от удивления, как только он проследил за взглядом принцессы.

– Кими!

В дальней части красовалась целая коллекция доспехов: длинный стёганый плащ и кольчуга; два потёртых, но целых шлема; и наплечники.