Шварцкау - Алекс Орлов

— Нажрался, снайпер?

— Так точно, сэр, поел, — ответил Джек, подавляя вздох. Просто так капитан Хольмер никого у столовой не выслеживал.

— Пойдем прогуляемся, поговорить надо…

И Хольмер как-то заговорщицки огляделся, словно опасаясь, что его услышат.

Они пошли вдоль забора, мимо жилых блоков. Джек молчал, ожидая, что скажет капитан, а тот то ли собирался с мыслями, то ли ждал, когда вокруг никого не будет. А тем временем высоко в небе парил айрбот. Заметив его движение, Джек неодобрительно покачал головой, выказывая таким образом свое недоверие. Вроде и умная машина, а на деле — совсем никудышная. Джек не мог ей простить ту атаку в техпарке. Ну могли что-то прозевать локаторы и радары — они же глупые, железная сетка, какой-то там ток и волны — только и всего, а на айрботе стояла оптическая система и, как объясняли ему люди просвещенные, «почти что человеческие глаза». Но и они, как выяснилось, ни хрена не увидели. Ну и зачем такой сторож?

— Эй, ты где витаешь? — неожиданно услышал Джек.

— Что?

— Я уже говорю, между прочим, а ты как будто в сортир собрался… Приспичило, что ли?

— Нет, сэр, все в порядке. Задумался просто.

— О чем?

— О безопасности.

— Молодец, вполне служебная тема. Так вот, я повторюсь — ты знаешь, что такое «бэ-эм-триста»?

— Вроде грузовик высокопроходимый…

— Почти угадал. БМ-300 — это гусеничная база с роботизированным управлением. Усекаешь разницу?

— Усекаю, сэр.

— Прелесть платформы в том, что нет водилы, нет кабины, нет проблемы постоянных перекуров и выходов по нужде. Понимаешь?

— Понимаю. Может ехать не останавливаясь.

— Правильно, но через каждые сто километров ей нужна дозаправка.

— Здорово, мой «таргар» больше сорока не пробегает. Если с дополнительным баком.

— Хорошо, что ты напомнил. Надо будет добавить тебе бак побольше, чтобы осилил все пятьдесят.

— На что вы намекаете, сэр? — остановился Джек.

— Это не я намекаю, это мне из дивизии намекают, что, возможно, кто-то из наших потребуется для сопровождения конвоя из трех десятков «бэ-эм-триста».

— Сопровождать конвой — хреновое дело, ни убежать, ни спрятаться, — заметил Джек.

— Да, приятель, но ведь у вас с Хиршем сложившаяся команда, да и с конвоем вы, считай, уже имели дело.

— Мы дрались в кустарнике, сэр, а конвой видели только издалека.

— Вот! — Капитан поднял кверху указательный палец. — Вы хотя бы видели этот конвой, а больше никто из нашей роты, даже Папа Рико, ничего такого не видел.

— Да что за моду такую взяли, конвои водить? У нас что, «середняки» перевелись или «даблстриккеры»?

— Не перевелись, Джек, вертолетов у нас пока хватает, только вертолет засечь можно да и сбить, если у противника в районе ПВО хорошо развита. А вот ползучего конвоя они не заметят — дюны, балки, кустарники и все такое.

— А если разведка с воздуха? Лаунчмодуль с камерой — тогда как?

— А вот лаунчи надо сбивать, на то у «грея» автоматическая пушка имеется.

— Легко сказать, — покачал головой Джек, когда они развернулись и пошли в другую сторону.

— Это не твоя печаль, парень, стрелять по лаунчерам обязан Хирш. И потом еще не факт, что нам спустят это задание. Это я пока предварительно прорабатываю тему, чтобы, если что, у вас Хиршем не было шока.

— А лейтенант знает?

— Пока нет, он целиком занят своим «гауссом». Что за дурацкая идея?

— Ему понравилось, как работали мои гранаты, — признался Джек.

— Да уж понятно, что понравилось, а кому бы не понравилось, кроме арконов? Только на «грей» гранат не навешаешь, иначе он станет похож на бабушкин комод, который взрывается от любого случайного выстрела.

— Наверно, поэтому он и выбрал «гаусс».

— Наверно, — пожал плечами капитан. — Я этого Тедди давно понимать перестал. А вон, смотри, наш Тильгаузен! Сейчас все у него выясним.

И капитан ускорил шаг, чтобы перехватить старшего механика, шедшего от казармы первой роты.

— Привет, Берт! — воскликнул он, нагоняя механика и хлопая его по плечу.

— О! Это вы, сэр? Привет, Джек…

— Привет, Берт.

— Ты чего такой понурый, главный мастер? — нарочито бодрым тоном поинтересовался капитан.

— Кто-то ссыт на стенку второго ангара.

— Это не я! — сказал капитан и рассмеялся. — Но за Джека отвечать не могу.

— Нет, это наши механики. Я уже дважды устраивал разборки с пристрастием, но ничего не помогает.

— Они, что, в уборную ходить ленятся? Им же в этом ангаре потом самим работать.

— Да они не внутри, они снаружи его поливают! — возмутился Тильгаузен и хлопнул себя по ляжкам. — Вот поймаю — намотаю на электролебедку!

— А может, это кошка? Я у вас в парке пару раз кошку видел, — заметил Джек.

— Нет, кошка столько не наделает, — покачал головой Тильгаузен и, заметив, что Джек смотрит куда-то верх, тоже поднял голову, а за ним и капитан. Все трое остановились.

— Что, красивый? — спросил Тильгаузен, обращаясь к Джеку.

— Красивый, — ответил тот и вздохнул. — Только толку от него мало. Ни хрена не видит, хотя оптика в нем, говорят, четвертого разряда.

— Шестого, — поправил капитан. — Это уже другой айрбот, не тот, что лаунчи пропустил.

— Правда? — воспрянул Джек.

— Правда. Я сам заявку в дивизию подписывал, вот и прислали новый.

— А чем же он новый с виду-то? — поинтересовался Тильгаузен.

— Размеры те же, но стабилизаторы чуток поострее, видишь?

— Точно, — согласился Тильгаузен. — Поострее.

Обсудив едва заметную разницу между двумя айрботами, вся троица потеряла к воздушному стражу всякий интерес и продолжила движение, направляясь в сторону техпарка.

— Слушай, Берти, что там наш дорогой лейтенант Хирш задумал? Что за великие модернизации?

— Сэр, он просил никому не давать информации, — глядя себе под ноги, пробубнил Тильгаузен.

— Ни хрена себе! Да я его командир, и между прочим — непосредственный! И я должен знать, будет ему на чем завтра на задание идти или его списывать как умственного инвалида! Ты понимаешь, о чем я?

— Я понимаю, сэр, и если вы будете давить, я расскажу все, что знаю. Против капитана Хольмера я не пойду — Тедди это хорошо знает.

— Значит, будем считать, что я схватил тебя за горло.

Они подошли к воротам техпарка, и Тильгаузен остановился, сделав для капитана приглашающий жест, тем самым выигрывая еще минуту на раздумья.