Шварцкау - Алекс Орлов

— Мы вроде исполнили наш договор, правильно? Ты же помнишь, о чем договаривались перед рыбалкой? — напомнил Подольский, и они с Баркли переглянулись.

— Да, спасибо, ребята, — поблагодарил Джек. — Кстати, и сапига тогда оказалась достаточно мягкой, хотя я ожидал, что ее мясо будет жилистым.

— У сома всегда мягкое мясо, — сказал Баркли, а Подольский лишь пожал плечами: они явно уходили от темы.

— Не знаю, — сказал Джек, поднимаясь из-за стола. — А вот когда поймаете сома, угостите меня его мясом, а пока я здесь ел только сапигу…

— Кстати об угощениях! — заметил Подольский, вставая вместе с Джеком. — Ты нам обещал дать по крылышку…

— Ничего я вам не обещал. К тому же это уже невозможно.

— Что невозможно? — тут же спросил Баркли, забегая Джеку наперед.

— Я не могу вам дать ни по крылышку, ни по ножке, ни вообще ничего…

— Почему?

Джек остановился и, вздохнув, надел кепи.

— Просто пойдемте со мной, я вам все покажу, а то вы не поверите.

Капралы обменялись недоуменными взглядами и пошли за Джеком, не зная чего ожидать.

— Дождь сегодня будет, — заметил он, выйдя из столовой.

— Может, и дождь, — сказал Баркли. — Тогда будет нелетная погода и нас не забросят в какое-нибудь осиное гнездо.

На проходной притормозил армейский внедорожник на широкой городской резине.

— О, еще кого-то принесло с утра пораньше! — заметил Подольский.

— К нам поехал, — прокомментировал Баркли, глядя, как машина, после проверки часовым, сворачивает в сторону офицерского домика. — Кстати, сегодня я успел заскочить в техпарк, и что вы думаете, я там увидел?

— Деревянный каркас робота? — попытался угадать Джек.

— Точно! А ты откуда знаешь?

— Это я попросил Берта сделать мне второй «таргар».

— А зачем тебе?

— Будут выставлять на дюнах, пусть враг думает, что я нахожусь сразу в двух местах.

— Ты с дуба, что ли, рухнул, Джек? Что ты несешь?

— Наверно, арконы на него охоту объявили, — предположил Подольский, чем сильно удивил Джека. Он думал, что случившееся с ним очень редкий и трагический случай, а тут…

— Ты что, часто о таком слышал? Я имею в виду охоту на кого-то из наших?

— Нет, — ответил тот. — Это мне еще хозяйственник наш, сержант Крамер, рассказывал про Браена Грина.

— И что же он про него рассказывал?

— Будто был он очень везучим. Грин водил «гасса», одним выстрелом двух арконов сшибить мог, а то и ракетами еще парочку поджигал. У него бонусов за личные победы было, как у собаки блох, а на банковской карте под миллион лежало…

— Да ну? — поразился Джек.

— Точно тебе говорю.

Где-то наверху послышался негромкий стрекот. Все трое подняли головы и увидели плывущий с востока на запад айрбот.

С полминуты они не могли оторваться от этой величественной картины — подсвеченный солнцем айрбот на фоне собиравшихся к дождю туч.

— Пулемет у него — крупнокалиберный, — заметил Джек.

— Да уж, врежет с трех тысяч — мало не покажется, — добавил Баркли.

— Ну и что с того пулемета? На излете даже боковую броню не возьмет, — возразил Подольский. — Вот если бы ракеты…

Под впечатлением от увиденного они молча дошли до казармы и, войдя в коридор, остановились у кубрика Джека.

— Ну что, готовы? — спросил тот, загадочно улыбаясь.

— Да открывай уже, интриган, — сказал Баркли.

Джек толкнул дверь и, войдя первым, указал на стоявшее на столе изваяние, увидев которое, гости замерли с открытыми ртами.

— Что это, Джек? — сумел, наконец, произнести Баркли.

— Курица! Я собрал ее, понимаете? По запчастям!

— Но ты… сшил ее нитками, что ли? — упавшим голосом спросил Барк, чувствуя легкий приступ тошноты.

— Нет, сначала я пытался шить, но понял, что так ничего не выйдет, ведь в курице много жира и игла в руках скользит — я все пальцы исколол! И тут я вспомнил, что у сержанта-хозяйственника была медная проволока, сбегал к нему, отмотал три метра и сделал что-то вроде металлический конструкции. Медный каркас. И тогда работа пошла.

— И сколько же ты этим занимался?

— До двух часов ночи, — сообщил Джек и склонил голову набок, чтобы лучше оценить красоту своей курицы.

— Но, Джек! Это же какой-то «куриный Франкенштейн»! — воскликнул молчавший до этого капрал Подольский.

— Какой такой «штейн»? Я все пальцы исколол, пока куски сшивал!

— А почему белыми нитками, да еще такими толстыми?!

— У меня тогда других не было, а толстые, они крепче держат, я проверял.