Трое в песках - Юрий Никитин

— Волхв-травник? Уже и мужики травами ведают?.. Быстро светменяется. Только узду скинули, а уж вскачь идут.

За окном скрипнуло. Олег насторожился: Мрак, если проснулся,подкрался бы неслышно. Таргитай спит как колода. Скорее всего Лиска, эта моглане спать ночь, вслушиваться.

— Мохнатый, — сказала вдруг старушка. — Нарочно топает, дабыя знала, что спасет, защитит, сопельки вытрет. Дурень, я могла бы сверху васвсех… За семь верст почуяла, а за три видела как облупленных!

— Мы не желаем худа… — начал Олег.

Старушка повернулась, в руках был горшок. Из-под крышкивырывались клубы пара. Аромат свежесваренной каши потек по избе. Олег невольносглотнул слюну.

— К столу, — прервала старуха сварливо. — Не объясняй, чтодавно знаю. Все одинаковые, только мните о себе, что неповторимые. Вас трое изЛеса, вы невры, а девка… Она чтит Старый Закон, это мне любо. Ко мне забрались,чтобы просить помощи. Не спрашивай, откуда ведаю! У меня все просят помощи.

На столе появилась миска из кремния. Такие Олег последнийраз видел в родном селе. Придвинул к себе обеими руками, дивясь и чувствуянеясную печаль — в родном селе доныне не знают металла, даже простого олова незнают, меди и бронзы! А они трое: Мрак, Таргитай и он — какой путь прошли, скольковызнали…

Острые старушечьи глаза зорко пробежали по его помрачневшемулицу.

— Что, враз постарел?

Олег вздрогнул:

— Бабушка, откель вы все знаете?

— Поживи с мое, — буркнула старушка.

Кашу ела жадно, беззубый рот дергался, крупные комья падалина стол. Кот наконец спрыгнул, прошелся по столу, задев хвостом Олега, соскочилна пол и пропал. Олег осторожно вытащил свою ложку, спросил:

— А много вам лет, бабушка?

Старуха отмахнулась, отчего каша с ложки полетела черезстол.

— Не упомню. А в этих краях — со Льда.

— Со Льда? — не понял Олег.

— Его, родимого, — ответила старуха невнятно. — Неразумеешь? Ах да, откель тебе знать про Лед?.. Когда ледяные горы ушли дальше,тут сперва было Болото без конца и краю. Тогда и завелись упыри клятые… ЗатемБолото подсохло, наросли деревья. Тогда мы, Первые, и пришли. Нет, пришли,когда еще были болота. Не одно большое, что после Льда: когда подсохло,остались малые, меж ними уже росли деревца — мелкие, каргалистые, но почтинастоящие… Тогда еще бродили здесь большие звери. Запамятовала, как их звали, —молодой была, когда последних пустили на мясо… У них еще кишка такая была заместо носа, а из пасти два кабаньих клыка торчали в руку длиной!

Олег ошалело смотрел на старуху. Спросил робко:

— Бабушка, ты была здесь, когда эти деревья были… молодыми?

Старуха прошамкала с набитым ртом:

— Эти?.. Деревья — та же трава. Растут, старятся, умирают.За место них вырастают из желудев новые, тоже дряхлеют, рассыпаются в гниль, асквозь них уже прорастает новая трава… то бишь деревья. Лучше скажи, поштовыбрались из Леса? Жили себе и жили по старому покону.

Олег ерзал, не смел поднять глаза. Острые глаза пронизалиего насквозь, как яркие солнечные лучи молодой лист, когда становятся видны всежилки и каморки, даже самые мелкие.

— А ко мне пошто? — спросила она, когда деревянная ложказаскребла по стенкам горшка.

Олег тоже отодвинул пустую миску.

— Благодарствую! Нам бы добыть посох Великого Волхва. С ним,говорят, можно побить погань… Мир станет добрее, как и завещал… завещали боги.Он где-то на Мировом Дереве.

Старушка уловила заминку, голос стал резче:

— Не боги, а Великая Богиня!.. Мать всех богов, испоконправит миром. Ты еще глуп, света не видывал, а уже горами трясешь!

Олег вздрогнул — знает! — сказал торопливо:

— Сам не знаю, как это делается! Помоги, научи!.. Не хочу возло…

— Мужская сила, — отрезала старуха зло, — злая сила, дикая!Женская магия теплее, мягче. У нее другой ключ, ее могут только женщины. Да ито не всякие, наши зовутся ведающими матерями, попросту — ведьмами. ПоштоБогиня дала и мужикам творить чародейство — ума не приложу. Вам бы толькорушить, ломать, убивать, зорить.

— Иной раз, — сказал Олег, — дабы сотворить добро, надоубить злодея. Я волхв-травник, лечу людей и зверей, даже деревья. Но, убивзлодея, я спасал жизни десяти другим!

Старуха с кряхтеньем забралась на печь. Тяжелая чугуннаязаслонка медленно начала наливаться темно-вишневым цветом, словно внутрибушевал яростный огонь.

— Странные вы все, — сказала она раздраженно. — Ты чудной,никак тебя не пойму. Силы в тебе много, но она темная…

— Темная? — переспросил Олег тревожно.

— Для меня темная! Мужскую магию не ведаю, она из другойреки. Зрю лишь, что мощь велика, много крови прольешь, зрю веси в огне, полчищаконных витязей, твой щит на вратах большого города… ладьи в пламени,затаившаяся змея в конском черепе… Зрю, но не ведаю, что зрю. Много мощи в лохматом.Ему дадено много горя, но и много силы, дабы вынести — никому на белом светестолько. А уж вынесет ли — одни боги ведают. Девка — истинная ревнительницаСтарого Покона, воительница Нерушимости. У нее больше силы и умения, чем тыведаешь. Лишь один среди вас никчема, зачем с собой таскаете?

Олег подумал, ответил рассудительно:

— Летучие мыши — для ведовства, понятно. А кот зачем?

Старушка впервые улыбнулась. Морщинистый рот растянулся,глаза почти скрылись.

— А ни для чего! Сама тесала из ивы, телеса вырезала острымкамешком, выскребывала, выглаживала. Живые мрут тотчас же, привыкнуть неуспевают. А этот со мной уже тыщи лет, а то и больше. Так и кличу:Ивасик-Телесик!

Послышались мягкие шаги, на пороге появился кот. Мгновениестоял, смотрел желтыми фосфорическими глазами, повернулся и бесшумно исчез вночи. Старуха с гордой любовью смотрела вслед.

— А у нас кот — Таргитай, — ответил Олег. — Тоже мурлыкает,только на дуде.

В избушке стало жарко, как в Песках. Старушка довольнопокряхтывала, нежилась. Светильник горел ровно, мощно. Тени остались только запечью.

— Посох Мощи, Жезл Силы, — сказала старуха, — а по-нашему,Клюка, находится у Великого Дуба. Раньше его держали среди веток, сейчас длянего вроде бы выстроили капище. Так ли, не знаю. Женская магия там истощилась,а в мужскую я не проникаю.

— Как его взять?

— Никак, — ответила старуха. — Снаружи сторожат такие воины,что каждый одолеет вашего лохматого, пусть даже волком перекинется. Внутрикапища бдят волхвы-оберегальники. Тебе с ними не совладать, будь ты триждысилен. Там вроде на цепи еще и чудища для стражи, но что за звери — не чую.