Темное удовольствие - Джена Шоуолтер

К тому времени, когда Сабин прибыл в крепость, охотники уже окружили гору. Люсьен переместил его в комнату Торина, где мониторы компьютеров занимали большую часть помещения. Все остальные воины, за исключением запертого в подземелье Аэрона, окружили компьютерного гения, вглядываясь в мониторы. Нет, не совсем так, вдруг понял Сабин. Рейеса тоже здесь не было. Опять.

– Устроим взрыв? – весело спросил Торин.

– Точно. Взорвем их к чертям! – прорычал Мэддокс, стиснув рукоятку зазубренного кинжала. – Хороший охотник – мертвый охотник.

– Нет. – Люсьен потянул себя за мочку уха. – Если они сумеют обойти ямы, сети и стрелы, впустим их внутрь. Взрыв привлечет сюда невинных людей, а этого нельзя допустить.

Ноздри Мэддокса гневно раздувались.

– Эшлин…

Люсьен снова потянул себя за ухо.

– Я уже переместил женщин в безопасное место, хотя они и сопротивлялись. Рядом с Аньей твоей женщине ничего не угрожает.

Гнев Мэддокса утих, и его плечи поникли.

– Отлично.

– Мы впустим их внутрь и зальем наш дом кровью, – произнес Парис. – Мне, например, не очень хочется потом здесь убираться. А поскольку Аэрон заперт в подземелье, эта неприятная обязанность ляжет на мои плечи.

– Я сражаюсь с охотниками гораздо дольше, чем ты, – заговорил Сабин. – Поверь, лучше убить их здесь, чем сражаться с ними в городе, где могут пострадать невинные люди или же их могут использовать против нас. А они обязательно используют против нас невинных. Из женщин и детей получаются отличные щиты.

– На войне все средства хороши, – скорбно промолвила Камео, и Сабин поморщился. Кто-то должен нацепить на нее намордник. За все время, что они были вместе, он так и не смог привыкнуть к ее голосу.

– Это весело, – потирая руки, произнес бессмертный Уильям.

Сабин уставился на него, пытаясь понять, кто пригласил его сюда. Сейчас он был не расположен заводить новых друзей.

– Что ты здесь делаешь?

Люсьен ущипнул себя за переносицу.

– Этот воин – наш желанный гость и поможет нам в предстоящем сражении. – В голосе Люсьена не было и намека на радость, и Сабин готов был поспорить – его друг надеялся, что «желанного гостя» уничтожат во время сражения. – Нам придется очень нелегко.

– Что ты имеешь в виду? – резко спросил Сабин.

– Я говорю о нашем старом друге Галене. Я только что узнал, что он возглавляет армию охотников.

– Гален? – Сабин расхохотался. – Ты шутишь.

Другие воины тоже разразились смехом, но это веселье было наигранным.

Сабин хлопнул Люсьена по плечу:

– Мы тысячу лет ничего о нем не слышали.

Люсьен покачал головой, взгляд его разноцветных глаз сделался мрачным.

– Это не шутка. Эшлин сообщила нам, что Даника и есть Всевидящее Око. О Галене мы узнали, увидев ее картину. Охотники позвали ее на крышу. Они хотят похитить ее у нас.

Эти слова оказались смертельными для недоверия Сабина. Гален. Тот, кто виноват в его мучениях. Его злейший враг. А когда-то друг, которому он доверял.

Это Гален предложил им отвлечь Пандору и открыть проклятый ларец. Именно Гален заслужил похвалу друзей, указав богам на их ошибку. Гален был их союзником, или, по крайней мере, они так думали.

«Боги не доверили нам охранять ларец, – заявил Гален. – Разве мы не доказали им свою силу? Разве мы не проливали за них свою кровь? Разве не защищали их много веков подряд? И все же они предпочли нам женщину. У нее нет и половины нашей силы!»

Камео тогда обиделась и расцарапала Галену лицо. Сумасшедший воин лишь посмеялся над ней. Камео разозлилась и на то, что боги предпочли Пандору ей. И воины объединились, уверенные в своем успехе.

Но Гален уже тогда собирался предать их, и его намерение никак не было связано с ларцом Пандоры. Боги назначили Люсьена начальником Стражи, предпочтя его Галену. Лишь позже воины узнали, что Гален заставил их выполнить всю грязную работу – открыть ларец. Пока они восторгались его блестящей идеей, он собирал армию Пандоры, чтобы уничтожить своих «друзей» и самому захватить демонов, спасти мир и в награду заполучить место Люсьена.