Темное удовольствие - Джена Шоуолтер

«Как там друзья? Люсьен? Надо надеяться, что никто не погиб. Охотников гораздо больше, поэтому вполне возможно, что…»

– Заткнись, – приказал он демону, который пытался повернуть сомнения против него.

«Большинство из них научились контролировать свое сознание, – пожаловался Сомнение. – Лишь некоторые открылись мне, и теперь они мертвы».

Демон должен был слышать мысли своих жертв, и лишь тогда он мог атаковать.

– Бедняга, – пробормотал Сабин. – Но если ты позволишь меня убить, то все потеряешь. Ты обезумеешь. И тебя в конце концов запихнут в ларец.

Демон в ужасе заметался в его мыслях, и у Сабина затрещала голова.

«Только не в ларец!»

– Тогда угомонись. – К счастью, существо повиновалось.

Снаружи раздались громкие хлопки, и свист пуль, и полные боли крики людей. Удары стальных кинжалов, рассекающих воздух и кромсающих кожу и кости. Он вглядывался в темноту, стараясь держаться в тени. В неярком лунном свете он видел блеск стали – клинков и мелькающих в воздухе сюрикенов, летящих навстречу своим жертвам.

Наконец он заметил одного из друзей. Мэддокс кинулся вперед, высоко подпрыгнул и упал в гущу охотников. Несколько минут Сабин видел лишь спутанный клубок из многочисленных тел. В воздухе мелькал клинок, словно в смертельном танце, поражая на своем пути все живое. А затем все стихло. Неужели Мэддокс…

Но воин поднялся, стряхивая с себя безжизненные тела. Он обернулся и подозвал кого-то взмахом руки. Сабин увидел Рейеса, обнимавшего за талию женскую фигурку, но в следующий момент они скрылись из глаз.

«Всевидящее Око. Слава богам, что я не убил ее, когда представилась возможность».

Телефон завибрировал у него в кармане. Снова раздался топот ног, привлекая внимание Сабина. Слишком поздно. Он резко обернулся. В коридор вбежало четверо охотников.

– Нашли одного! – услышал он их крики. Направив на него оружие, враги ринулись вперед.

– Он мой. Когда он оправится от моих ударов, можешь заняться им.

– Я его раздавлю. Это за моего сына, демон!

На него посыпался град пуль, раня в плечо, живот и в уже раненое бедро. Не надо было отвлекаться. Превозмогая боль, он с диким ревом ринулся вперед. Он стрелял из своих пистолетов, пока не закончились патроны, а затем отшвырнул их и раскинул руки навстречу пулям.

Он сошелся с охотниками на середине коридора.

Они набросились на него и повалили на пол. Один из охотников изо всех сил ударил его головой о мраморную поверхность, и он уже больше не шевелился. Остальные достали кинжалы, собираясь разрубить тело Сабина в нескольких местах. Но он ожидал этого и, падая, успел выхватить собственный кинжал.

Какими бы хитрыми и сильными ни были люди, им было далеко до бессмертного воина.

Не успели они прикоснуться к нему, как он в мгновение ока перерезал им глотки. Тяжело дыша, Сабин с трудом поднялся на ноги. Голова сильно кружилась, и он зашатался. Если так пойдет и дальше, он не сможет сразиться со Стефано. Не говоря уже о Галене, если этот трус рискнет здесь появиться.

Он на мгновение закрыл глаза, чувствуя тяжелую слабость.

Вероятно, он на мгновение потерял сознание, но когда очнулся, заметил человека, стоявшего неподалеку. И это был не просто человек, а сам Стефано.

Ненависть, словно волна, захлестнула Сабина с головой, но у него не было сил подняться.

– Я знал, что это ты, – пробормотал Сабин. Его горло обжигала кровь вперемешку с кислотой, разрушая гортань.

Стефано щелкнул языком:

– Взгляни на себя, Сомнение. Тебе, вероятно, очень больно. Как грустно.

Сабин медленно убрал здоровую руку за спину, где у него был прицеплен запасной кинжал. Он чувствовал прохладу металла на своей коже.

– О, на твоем месте я бы этого не делал, – заметил Стефано, направляя пистолет в лицо Сабину.

Сабин замер.

– Мы оба знаем, что ты меня не убьешь.

– Возможно. Но я могу ранить тебя, и ты окажешься на грани жизни и смерти. В моей команде есть врачи, которые могут вытащить человека практически с того света.

– Ну, разве ты не душка?

Черт, его мысли заволокло каким-то странным туманом. И этот туман не имел отношения к его слабости, а скорее напоминал воздействие… наркотиков? Неужели Стефано вколол ему что-то, пока он был без сознания? Сабин не исключал такой возможности.

– Да. Я не стал отрубать тебе руки и ноги, как хотел. И не вырезал имя Дарла у тебя на груди.

Ему было невыносимо слышать, как враг произносит имя его любимой женщины.

– Она ненавидела тебя, ты знаешь об этом? Ты думаешь, это я соблазнил ее, но правда в том, что она сама бросилась в мои объятия.

Ноздри Стефано яростно раздувались.

– Ты лжешь! Она любила меня! И никогда бы не предала. Но ты и твой демон пробрались в ее мысли и полностью ее изменили. – Он тяжело дышал от охватившей его ярости. – Последние десять лет я мечтал о том, чтобы у тебя появилась любимая женщина, и я смог отнять ее у тебя, но этого так и не произошло, и я устал ждать. Я заберу твоих друзей и твою честь. И, конечно, твою жизнь.

– И такая жестокость сделает мир совершенным? – сухо спросил Сабин. – А как же мир и гармония?

Стефано провел языком по зубам. Гнев сменился спокойствием, словно Сабин напомнил ему о главной цели.

– Где девчонка?

– Возможно, мы ее продали. – Сабин распрямил пальцы, слегка коснувшись кончика кинжала. – Возможно, порезали на куски и съели на завтрак. – Сейчас Сабин завидовал Гидеону, потому что совсем не умел правдоподобно лгать. Он мог говорить только «возможно» или «может быть». И все вокруг знали об этой его особенности.

И Стефано хорошо знал.

– Где она, демон? Она должна быть где-то здесь. Вы ведь знали, что она помогала нам, и не отпустили бы ее просто так.

Сабина снова охватила волна головокружения, и все вокруг померкло перед глазами.

«Держись изо всех сил. Не поддавайся Стефано».

«Ты ранен. Он уже сильнее тебя».

Он стиснул зубы.

«Разве мы не договорились с тобой? Если хочешь жить, демон, лучше направь свою силу на охотника».

«Он закрыт. Необходимо его отвлечь. Заставь его думать».

Отвлечь.

– Эта ситуация тебе знакома, не так ли? – спросил Сабин. – Так уже было раньше, только ранен был ты. Ты со своими людьми ворвался ко мне домой в Нью-Йорке, собираясь схватить нас, пока мы спали. Но скоро вы поняли, что совершили ошибку. Тогда ты познакомился с моим любимым кинжалом. Я ранил тебя в живот, помнишь?

Гнев исказил лицо Стефано.

– Да, и ты думал, что я погиб. Собрал вещи и ушел, оставив меня там. Но я выжил, и моя ненависть стала еще сильнее.