Любовь и хоббиты - Иван Иванов

Меня бережно усадили на диванчик у стола, Алина произнесла загадочное «щас» и распахнула холодильник… О-о-о, чудо! Сундук с богатствами, сверкающими на белом фоне! Какое прекрасное, волшебное зрелище! Слюни до пола! Полки, нагруженные едой, – что может быть лучше для хоббита? На столе появились тарелки, вилки, ложки, вазочки, баночки, коробочки. Все это открывалось, щелкало, пахло и манило. Голова закружилась, и я подумал: «До чего прекрасны люди! Нет. До чего же АЛИНА прекрасна, а люди, они, конечно, всякие бывают…».

Я вспомнил суровых агентов, помогавших Акуле выгонять хоббитов из столовки, тех уж точно прекрасными не назовешь. Да, люди бывают разные, но Алина – это что-то особенное.

– Начинай! – скомандовала она, потирая ладошки, и лучезарно улыбнулась. – Ну и вид у тебя, маленький Боббер! Давай, давай, лопай, а то придется все выкинуть, нам с Алексом есть некогда. Профессор не в счет, он везде прокормится…

Окно распахнулось и с улицы в кухню всунулась обиженная, усатая морда:

– Значит, Профессор не в счет??? Везде прокормится?!! Что я слышу!!! И главное, от кого!!! – морда резко исчезла, окно хлопнуло громче прежнего.

Алина, продолжая улыбаться, придавила створку окна и разгладила занавески. Чувствовал я себя неловко, как и любой гость, случайно попадающий на чужие семейные разборки. Алина и бровью не повела.

– Кушай, кушай, а я с тобой посижу. Ты извини, форму не успела в прачечную отнести.

В углу между плитой и стеной лежали два небрежно скомканных комплекта агентской униформы. Эх, сколько приключений они пережили, включая спасение Комодо! И снова взяла меня тоска, чувствую – кончилось мое агентство, навсегда кончилось. Как жить теперь? Как все?

Сквозь вязкие, унылые мысли я постепенно понял, что Алина сидит рядом, уплетает торт и верещит, верещит, верещит:

– …должна делать хорошая жена? Я думаю, жена не должна быть слишком правильной и хорошей, с такими мужикам быстро становится скучно, и они уходят к другим, неправильным!

Я проглотил кусок ветчины, посмотрел в ясные глаза девушки, улыбнулся и представил, что я и есть ее муж, и вернулись мы с операции сегодня утром, усталые, голодные, и теперь завтракаем, а там, в углу, дожидается стирки наша многострадальная, прошедшая огонь, воду и медные трубы униформа. В окно бьется вредный кот, но мы его не пускаем, перевоспитываем…

– …женщина должна быть в доме хозяйкой, – продолжала развивать новую мысль Алина, – и я решила начать с нашего Стального Когтя, – шум за окном прервался, судя по всему, ее там внимательно слушали. – Домашние животные исторически были дикими, но потом женщина их приручила, чтобы они приносили пользу ей, мужу и детям. Лошадь возила мужа на охоту, собака сторожила пещеру, а кошка ловила мышей. Когда в доме появлялись дети, кошка играла с ними и помогала засыпать…

Я отхлебнул горячего кофе из чашки, высыпал в рот орехов из миски и, хрустя, почти поверил в фантазию. Завтра нас ждет труднейшее испытание на дикой планете, лишенной воздуха и воды, мы будем спасать малочисленный народ, похожий на белок, от трехглавых питонов, пожирающих все, что им встретится, даже камни и банки из-под колы.

– …разве домашние животные себя так ведут? – голос Алины гипнотизировал, он звучал прекраснее лучшей музыки, мягче и теплее любого одеяла. – Считает себя великим ученым, а сам, извините, писает мимо унитаза!

Окно распахнулось, занавески разъехались:

– Протестую! Это Алекс! – кот ввалился на кухню и, не закрывая окна, прошелся по подоконнику. Достигнув стены, развернулся и потопал в обратную сторону. Передние лапы были глубокомысленно скрещены за спиной, агент 013 внимательно слушал.

– Кошке подобает быть ласковой и послушной, – косясь на подоконник, сказала Алина и отправила в рот последний кусочек торта, – создавать в доме уют и блюсти чистоту.

Кот уселся, свесил с подоконника передние лапы и хмыкнул:

– Ты что же, милая, свои обязанности на меня спихнуть пытаешься?! Ласковой, послушной, уют блюсти… Я – кот! И гуляю сам по себе! Делаю, что хочу, ем, что хочу, и писаю, куда хочу!

Алина вытерла салфеткой красивые губки и лениво потянулась за тапкой.

– А ты, Алиночка, ретроградка!!! – проорал Профессор, торопливо скрываясь за окном. – Домостроевская баба!!!

Тапка ударила в занавеску и шмякнулась на пол.

– Кушай, кушай, маленький хоббит, у меня еще один тортик есть. И вторая тапочка! – Последняя фраза была сказана нарочито громко.

Я заплакал:

– Теперь я никогда… никогда, никогда, никогда не стану агентом!

– С чего ты взял, маленький? Я бы тоже никогда не стала…

– Ты человек, Алина, а я хоббит.

– Ну и что? Я – девушка, молодая, красивая, с трудным характером…

– Нестерпимо трудным! – из засады поправил кот. – Я бы даже сказал, скверным.

– Согласна. И все эти качества изначально очень мешают моей агентской деятельности.

– Мешают? – а я-то считал, что молодость, красота и девичьи прелести делают агента сильным.

– Еще как! – улыбнулась Алина и схрумкула шоколадку. – Монстры пристают – раз. Андроиды прохода не дают – два. Коллеги агенты клеятся – три.

– Да нужна ты больно! – вставил свое 013.

– Коты не в счет, – заткнула его Сафина. – А скверный характер, как выражается наш многоуважаемый Профессор, скверен настолько, что не позволяет отшить пускающих слюни простым и понятным ударом коленки в область ниже пояса. Скверный характер придумывает более изощренные и растянутые во времени способы заморачивания озабоченных голов. В дело идет весь женский арсенал: флирт, мимолетная увлеченность, многообещающая недосказанность, юбка нужной длины, многим нравится моя простая, народная речь, она их буквально заводит и толкает на подвиги! Бедные, ничего не подозревающие мужчины-монстры, мне так жаль их, страшных, и одиноких. Ведь их надежды насчет меня заранее обречены. Я-то знаю. Да, флирт, да, недосказанность и юбка, но в конце… Что их ждет в конце? Монстров – удар коленкой, андроидам хватает яркой фигуры речи, а коллегам… А что коллеги? Алекс Орлов им ответом.

– Во завернула, коза! – выступление коту явно понравилось. – Подписываюсь под каждым словом.

– Вот, вот. – Алина с хрустом развернула плитку шоколада.

Я довольно долго переваривал ее откровения и решился на вопрос:

– Но почему тогда у тебя все получается, а у меня – нет?

– Да, почему? – присоединился кот. – А ну давай, колись!

– Щас, дожую, – она дожевала. – Секрет успеха в нашей работе заключается в том, что все решает команда.

– Ты не права, – возразил Стальной Коготь, – все решает кот.

– Команда? – теперь я, кажется, начинал понимать.

– Да, малыш. Один в поле ни фига не сделает. Агент без поддержки друзей похож на приманку без капкана: каждый рогатый дурак может его укусить, слопать, разорвать или утащить в гарем, и все будет шито-крыто. Агент-одиночка беззащитен и бессилен.