Совет двенадцати - Александр Рудазов

Однако переделывать уже нет времени — чтобы восстановить нормальный цвет, понадобится не один час. Придётся либо откладывать церемонию, либо смириться и плыть по течению.

— Продолжай… — скорбно опустила глаза Ванесса.

Через десять минут её волосы стали белее свежевыпавшего снега. Куафёр установил и закрепил причёску «Снежная буря», украсил её лентами и вставил фазанье перо.

— И последняя деталь… — пробормотал он, аккуратно прилепляя Вон под глаз мушку. — Надеюсь, в довольны моими услугами, зеньорита?

— Я похожа на Марию-Антуанетту, — мрачно произнесла Ванесса.

— А это плохо?

— Не знаю. Я даже не помню, кто это такая.

— Как вам будет угодно, зеньорита. Я могу ещё что-нибудь для вас сделать?

— Ты уже всё сделал.

Глядя на своё отражение в зеркале, Ванесса утешалась одной-единственной мыслью — это всё же лучше, чем быть обритой наголо.

— Всё, я готова, — обречённо произнесла она, беря свадебный букет.

В коридоре её ожидала верная четвёрка телохранителей. За минувшие месяцы Ванесса так привыкла к этим лицам, что уже почти не замечала их присутствия. Сегодня они в последний раз охраняют Ванессу Ли — с завтрашнего дня им придётся охранять Ванессу… стоп, у Креола же нет фамилии. Значит, это не она возьмёт фамилию мужа, а он… хотя нет, Креол скорее вырвет себе язык, чем станет называться Креолом Ли.

Идя навстречу своей судьбе, Ванесса чувствовала, как её колотит мандраж. Интересно, все невесты так себя чувствуют перед алтарём? А она-то ещё стыдила перетрусившую в последний момент Гвениолу! Тут впору самой убежать, забиться в какую-нибудь норку…

Коридор, по которому невесту вели к жениху, был тих и безлюден, если не считать редких цреке. Все уже давно ожидали в церемониальном зале.

По полу ритмично стучали четыре пары каблуков, Хайн Макака Лентрикседморос, как всегда, двигался абсолютно бесшумно. Невольно хотелось обернутся и посмотреть — на месте ли он, не потерялся ли по дороге.

Колдун в голубом плаще появился совершенно неожиданно. Прямо над головой Ванессы раздался взрыв, часть потолка обрушилась — а вместе с ней на пол и прыгнул убийца, объятый колеблющимся пламенем. Ни тратя ни секунды, он выкрикнул короткое слово, швыряя плотный огненный сгусток.

Первое заклинание снесло с Ванессы Личную Защиту. Второе же расплескалось о стену в добром футе над головой — объявившийся из ниоткуда Макака толкнул колдуна под руку. В то же мгновение рослый эйнхерий схватил девушку за плечи и резко крутанул, прикрывая собственным телом. Ванесса болезненно ойкнула, наступая на подол и в ужасе внимая треску, с которым порвалось платье.

— Назад!!! — прорычал Милениан, принимая на грудь следующую атаку. — За спину!!!

Противомагическая татуировка на коже гренадера запульсировала, мерцая даже сквозь мундир. Страшной силы пламенная вспышка превратила материю в обгорелые клочья и бесславно погасла.

По коридору пронеслась жёлтая молния. Гариза Шпага выбросила руку, выпуская колдовской меч, и с размаху саданула в напавшего колдуна — однако тот отскочил и отбил удар, также выпуская колдовской меч. Два клинка — тончайший стекловидный и бурлящий пламенем — скрестились, высекая тучи искр и брызги магического огня, и колдуны сошлись в поединке, скрипя друг на друга зубами.

— Сгинь, каналья!.. — процедил молодой колдун, швыряя свободной рукой что-то невидимое.

Гариза вскрикнула, её плащ вспыхнул зеленоватым нем. Она резко растопырила пальцы, и оба колдуна утонули в переливающемся мареве. Оттуда послышался хрипящий кашель — и колдун-убийца выпрыгнул на чистый воздух, обливаясь слезами.

Здесь его уже встретил лод Стэозух. Паладин, желающий взять нападающего живым, не стал обнажать меч — он просто схватил колдуна мёртвой хваткой. Левая рука вывернула запястье с магическим клинком, правая легла на горло, приподнимая человека над полом. Колдун забился в руках могучего паладина, как крыса, пойманная старым котом.

Извиваясь и корчась, колдун выхватил левой рукой длинный стилет. Быстрым ударом он вонзил его и бок лода Стэозуха, прошивая керефовый доспех, как лист жести. Лицо паладина исказилось болью, но хватка не ослабла — он нажал чуть сильнее, ломая колдуну запястье.

Мигом позже Макака вывернул ему левую руку, отнимая стилет, Гариза приставила к спине колдовскую шпагу, а Милениан положил ладонь на грудь, блокируя все попытки колдовать.

С момента нападения прошло едва ли полминуты.

Путаясь в разорванной юбке, Ванесса с трудом подошла поближе и пристально уставилась на своего не состоявшегося убийцу. Лицо незнакомое. Довольно молод, внешность вполне заурядная, выделяются только глаза — выпученные, горящие внутренним светом. По этим пылающим очам сразу видно, сколь сильные страсти обуревают их обладателя.

— Всего лишь голубой плащ?.. — приподняла брови Вон.

— Это Ках Свободный, повелительница, — отрапортовала Гариза. — Известный на весь Иххарий бретёр. Он сражается на уровне жёлтого… некоторые даже считают, что оранжевого.

— Подонки!.. — прохрипел Ках, в страшном усилии пытаясь превозмочь татуировку эйнхерия. — Мерзавцы!.. Негодяи!..

Ванесса подняла голову и внимательно посмотрела на дыру в потолке. Судя по ней, Ках дожидался её выхода этажом выше, а в нужный момент окружил себя защитным полем и использовал какое-то взрывное заклинание. Хорошо, что в Промонцери Царука настолько высокие потолки.

— Зачем ты хотел меня убить? — спокойно спросила кнесеа. — Я тебя чем-то обидела?

— Нет, мне лично ты никакого зла не сделала, — презрительно усмехнулся Ках. — Но ты втоптала в грязь свободы и права всего колдовского племени — и я скорее умру, чем примирюсь с этим!

— Что нам с ним сделать, леди Ванесса? — сурово просил лод Стэозух, не обращая внимания на кровоточащий бок. — Прикажите, и я сломаю ему шею.

— Прислужник кровавого режима! — прошипел дух. — Вы все ещё поплатитесь!., поплатитесь!..

Милениан молча саданул ему кулаком по затылку — колдун поперхнулся и обмяк.

Никто не заметил, как по стене пробежала едва различимая тень. Только Макака беспокойно повёл носом, вглядываясь в полумрак, — но всё тут же исчезло, И он решил, что ему лишь почудилось.

В Промонцери Царука постоянно что-то такое… чудится

Когда в церемониальный зал вошла невеста — в порванном платье с телохранителями, тащившими поникшего террориста — Креол переменился в лице. Наплевав на церемониал, он пронёсся к входной двери и коротко бросил:

— Объясняйте. Быстро.

Ему объяснили. Маг плотно сжал губы, благодарно кивнул четвёрке телохранителей и мягко забрал у них Каха. Приобняв бедного колдуна за плечи, Креол вынес его за дверь. В церемониальном зале стояла тишина — никто толком не понимал, что происходит.