Сталь и пепел. Русский прорыв - Вадим Львов

Китайская артиллерия дала пластунам полчаса передышки только ближе к трем часам дня. Оглохшие и измученные казаки мгновенно засыпали, не выпуская из рук «абаканы» и «сотые» АК.

Артем сплюнул скрипевший на зубах песок, перемешанный с бетонной и кирпичной пылью, и снова посмотрел на экран тактического ноутбука. Обстановка в полосе обороны пластунского батальона Амурской бригады ухудшалась с каждым часом. Китайцам, несмотря на ураганный обстрел русских гаубичных и реактивных дивизионов, удалось закрепиться на противоположном берегу, и теперь они накапливали там живую силу и технику.

«Облегченная» сто девяносто четвертая мотострелковая бригада, пытавшаяся удержать двумя батальонами остров напротив города, была практически полностью уничтожена. В Хабаровск прорвалась всего пара сотен человек под командованием начштаба одного из батальонов капитаном Горяновым. Капитан был дважды ранен, но сумел все-таки вывести остатки подразделения в город на соединение к пластунам Пшеничного.

Горянова Артем видел пару раз и никогда не подумал бы, что этот хрупкий паренек с лицом вечного студента окажется прирожденным командиром.

Пока выдалась свободная минутка, Артем не отказал себе в удовольствии как следует умыться и смыть с лица и рук грязь, накопившуюся за неделю. Мать моя – женщина… Война здесь и недели не идет, а кажется, прошло не меньше полугода.

– Если китайцы ударят по Средней Азии, мы ударим по Китаю. Вот так вот, господа офицеры. – Прилетевший из Москвы новый главнокомандующий Объединенного стратегического командования «Восток» генерал-полковник Лисицын мрачно посмотрел на две сотни офицеров, собранных в ОДО[114]. – Думаю, не надо вам рассказывать, что сейчас происходит у западных границ. Но и удар китайцев по Средней Азии – это прямое вторжение в зону особых экономических и политических интересов Руси. Перебрасывать войска в Киргизию и Казахстан, ослабляя западное и южное стратегическое направление, мы не можем. Не можем забирать войска и отсюда. Единственный шанс заставить китайцев убраться – врезать им хорошенько. На самом верху, – палец генерала поднялся в направлении свежепобеленного потолка дома офицеров, – принято решение в случае агрессии китайцев ответить массированной воздушно-ракетной атакой по стратегическим и промышленным центрам КНР. Благо ПВО и ПРО у китайцев пока весьма отсталая. Возможно, как и на западном направлении, ограниченное применение спецбоеприпасов.

Дальше Генштаб и разведка прогнозируют два варианта развития событий. Первый: узкоглазые одумаются и уберутся на хрен в свой сраный Китай. Лично я, правда, в это не верю. Во втором варианте китайцы набросятся на нас, как свора бешеных псов. План действий и боевое расписание у нас имеются, но предупрежу заранее: дело будет жарким.

Прилетевший столичный генерал был прав. Пережив «ночь страха» после массированного ракетно-бомбового удара, руководство КНР дало отмашку на вторжение сухопутных сил НОАК на территорию Руси. Стратегический план предусматривал захват в течение двух недель Владивостока, Хабаровска, Благовещенска и разгром восточного ОСК. После чего планировалось договориться с ослабленными русскими о мире. На условиях КНР, естественно.

В случае военной удачи, помимо оккупации Центральной Азии и отмены таможенных санкций против своей промышленности, Пекин намеревался урвать чего-нибудь из Сибири. По мелочи… Будучи здравомыслящим человеком, Лю Хайбинь понимал, что любое продвижение в глубь Руси и последующие серьезные территориальные захваты чреваты ответным ядерным ударом. Военным ставилась простая задача: заставить русских сесть за стол переговоров. Временная потеря Благовещенска и Хабаровска еще не повод начинать всемирный Армагеддон.

Самое интересное, что в Кремле думали так же. С помощью временно переброшенных с Запада бомбардировочных и ракетных частей планировалось «принудить к миру» КНР и заставить китайцев свернуть наступательную операцию против своих среднеазиатских сателлитов. Понятно было, что Китай – это не Грузия, и быстрой победы вряд ли приходится ждать. Но другого выхода у руководства Руси не было. Отдать влияние в Средней Азии Китаю означало получить чудовищное усиление КНР и его прямого военного союза с Пакистаном и Ираном. Вся с таким трудом выстроенная «ось безопасности» Москва – Дели – Ханой – Сеул летела к черту, оголяя стратегически важные Урал и Сибирь для прямого удара с юга.

Все эти глобальные наработки мало волновали русских и китайских солдат, впервые с 1969 года сошедшихся в бою лицом к лицу.

Сидящий сейчас на КП батальона майор Пшеничный в глубине души понимал, что из-за нехватки живой силы отлично экипированную и неплохо обученную действиям на пересеченной местности бригаду амурских пластунов раздербанили по-батальонно и засунули в самое пекло уличных боев. Понимал и буквально выл от досады. Батальон, который он собирал лично, «с бору по сосенке», таял под артиллерийским огнем на глазах. Потери уже превысили треть списочного состава и приближались к половине. Еще пара суток, и от батальона останется одно название. А еще этот идиотский приказ из штаба корпуса! «Держаться, держаться»… Сколько может держаться батальон стрелков в разрушенной промзоне против двух полков китайской мотопехоты? Загадка для курсантов первого года службы… Если бы не отличная контрбатарейная стрельба «глухарей» из 15-й гвардейской артбригады, жиденькую цепь опорных пунктов узкоглазые просто стерли бы плотным огнем со своего берега.

Китайцы лезли вперед, не считаясь с потерями, уничтожили оба мотострелковых батальона 194-й бригады Угрюмова и, заняв острова напротив Хабаровска, тут же стали наводить понтонную переправу, чтобы максимально быстро пропихнуть в город штурмовые группы. И хотя переправу раз за разом разрушали русские батареи, но китайцы не успокоились, стали переправляться на легких катерах или плавающей бронетехнике.

Первую атаку мотопехоты, поддержанную легкими плавающими танками Тип-63 А и БМП W-501[115], пластуны отбили легко. Сказывалось отсутствие у китайцев опыта уличных боев. Ни один командир в здравом уме не погонит легкую бронетехнику в паутину улиц и лабиринт заводских корпусов. Тем более что возможность точной огневой поддержки отсутствует. Потеряв семь танков и шесть БМП, в основном подбитых из РПГ, и почти две сотни пехотинцев, расстрелянных из подвалов и верхних этажей, «косые» откатились обратно к реке.