Богиня под прикрытием - Людмила Гурламская

— Да я вот думаю, может сам догадается? — хлопнув ресничками, ответила я ей в том же тоне.

— Девочки, вы о чем? — подозрительно прищурился наш кибермаг.

— Нет, думаю, что сам не догадается, — проигнорировав его вопрос, притворно вздохнула Лайма.

— А если дать ему шанс? — задумчиво протянула я и внимательно так принялась разглядывать парня. Нет, мне правда было интересно, заметит он или нет одну особенность, по которой нас с Лаймой можно практически безошибочно отличать друг от друга.

Бродяга тем временем начинал беситься.

— А ничего, что я здесь стою? — нахмурился он и метким броском зашвырнул мою одежду на одну из веток слева от меня.

— Конечно, ничего, Миха, — невинно хлопнула ресничками Лайма. Он ей имя свое назвал, что ли? Миха — это сокращение от чего? Пока я задавалась этими вопросами, кошь продолжила: — Даже очень хорошо ты стоишь. Нас обеих отлично видишь. А теперь найди основное отличие.

— Хм… — он тяжело вздохнул и сузил глаза, поочередно разглядывая то меня, то Лайму. — Окрас не в счет?

— Нет! — ответили мы с ней одновременно.

— Не торопись, — мягко приободрила его Лайма.

Миха продолжал сосредоточенно искать. Хмурился, кусал губы. Мы же терпеливо сидели в одинаковых позах, как две древнеегипетские статуэтки. Наконец, я не выдержала и моргнула. Цепкий взгляд кибермага моментально метнулся к моим глазам, затем к глазам Лаймы. Я еле сдерживала улыбку. Ну же!

— Не понял… — растерянно произнес он и сделал пару шагов вперед, остановившись напротив Лаймы. — У тебя же должны быть вертикальные зрачки!

— Ага! — довольно кивнула кошь.

— А-а… иллюзия? — наконец догадался он.

— Да, — Лайма моргнула, попутно убирая остатки уже бесполезного заклинания. — Но если ты знаешь, что именно ищешь, то непременно найдешь!

— Я знаю, что ищу, — расплылся в улыбке Миха и совершенно без стеснения чмокнул мою Лайму в носик. А эта зараза еще и глазки прикрыла от удовольствия. Ррр… кажется, я ревную. Только вот кого и к кому… Да я вообще не должна испытывать это чувство! Разозлившись сама на себя, я взялась читать нотации этим двоим. О безопасности, о благоразумии и о прочих важностях, о которых обычно начисто забывают влюбленные. Это было некрасиво и неправильно с моей стороны. И дело даже не в том, что я, Богиня любви, фактически игнорирую стремление своей силы и не благословляю их пару, хотя просто обязана это сделать… Скорее в том, что я просто не имею права на высказывания, не подкрепленные собственным примером. А я на месте Лаймы окунулась бы в этот омут с головой, невзирая ни на какие обстоятельства и предостережения. Потому что… это любовь. Для нее нет преград и условностей.

— В общем… имейте ввиду, — буркнула я в конце своей пламенной речи и насупилась. Лайма смотрела на меня как-то жалобно, а Миха… Михаил, кстати, его полное имя, серьезно.

— Ты конечно имеешь основания мне не доверять, — начал он. — Но… хочу, чтобы ты знала. За Лайму я легко отдам свою жизнь, если потребуется.

— Нет! — заорали мы обе одновременно, едва поняли, что именно он собирается произнести, но этот упрямец все-таки договорил фразу до конца. Для представителей нашей расы это самое ужасное, когда смертный готов отдать свою и без того не такую уж длинную жизнь за нашу бессмертную. Можно было бы смеяться, если бы не было бы так грустно. Потом ведь целую вечность нести груз этой бессмысленный потери!

— Дурррак! — прорычала Лайма и стукнула его лапой по груди. — Никогда так больше не говори!

— Мои слова не значат, что это обязательно произойдет! — лихо рассмеялся он и поцеловал ее лапку. — Надеюсь, не потребуется. Просто так я обозначаю серьезность моего к тебе отношения.

— Серьезность можно обозначить по-другому, — надулась Лайма.

— Прости, как сумел… — перестал смеяться он и тоже насупился, правда, кошкину лапку при этом из рук не выпустил.

— Сказанного не воротишь, что уж теперь, — я решила сгладить ситуацию, но этим еще больше расстроила свою кошку. Она уже чуть не плакала от досады. Михаилу пришлось ее долго утешать и несколько раз клясться, что умирать он не собирается. И едва она успокоилась, как парень впал в то самое специфическое состояние, характерное для погружения в киберреальность — глаза закатились, реакции на внешние раздражители минимум, если не сказать ноль.

— Мне надо вернуться, — сказал он буквально через несколько секунд, предварительно моргнув. — Кто-то пытается проникнуть в мою каюту.

— Брат? — нахмурилась Лайма.

— Не думаю, но выясню… — несколько рассеянно ответил он и быстро добавил: — Я напишу. До встречи, девочки! — с этими словами он чмокнул мою кошь в носик и просто исчез. Как голограмма.

— Что еще за брат? — поинтересовалась я у Лаймы.

— Странный, — ответила она, пожав плечами. — Михаил о нем много не говорит. Только то, что тот его спас когда-то и что он гений.

— Гений… — задумчиво повторила я. — Гении — это по части Матея, — спрыгнув на землю, я приняла свой привычный облик и стала одеваться.

— Это ж надо придумать, жизнь он отдаст! Щедрый какой! — Лайма все еще никак не могла отойти от недавнего разговора, поэтому мои слова дошли до нее с некоторым опозданием. — Матея, говоришь? Точно! Кстати, как у них там с Марусей?

— Пока все замечательно. Он даже мурлыкать научился ради нее, — усмехнулась я. — И судя по всему, приводил на берег Огненного.

Кошка радостно подпрыгнула и чуть не свалилась с ветки.

— Мяу! Я хочу это видеть!

— Я тоже. Но у меня лишь косвенные, так сказать, улики. Ты же знаешь Матея. Он тот еще партизан.

— Что есть, то есть, — согласилась со мной Лайма с каким-то мечтательным выражением на лице.

Мы болтали до самой темноты. Всего несколько дней не виделись, а я успела так соскучиться по ней. Да и что говорить, мне просто необходим ее взгляд на события. Иногда точка зрения Лаймы очень сильно отличалась от моей собственной и это позволяло посмотреть на все немного с другого ракурса. И что самое удивительное, некоторые ее суждения были схожи с мнением моей жрицы. Например, относительно того незнакомца, с которым я танцевала, кошка высказалась в том же ключе — надо было присмотреться и от поцелуев не отказываться! Как сговорились! Да некогда мне было присматриваться! Я исполняла свои прямые обязанности! На это Лайма неодобрительно поцокала языком и напомнила, что качество выполнения этих самых обязанностей в моем случае напрямую зависит от устройства моей собственной личной жизни. Мне осталось только раскаяться и пообещать впредь быть внимательнее.

— Кстати, Рем тебе писал, много, — кошь загадочно сверкнула глазами в сумерках.

— Надо почитать, — отозвалась я без особого энтузиазма. Почему-то после посещения Земли мой интерес к этой переписке несколько угас. Может, более сильные впечатления перебили его. Или… не знаю.