Группа крови. Война сапфиров - Елена Болотонь

– Ах ты, дрянь! – и заорал на весь зал. – Предлагаю убить Ай до эй я. Она все что нужно нам дала. Она – изменница!

«Вот придурки!» – была последняя мысль, когда я сиганула в черный проход, ведущий неизвестно куда. Я бежала и понимала, что такого поворота событий Рас не предполагал. Глупые дикари просто до конца не поняли, что от них хотят. Убить бы аморфа, и дело с концом. Пусть потом сами с Бессмертным разбираются, когда он найдет другой способ к ним наведаться. Ай да армия! Так ему и надо, отчего-то хотелось злорадствовать в адрес Фарда, размышляя о ситуации со стороны.

Ну ничего. Сейчас найду место поспокойнее… Я остановилась, переводя дыхание, как из темного угла смежного коридора раздался звериный рык и топот. Внезапно испугалась и совершила спонтанный прыжок.

Растабан. Рас Фард

Все разыгрывается как по нотам. Первые два измерения вышли на связь.

Фомальгаут. Приятно было слышать голоса верноподанных, кто стремится видеть его, а не Фациеса у власти. Теперь, когда он может вновь отдавать приказы, его сфера влияния усилилась.

Шератан. Любимое измерение. Он пестовал его, как любимое детище, внедряя туда все новейшие разработки Империи. Втихаря, аккуратно. Что ж. Его сподвижники заслуживают хорошее поощрение за то, что смогли сохранить его авторитет и приумножить могущество.

Хамаль. Резвые и жестокие головорезы. Они поставят своей кровожадностью на колени любого.

Тела коснулись энергетические выплески. Кто-то из другого мира хотел аудиенции. Он отправился прямым ходом в кабинет. Отлично! Хамаль вышел на связь. Умница девочка.

– Синий бог! Великие праотцы говорили правду… Это чудо! – И голографическое изображение Долфа Великого в полный рост склонилось в глубоком поклоне на серебристом кольце устройства так, что черный хвост волос с головы хамальца коснулся пола.

– Ну? – требовательно произнес Фард.

– Хамаль счастлив приветствовать вас, владыка, и готов выполнить любые указания.

– Синий бог доволен. Доложи обстановку.

– Ай до эй я…

– Что?

– Она не захотела отдать откровение. Пыталась убежать.

Он на миг затаил дыхание и напрягся, предчувствуя неприятности. Нахмурился:

– И что?

– Мы забрали у нее браслет.

– Сама где?

– Мы хотели убить ее за измену.

– Что-о-о?

Зубы скрипнули от желания прибить этого глупого человечка на месте, кулаки крепко сжались до боли. Рас Фард выдохнул, чтобы вдруг осознать и осмыслить все услышанные слова и заорать:

– Какую такую измену?

– Она не хотела отдать откровение и кричала, что не будет завоеваний, что нет и других миров…

– И?

– Потом она исчезла…

Рас Фард отключился от связи с Хамалем, оставшись в одиночестве, глядя в окно на серое небо Растабана. Так и знал, что девчонка не вынесет жестокости, увиденной в измерениях, окажется слабее. Это раздражало и нравилось. Для предстоящего дела она может испортить все, но как истинная женщина она и должна быть такой – нежной, доброй, пусть и своенравной. Не понравились ей хамальцы и шератанцы. Он усмехнулся. Будто ей с ними жить. Это его армия, его люди, и на войне все средства хороши.

Он подошел к панели и набрал код вызова Фомальгаута.

– Да, господин, – через секунду материализовалось изображение Виллероя.

– Гостья, что у тебя была. Евгения. Найди все данные, личные связи – родственников, друзей, поставь охрану, возьми под контроль и жди указаний.

– Слушаюсь… – и картинка исчезла.

Жаль, конечно, но если понадобится, он будет применять более жесткие методы. Ей придется довести обещанное до конца. Ведь предупреждал, что обратной дороги не будет. Когда все закончится, они объяснятся, а потом он утешит ее и успокоит. Рано или поздно, но она станет его женщиной и никуда от него не денется. Он постарается. Решение принято.

Быстрым шагом Рас Фард отправился искать Эрику. Дифдианка сидела в своей комнате и что-то вышивала. Увидев его, она радостно улыбнулась, бросила рукоделие на кровать и подалась навстречу. Он взял ее лицо в свои руки и, пристально глядя в глаза, произнес:

– Ты будешь следить за Эльзой, не отпуская девчонку от себя ни на шаг. Если Евгения захочет ее забрать – ты убьешь Эльзу.

Зрачки Эрики дрогнули, расширяясь, а затем снова сузились. Девушка улыбнулась и кивнула. Внушение сработало. Его приглушенных сил здесь вполне хватало для простых людей.

Отпустив дифдианку, улыбнулся сам, расстегивая ремень:

– Сделай-ка мне приятно, крошка. – И девушка покорно опустилась перед ним на колени.

Она взяла его затвердевшую от возбуждения плоть, сжимая маленькими пальчиками ствол с выступившими венами, совершая легкие скользящие движения вверх и вниз. Обхватила ее губами, лаская языком нежную кожу, сразу напрягшуюся от ласковых прикосновений. Мягкий кончик языка порхал, даря нежность и расслабление. Но этого было недостаточно. Не так он хотел. Обхватив ее голову руками, он стал сам вонзаться в ее рот настырно и безжалостно, так что девушка вцепилась в его бедра, чтобы удержаться на месте, пытаясь остановить упрямые действия. Скоро из ее глаз потекли слезы, она начала задыхаться, но он продолжал настойчивые толчки. Он хотел доминировать. Он самоутверждался.

Рас Фард делал это с Эрикой, а перед собой видел ее. Ту, которую не мог получить, но обязательно получит… Чуть позже. И докажет ей, что лучше него нет и быть не может. Разрядка накрыла внезапно. Он получил удовольствие, не особенно заботясь о том, что служанка чувствует и чего хочет.

Хамаль. Евгения

Кап… кап… кап… Я слышала приглушенный звук падающих капель. Когда глаза привыкли к полумраку, то поняла, что нахожусь в пещере. В холодной и темной пустоте неизвестно где. После осмотра стало ясно – выйти можно. Тусклый свет пробивался из дальнего угла. Медленно я двинулась на выход, чтобы испугаться. Откуда-то из черной норы слева послышался нехороший звук. Реально нехороший. Так рычат обычно звери. Голодные хищные животные, сидящие в логове. Рычание усилилось, так же как и мое передвижение к выходу. Там, снаружи, может быть, появится мысль, куда и как сбежать.

Небольшая площадка, куда я выскочила, оказалась не чем иным, как выступом горы, который смотрел прямо в море. Сизые волны бились где-то далеко внизу о скалы, облизывая своими языками острые камни. Пасмурное небо, холодный, продирающий до костей ветер – все это подсказало мне, что я осталась на Хамале.

Я стояла посреди выступа озябшая и уставшая, чувствуя на коже влагу ледяных капель. И вспомнила сон, который приснился мне на Растабане. Разница была лишь в том, что там я стояла на берегу, а здесь где-то очень высоко.

В зияющем провале пещеры показалась тень, и спустя несколько секунд, показавшихся часами, из черной дыры вышла огромная серая кошка. Каждая лапа увенчивалась серповидными когтями, а закрытую пасть обрамляли длинные саблевидные клыки.