Группа крови. Война сапфиров - Елена Болотонь

С чувством глубокого умиротворения я лежала в объятиях Кауса, наслаждаясь тем, как он нежно рисовал пальцами замысловатый узор на моей коже.

– Ты когда-нибудь купалась в океане под звездами? – вдруг спросил он, а в глазах заиграли ласковые, озорные огоньки.

– Нет, не доводилось.

– А хотела бы?

– Возможно…

Интересный вопрос. Это может быть романтичным. Не успела я осмыслить услышанное, как оказалась по самые уши в теплой морской воде. Совсем забыла, с кем я тут разговариваю. Фациес в секунды перенесся к океану, погрузившись со мной в соленую гладь.

– Желания имеют свойства исполняться, когда рядом есть я, – шептал мне мужчина, крепко прижимая к себе.

– Но не так же быстро, – взмолилась ему в ответ, проверяя на своих мокрых плечах ночную прохладу.

Были слышны легкие всплески воды и наше дыхание в тишине, темнота вокруг постепенно начала приобретать очертания благодаря мягкому свечению мириадов звезд, которыми оказалось усыпано все небо. Берега вокруг не наблюдалось. Мы были одни где-то посреди океана, мерно покачиваясь на его волнах. Он закинул мои ноги к себе на поясницу и, поддерживая спину и затылок руками, начал целовать в шею, заставив слегка запрокинуть голову.

– Смотри наверх, – тихо произнес Каус, предлагая оценить переливающийся звездный ковер, раскинувшийся над головой.

Небольшие волны ласкали меня так же нежно, как его руки и губы, вызывая в теле легкий отклик, и еще я почувствовала, как мужчина подо мной снова возбуждается.

– Только не здесь, – закапризничала, глядя ему в глаза.

– Почему? – услышала его шепот на своих губах.

– Я не умею плавать… Вдруг здесь акулы…

– Со мной ты не утонешь, – улыбнулся Каус. – Обещаю…

– Мне холодно… – Я была уверена – это станет более веской причиной вернуться обратно.

Романтика романтикой, но заниматься любовью в морской пучине не для меня даже с самим Императором.

– Тогда душ?

И не дожидаясь ответа, мы вернулись на виллу под струящиеся бисером серебристые капли горячего дождя. Каус одним движением развернул меня к себе спиной, не допуская даже возможности ему возразить, и начал поглаживать мои плечи, смывая с кожи соль. Мягко провел пальцами по лопаткам, изучая их очертания, затем спустился ниже, не спеша исследуя мое тело. Он сделал шаг, и мой висок обожгло его дыхание:

– Какая ты красивая, Еня… Мне продолжать?

И услышала легкий смешок на свое кивание.

Фациес продолжал гладить мои ягодицы, подбираясь к внутренней поверхности бедер, пока его пальцы не дотронулись до самого сокровенного, сразу взорвавшегося от нежной ласки в ответ. Я хотела развернуться к нему, но мужчина не дал мне этого сделать, продолжая удерживать в объятиях. Он сжал мою грудь, играя с отвердевшими сосками, а мне пришлось удерживать равновесие, упираясь руками в стенку душевой кабины. Я наслаждалась и потоками воды, что стекали по коже, мягко массажируя сотнями мелких струек, похожими на прикосновения его пальцев, и разгоралась все сильнее.

Нежные ласки внизу, на щиколотках, икрах, подколенных ямочках подсказывали мне, как наслаждается мной мужчина, получая от игры эстетическое удовольствие. Его вожделение передавалось мне, разжигая внутри неимоверную бурю переживаний, среди которых было и желание подчиняться ему, и некоторый страх от ненасытной тяги сапфира, и доля стыда от такого настойчивого интереса. Я трепетала в мужских объятиях, я требовала продолжения.

– Каус, пожалуйста! – из моего горла вырвался хриплый стон.

И тогда, нежно целуя меня в шею, он овладел мной, наполняя каждую частичку души пламенным исступлением и восторгом. Как же стало жарко! Тело тут же откликнулось, с радостью принимая мужчину, неуклонно приближая меня к верхней точке накала. Каус забавлялся, то снижая, то увеличивая темп и глубину погружения, вызывая очень яркие ощущения. Он упивался игрой и в конце концов заставил меня стонать от яркого удовольствия. Мои пальцы царапали стекло, не оставляя следов, до тех пор, пока меня не снес сокрушительный ураган наслаждения как квинтэссенция и апогей нашей страсти. Каус на мгновение остановился, а затем продолжил, поражая своей выносливостью, чтобы через несколько минут присоединиться к моей, еще более сильной, второй кульминации.

Благодарный чувственный поцелуй в ключицу и огромное махровое полотенце, в которое меня завернули бережно, как маленького ребенка, уложив в спальне, сделали меня счастливой. Это была забота любящего мужчины, и как же мне это понравилось!

– Тебе надо поспать, – ласково звучал голос Кауса, убаюкивая меня в кровати.

Ночь прошла без сновидений. Я проснулась, когда солнце стояло уже высоко, и первое, что увидела, – это сапфира, который лежал рядом и смотрел на меня весело и по-хулигански. А что мы ночью вытворяли? И тут же смутилась, вызвав у него тихий смех.

– Привет, – произнес он. – Надеюсь, я был не слишком напористым в твой первый раз?

Да он издевается! Кровь лишь сильнее прилила к моим щекам. Я быстро отвернулась, пытаясь спрятаться под покрывало, но не успела, пойманная сапфиром. Он развернул меня к себе и нежно впился в мои губы ласковым поцелуем, потом коснулся губами виска, подбородка… И начал спускаться ниже и ниже…

О не-е-ет… Не сейчас…

Я уперлась руками в его плечи, понимая, что с таким же успехом можно заставить подвинуться каменную стену, и едва ли не закричала:

– Хочу есть! Мне надо умыться и привести себя в порядок!

Какая-то из причин оказалась веской, раз сапфир остановился, но он тихо сказал, улыбаясь мне такой хитрой-прехитрой улыбочкой:

– И не надейся… надолго… от меня избавиться.

Я выскользнула из его объятий и быстро направилась в ванную. Охватив взглядом комнату, душевую кабину, вновь вспыхнула от смущения, вспоминая возвращение с океана. Вот это да-а, Евгения Лярина! Даже и представить себе не могла, что ждет тебя… В доме на море, в обществе самого Императора.

Закутанная в полотенце, гордо продефилировала мимо Фациеса на выход, отметив на себе его странный взгляд. Он следил за моими перемещениями, точно хищник, и, открыв дверь своей спальни, даже не удивилась, встретив Кауса и там. Пожалуй, если так будет продолжаться, на милые улыбки пусть не рассчитывает. Так ведь и мания преследования появится.

Я подошла к шкафу, открыла дверцу и остановилась в размышлениях.