Игры героев - Андрей Лавин

– Так что ты решил? – повторил вопрос Илай.

– Идем завтра. Тянуть бессмысленно. Проснется Ярина – посмотрим, в каком она состоянии, и решим, с ней или без нее. Честно, я бы ею не рисковал.

– Особого выбора нет. Во-первых, она отличный хил, а во-вторых, если мы сгинем, а она останется, ей придется покинуть Зап. Сопротивление сломлено, Краснобар окончательно тут воцарился и рано или поздно найдет ее. Внешность у нее довольно приметная.

Я взял шар с «Проклятьем Сарда» и пожалел, что тут нет разгрузок, как, например, в «Аномальных землях». Рассовал нужное по карманам, при необходимости быстро выхватил. Здесь же – дурацкие сумки, кошелечки, мешки. Пока вытащишь нужный предмет, тебя десять раз прикончат.

– Эх, разгрузку бы, – вздохнул я.

– Поддерживаю. Свою, так сказать, карьеру я начал в «Аномальных землях».

– А потом? – Я улегся на бок рядом с Яриной и подпер голову рукой. – И вообще, как ты дошел до жизни такой?

– Работал программистом в одной корпорации… Тебе действительно интересно?

– Ну да, времени у нас вагон. Расскажи уж. Потешь меня байкой у костра.

Илай очнулся в незнакомом лесу, лишенный памяти, и начал собирать сведения по кусочкам. Выяснилось, что корпорация Гиас, где он работал, экспериментировала с манипуляциями сознанием. Руководил этим некто Кайзер. Похищались люди, помещались в специальную капсулу, а их разум внедрялся в персонажа. Тело Илая тоже было среди рабов, в изолированном бункере, который должен был самоуничтожиться. Рабы не помнили себя и были совершенно покорными. Таким образом Кайзер и помогающий ему взбунтовавшийся ИскИн с личиной Анубиса экспериментировали с сознанием, разрабатывали вирус, который должны были внедрить в разум каждого игрока, заполучив легионы рабов. Ценой огромных усилий и собственной жизни Шаду удалось разрушить систему, освободить рабов и уничтожить Анубиса. Потом Илая завербовали странные личности из Свода Миров, что это за организация, он рассказывать не стал. Он искал преступников типа меня и пропавших людей. Затем появился Мегалон, Илай переселился сюда, хотя по-прежнему подрабатывал наемником.

Не то чтобы я ему безоговорочно верил – чувствовалось, что он сильно недоговаривает, но допускал, что такое могло произойти. Тем более, кажется, про скандал с «Гиасом» я читал в новостях. Пока Илай рассказывал, Хатбор принес нам жареное мясо и холодное пенное пиво, тут же ретировался.

Шад – нет, для меня он все равно Илай – брат по несчастью. Правда, одно время он был моим врагом, но мы так и не пересеклись.

– Мы были по разные стороны баррикад, – улыбнулся я и пригубил пиво. – Ты в каком мире обитал?

– Почти везде.

– В Киммерии?

– Да.

– Не тебе случайно поручили расследовать взятие Закрытого города?

Илай мотнул головой:

– Не, тогда я в Февре читера гонял. Это ты, что ли, сделал? Ну, красавец!

Я самодовольно улыбнулся и продолжил:

– В Ферве тоже наследил. Кровавые самоцветы…

– А вот это дело вел я. Только не очень старался, уж больно мерзкие там обитали создания. Давай выпьем – за везение. Оно нам ой как понадобится!

Кружки соприкоснулись, пиво перелилось через край и попало на руку.

Недосып и усталость взяли свое, и, не заметив того, я задремал в обнимку с Яриной.

Когда проснулся, девушка уже пришла в себя и вполголоса беседовала с Илаем. День сейчас или ночь, разобрать было невозможно: Хатбор заседал в таверне и спросить было не у кого. Приподнявшись, я поинтересовался:

– Ярина, как ты?

– О, соня теперь с нами! Хорошо. – Она продемонстрировала обе руки, пошевелила пальцами и показала снятую железную перчатку, выполнявшую функцию лонгеты. – Только было очень больно.

Сел, протер веки, покосился на сложенные в середине комнаты доспехи:

– Ты выбрала себе оружие? Потому что скоро надо выдвигаться.

– Выбрала. – Девушка подняла с пола золотистую кирасу, надела шлем, похожий на шапку-ушанку, и выхватила ятаганы, чуть больше тех, что были у нее раньше: – Спасибо, толковые вещи купили. Клинки магические, если нанести небольшой порез, кровь будет течь не останавливаясь и противник умрет. А еще вот! – В ее руках оказался лук и колчан. – Давно о таком мечтала, спасибо.

– Ты будешь в отряде лекарем, собери все необходимые приспособления.

– Где они? – Она завертела головой.

– Вон, в мешке у стены.

Ярина села возле мешка и ненадолго выпала из жизни. Интуиция подсказывала, что надо быть готовым сняться в любую минуту, потому следует подготовиться уже сейчас.

Итак, что у меня имеется? Из оружия – Имаджи и Бард. Магические предметы – Проклятье Сарда – специально для Краснобара. Следует убрать его подальше, на самое дно мешка.

Стеклянная смерть – оружие массового поражения. Неизвестно, когда оно пригодится, потому надо держать его под рукой. Пусть пока тут, на полу полежит. Придет Хатбор – затребую у него кошельки, прицеплю их к поясу и рассортирую смертоносные магические штуки.

Так, амулет Сила Времени – песочные часы на шнурке. Цепляем на шею. Не знаю, как это мне поможет, но пусть будет. Вспомнился фильм, где герой попадал в прошлое, чтобы исправить будущее, но каждый раз делал все хуже и хуже.

Еще пригодятся восстановители маны – двадцать флакончиков хватит.

Регенераторы – парочка, и хватит. Теперь куда это все положить, чтоб не перепутать во время боя? Нужен, например, регенератор, а ты достал восстановитель маны.

Так. Волшебная повязка – накладываешь на рану, действует как медицинский клей, останавливая кровотечение.

Язык болотной волчицы. Опять же, непонятно, как он может пригодиться, но я запасливый.

Вроде бы, все…

И тут меня осенило: дудочка! Забыл самое главное, маразматик. Вдруг мы освободим Закриса и он откроет тайну? Дудочка осталась в тайнике. Черт!

– Подождите, я сейчас…

Илай преградил мне дорогу:

– Куда?

– Помнишь, где карта лабиринта лежала? Там у меня остался артефакт.

– Ну так сиди тут, лучше я ее принесу – у меня стеллс.

Почему-то от осознания, что к дудочке прикоснутся чужие руки, меня перекосило. Но здравый смысл победил странный порыв, и я дал добро.

– И еще! – крикнул я. – Попроси у Хатбора приспособления, куда удобно сложить все это.

Шад вернулся через пару минут. Буквально материализовался. В одной руке была дудочка, во второй руке – кожаные ремни непонятного назначения.

– Держи, – протянул он мне дудочку, держа осторожно, как дохлую мышь, за хвост. – Не давалась в руки. Признала в тебе хозяина. – Он показал ожоги на подушечках пальцев. – Теперь смотри и учись.