Девятый император - Андрей Астахов

– Зарята, ты меня слышишь?

Ему вдруг показалось, что из-под век мальчика сверкнула ослепительная зеленая искра, совсем такая же, как свечение каролитового перстня.

Мальчик не отвечал. Неестественный сон был слишком глубок.

– Это не просто испуг, – прошептал Хейдин.

– Что ты говоришь, душа моя? – спросила Липка.

– С ним что-то происходит.

– Он умирает? – Липка испуганно посмотрела на Хейдина. – Ты думаешь, он умирает? Да?

– Я не знаю.

– Ты должен знать. Он ведь из твоего мира, я знаю. И ты пришел сюда за ним.

– Я не знаю, что с ним творится. И я вижу грифа. Большую черную птицу. Этот гриф видит нас.

– Ты пугаешь меня?

– Ничего не бойся, – Хейдин обнял Липку, поцеловал в губы. – Пока я жив, я смогу защитить и тебя, и его.

– Ты сейчас пытаешься вернуть ему сознание?

– Я пытаюсь понять, что происходит.

В сознании Хейдина опять ярко промелькнул образ грифа. А потом Хейдину стало страшно. Во рту пересохло, ноги вдруг ослабели. Потому что гриф опять посмотрел прямо на него. И этот взгляд не был взглядом птицы.

– Зарята! – позвал Хейдин. – Что это все значит?

Ночь. Ветер. Обрывки облаков несет над землей вместе с клубами снега. И ужас, который летит на черных крыльях вместе с тучами. Белое и черное. Белый снег и черные тучи. Белый конь и черный гриф в небе. Черный всадник с белым лицом.

– Нет! Нееееет!!!

– Хейдин! Что ты, Хейдин? Что с тобой? Ты увидел что-то?

Ортландец очнулся. Кошмар исчез. Зарята мирно спал, и каролит в перстне больше не светился.

– Я понял, Липка. Это не сон. Мальчик пытается спрятаться.

– Я не понимаю, любый мой. От кого он прячется? Почему?

– Ему угрожает опасность. Нам надо немедленно бежать отсюда.

– Бежать? – Липка провела рукой по щеке Хейдина. – А на кого я хозяйство оставлю? Может, тебе померещилось просто?

– Нет. Тебе можно остаться тут. Опасность грозит Заряте. может быть, мне. Я увезу его в безопасное место.

– А где оно, такое место?

– Проклятье, ты права! – Хейдин стиснул кулаки так, что хрустнули суставы пальцев. – Почему Медж мне ничего не сказал? Я не знаю, как ему помочь.

– Не волнуйся. Ты слишком много вчера пережил. Это просто болезнь. Я вылечу Заряту.

– Хотел бы я тебе верить.

– Я женщина, – Липка сверкнула глазами, – а женщины обладают великой властью.

– Ты самая лучшая женщина из всех, – Хейдин подкрепил свои слова долгим поцелуем.

– Ты защитил меня, сокол мой. Защитишь и его!

– Защищу, моя соколица.

Липка вернулась к своим травам. Хейдин посмотрел на Заряту, еще раз попробовал мысленно поговорить с ним.

– Хотя бы скажи мне, что это за всадник! – вопрошал Хейдин. – Кто он, откуда, кто его послал? Почему ты так боишься его? Я вижу опасность, я чувствую ее, но не знаю, что мне делать. Ты молчишь, принц. Не молчи, ответь мне. Сейчас наши жизни зависят от того, что ты скажешь.

Ничего. Молчание. Потом – пустота. И странный образ; будто взгляд ребенка, смотрящего из укрытия.

– Принц, ты спрятался, так?

Я никогда не смогу больше с ним поговорить, подумал Хейдин. Я напрасно теряю время. Осталось только надеяться на то, что произойдет нечто, о чем я пока даже не подозреваю. А пока я буду делать то, для чего был послан в этот мир. Я буду защищать принца. Даже если бедняжка никогда больше не проснется. Даже если гриф уже распростер над ним свои крылья. Ведь он назвал меня своим отцом. И это уже не игра.