Звезда конструктора - Виталий Башун

– Ну что ж, молодой человек. Чтобы долго не мучить вас, предлагаю выбрать заготовку и изобразить на ней что-нибудь.

– А что именно? – признаться, я уже и забыл, что мы там делали в свое время на первом курсе.

– Да что угодно. Что умеете, то и изобразите. А я посмотрю, чему вы у меня научились.

Кажется, мы делали тогда что-то простенькое. Светлячок или звоночек… не помню. Ну, пусть будет звоночек со светлячком. Что-нибудь, да подойдет. Откровенно говоря, мне уже надоело ломать комедию, тем более что разоблачение ничем уже мне не грозило. Если к тому же попросить коллегу – а маг магу, невзирая на ранги, все равно коллега – не рассказывать про меня. Стоврус говорил о Робике как о честном и добром человеке, поэтому, думаю, можно рискнуть и открыться.

Я взял первую попавшуюся заготовку, быстро сформировал магему, фонтанирующую разноцветными светлячками под хрустальный перезвон колокольчиков, и импульсным методом внедрил ее в дощечку. Не забыл выжечь пиктограмму активации и через пять минут протянул результат преподавателю. Тот удивленно оторвался от фолианта, который начал читать сразу, как только я пошел к столу с заготовками, посмотрел на меня неодобрительно и, пробормотав что-то вроде: «Я так и знал. Ничего в этой пустой голове не осталось. Одни девушки и выпивка», – всмотрелся в дощечку.

Магом он оказался действительно знающим и талантливым. Чтобы перейти на магическое зрение, распознать, что я там накрутил, и проверить работоспособность, ему потребовалось не более двух минут.

– Та-а-ак, молодой человек. И что это значит? Подменить дощечку вы не могли – я за этим внимательно следил, и пусть вас не смущает книга. Опыт, знаете ли. Значит, сделали вы ее прямо здесь. Но то, что вы сделали, – это не уровень первокурсника. Скорее квалифицированного подмастерья или даже мага-конструктора. Кто вы такой?

– Я очень вас прошу, ньор Робик, никому не рассказывать. Дело в том, что я действительно маг-конструктор, а в мантию первокурсника переоделся для того, чтобы попасть в библиотеку академии.

– То есть вам понадобилась наша библиотека и для этого вы нарядились в сей маскарадный костюм? Вы по жизни – жмот и каждую медяшку гвоздями к стенке приколачиваете? Хотя мантия выглядит новой… Хм. Неужели вы здорово потратились, чтобы сэкономить десяток медяшек? Странно это. Не находите?

– Я не могу рассказать обо всех обстоятельствах… Эту мантию я одолжил. Как и сумку. Мне просто очень надо в библиотеку. Было надо.

– Теперь, значит, не надо?

– Нет. Не надо. Мне одолжили и книгу…

– Стало быть, вы нуждаетесь в деньгах, а работу найти не можете. Можете не рассказывать о причинах. Я не хочу о них знать. Про черные списки наших промышленников слышал от тех, кто имел несчастье в них попасть, и потому прекрасно вас понимаю. Не хотите место на кафедре? Два золотых в месяц, лаборатория фактически в вашем распоряжении и премии за выполненную работу…

– А работать предстоит, я так понимаю, на «дядю» высокого ранга, – не удержался я, чтобы не съязвить. Все-таки бессонная ночь и нервотрепка сказались на мне не лучшим образом. – Ему доход от моих мозгов, а мне объедки с барского стола? Если кто-то привык так жить, то я – нет.

– Теперь я понимаю, за что ты мог попасть в черный список, – Робик все же обиделся, раз перешел на «ты». – Что ты можешь знать про объедки, мальчишка? Что ты понимаешь?

– Конечно, куда уж мне, пацану, против ажно самого грандмастера. Видел я, как обходятся с молодыми конструкторами. Просто воруют их труд и выдают за свой.

– Это где ж ты такое видел, если это не секрет и не твои собственные фантазии?

Я пересказал разговор с ограбленным парнем и историю Лосоргора о случае с изобретением сшивателя ран.

– По первому случаю врать не буду. Не знаю. К сожалению, такое бывает, и бывает значительно чаще, чем хотелось бы. А вот по второму случаю скажу так. Практически все было иначе. Тот выпускник сам! Сам пришел к грандмастеру и попросил о помощи, потому что молодому специалисту, без опыта, без имени, трудно пробиться через бюрократию патентного бюро. Грандмастер оказал парню реальную помощь как в доводке амулета, так и в патентовании. Разумеется, не за просто так. Он, словно таран, пробил дорогу изобретению, которое без его помощи еще долго не увидело бы свет. С тех пор они работают в связке. Парень имеет очень неплохой доход с продаж и уже давно сам грандмастер, но их сотрудничество… подчеркиваю, сотрудничество! – очень даже взаимовыгодное, продолжается до сих пор.

– Откуда вы-то знаете?

– Знаю. Потому что я и есть тот парень.

Я заново оглядел Робика: крупный мужчина с мощными плечами, бычьим загривком, крупным носом и добрыми смеющимися глазами. Ни в черной бороде, ни в пышных усах, ни в шевелюре я не заметил седины и растерянно промямлил:

– Но ведь дело было больше пятидесяти лет назад…

– Эх, молодо-зелено! Тебе не говорили, что маги живут гораздо дольше обычных людей?

Я кивнул. Говорили еще на первом курсе, но все как-то не верилось.

– Постоянная работа с магической энергией так нормализует работу систем организма, что со временем никакие болезни не страшны. Да и, – он подмигнул, – с эмпатами-целителями, также со временем, у нас заводятся довольно тесные контакты и даже дружба.

– Но почему же тот старичок до сих пор считает, что вас тогда вынудили отдать изобретение грандмастеру?

– А-а… профессор? Он до сих пор меня жалеет и не хочет слушать никаких доводов. Считает, что таким способом я его успокаиваю, а на самом деле страдаю, не имея ничего за свой труд. Я уже устал его переубеждать. Короче, молодой человек. Судя по тому, как вы справились с заданием, вы мне очень подходите. Есть у меня парочка идей, которые руки не доходят реализовать. Обещаю, будет интересно. А пока думайте, думайте и еще раз думайте.

Домой я притащился уже в полдень. Меня ждал встревоженный дедушка У, однако укорять не стал. Дела жреца – это его дела, и никто не вправе ему указывать. В том числе и когда приходить домой. Вот только Лю ушла на учебу сильно обеспокоенная. Но ничего. Вернется – узнает, что все в порядке, и успокоится.

Я рассказал ювелиру о своей квартире и для чего она мне нужна. Поведал о вечеринке, с которой не смог уйти, и старик, во избежание подобных случаев в дальнейшем, предложил мне целиком перебраться к нему в дом.

– Зачем тебе съемная квартира, когда ты и отсюда сможешь уходить (и приходить) незаметно в любом облике? А уж не в своем даже еще проще – мало ли покупателей заходит в лавку? Кто их рассматривает?

Я согласился с доводами хранителя, написал записку домовладельцу, и старик обещал направить туда парочку гоблинов его клана забрать вещи.

Силора торопилась в училище. Она опаздывала, но из ее головы упрямо не хотел уходить образ этого Гара. Где же она могла его видеть? Может быть, действительно мелькал в толпе перваков. Однако… однако интуиция подсказывала ей, что не там она его видела. Но тогда где?