Маска для канцлера - Ольга Валентеева

— Рассказывай. Кто тот парень, с которым я тебя вчера встретила?

— Это… — Я печально улыбнулась. — Это Эдмонд Фердинанд Лауэр, канцлер Виардани.

— Шутишь? — рассмеялась Сиана. — Откуда бы он здесь взялся?

— Не шучу.

Смех оборвался.

— Лесса, ты что? — Сиана вглядывалась в мое лицо. — Что вообще произошло?

— Я расскажу. Только ты не перебивай, хорошо? Все вопросы потом.

И я рассказала. Путаясь, едва подбирая слова. С самого начала — с позорного столба и храма Эдры, из которого попала в тело Эдмонда. Стоит отдать должное Сиане, она слушала молча. Лишь дрожала чашка в её ладонях. А когда я дошла до вчерашнего вечера, слезы покатились из глаз. Ничего не могла с ними поделать.

— Лесса! — Сиана отставила чашку и сжала мои руки. — Дорогая, не плачь! Это просто… невероятно. Ой, это что, получается, я Эдмонду рассказывала, какой он негодяй с этими его законами?

И Сиана густо покраснела.

— Ему, — кивнула я. — В тот момент я уже находилась в Адиаполе.

— И как он меня не придушил за такие речи!

— Не придушил бы. Он вообще не такой, как кажется. Хотя, после того, как он ушел, я уже и сама не знаю. Что мне делать?

— А знаешь, что? — Сиана подскочила на ноги. — Воспринимай это, как благо. У тебя есть время подумать и отдохнуть. И у твоего… канцлера оно есть. Он — мужчина. Пусть решает сам. Уверена, если ты ему не безразлична, он скоро появится.

— Думаешь? — растерянно спросила я.

— Конечно! А пока…

В двери снова забарабанили.

— Я сейчас, — Сиана поспешила открыть. Я поднялась и пошла за ней.

— Сианка! — влетела в комнату старушка-соседка. — У меня такие новости!

Учитывая, что в её возрасте она чуть ли не подпрыгивала на месте, а обычно передвигалась с клюкой, новости были действительно важные.

— Тетушка еще спит, — попыталась угомонить её Сиана, а я по-прежнему скрывалась в тени коридора, тайком наблюдая за происходящим в комнате. Не хотелось расспросов, ахов и охов.

— Тогда я тебе расскажу, а ты передай! Мой племяшка только что прибежал из ратуши. Его начальник полчаса назад получил магическое письмо от своей сестрицы из столицы. И знаешь, что она пишет?

— Что? — спросила Сиана.

— Канцлер Лауэр арестован! Допился народной кровушки, изверг. Король-то наш не таким уж глупым оказался, понял, что пригрел змею на груди.

— Арестован? — Я шагнула в комнату. — Как?

— Ой, Алессия! Отпустили?

— Помиловали, — пресекла дальнейшие расспросы. — Вы уверены в том, что говорите?

— Да чтоб мне провалиться, где стою, если лгу! — продолжала бушевать старушка. — Мой племянник лично слышал, как начальник говорил это заместителю. И ко мне прибежал. Надо торопиться, всем рассказать, а то скоро весь город и так знать будет, не поболтаешь.

И соседка вынеслась из дома Сианы с завидной прытью. А я ошеломленно опустилась на диван. Арестован? Почему? Из-за Шейлы? Больше причин нет. Но Эд её не убивал! Это я, я! Венден ведь знает. Тогда почему позволил его арестовать? Хочет избавиться? Не желает делить власть? Я запустила пальцы в волосы.

— Лесса? — Сиана испуганно окликнула меня. — Лесса, милая…

— Я должна ехать в Адиаполь, — подскочила с дивана. — Рассказать, что Эд ни в чем не виноват! Он эту Шейлу в глаза не видел.

— Это безумие, — Сиана вцепилась в мою руку. — Эдмонд справится и сам. А ты можешь пострадать. Лесса!

Но я её уже не слушала.

— Я пойду, — крепко обняла подругу. — Прости, что так мало побыла у тебя. Мне пора собираться.

— Лесса, пожалуйста…

— До встречи.

И убежала так же быстро, как старушка-соседка. Помчалась домой, влетела в комнату и принялась собирать вещи. На этот раз к поездке надо подойти обстоятельно. Достать все деньги, которые остались, пусть их и немного, Сиана забрала большую часть. Собрать травы, мази. Одежду по минимуму, но теплые вещи надо взять. Что еще?

— Лесса? — На пороге замер Феон. — Ты куда-то собираешься?

— Да, — ответила, чуть обернувшись. — Я только что узнала, что Эдмонда арестовали. За преступление, которого он не совершал. Поэтому мне надо в Адиаполь. Я докажу, что он не виноват.

— Арестован? — Феон, как и я полчаса ранее, не поверил своим ушам. — За что? Он ведь едва успел вернуться в Адиаполь.

Рассказать? Нет?

— Из-за меня, — ответила тихо. — Когда я только попала в тело Эдмонда, ко двору прибыла дочь правителя Затрии, Шейла. Король Венден заключил с ней помолвку. Но настоящей целью Шейлы было сблизиться с канцлером и его убить. Только ты ведь знаешь, у Эда особенная магия, и при покушении погибла сама Шейла, а я сбежала и отправилась вам навстречу. Затрия теперь, видимо, требует возмездия.

— Но король же должен понимать, что Эдмонд здесь ни при чем? — растерянно спросил Феон.

— Да, Венден знает, что в теле Эда была я. Однако, видно, это ничего не меняет. Поэтому я поеду в столицу и…

Что буду делать дальше, пока не знала. Признаюсь в убийстве Шейлы? Пойду к королю и буду требовать отпустить Эдмонда? Что угодно, лишь бы с ним все было в порядке.

— Я еду с тобой, — хмуро сказал Феон.

— Что? — Я чуть не выпустила из рук дорожный мешок.

— Я еду с тобой, и это не обсуждается. Только выехать придется завтра. Раз уж меня помиловали, есть возможность снять отцовские сбережения со счетов. Думаю, они нам пригодятся. И потом, у нас в Адиаполе есть дом, имущество никто не конфисковал. Так что тебе хотя бы будет, где жить. Пойду, скажу Конни.

Стоит ли говорить, что Констанса тоже не собиралась ждать нас в Каури? Да и я не знала, вернусь ли назад. Потому что в Каури меня больше ничего не держало, а там, в Адиаполе, осталась сама жизнь.

К счастью, Феон вернулся достаточно быстро, и его визит в банк прошел успешно. Тяжелее всего было убедить себя остаться ночевать в родном доме. Но погода окончательно испортилась, и выезжать в ночь казалось глупым. Я не спала до рассвета. Стоило сомкнуть глаза, как видела картины одна страшнее другой. В них Эдмонд погибал от рук палача или же падал, пронзенный вражеским мечом. Во мне говорил страх, и я не знала, что с ним делать. От отчаяния даже звала Тьму, но Эд был слишком далеко, чтобы та меня услышала. А когда до рассвета оставалось не более получаса, собрала еду на кухне и направилась в храм Эдры.

Казалось, что целая вечность отделяет меня от минуты, когда мы были здесь с Эдмондом. Тишина и покой, мягкий свет светильников, мудрая и понимающая улыбка богини.

— Пресветлая Эдра, — шептала я, опустившись на колени у статуи, — я знаю, ты не любишь Эдмонда. У тебя нет причин его любить. Но ты говорила, что благословила мою мать. За себя я не прошу. Помоги Эду. Пусть он сумеет доказать свою невиновность. И подскажи, что мне делать, чтобы ему помочь.