Маска для канцлера - Ольга Валентеева

— Тихо.

Эд заставил меня остановиться. Затем медленно сделал шаг, еще шаг. Полыхнула земля под ногами, и нас обдало взметнувшимися в воздух комьями, но они не принесли ощутимого вреда. Тем более, что от основного удара Эд меня закрыл. А затем рванулся вперед. Раздался вскрик, и я побежала за ним. Наша противница лежала на земле. Её фигуру окутывал свет, и под влиянием света она будто сгорала в невидимом огне. Рот, разинутый в крике, глаза навыкате.

— Кто тебя послал? — требовал ответа Эд. — Лесса, надави.

— Не могу, — я попятилась.

— Действуй, кому говорят!

«Тьма?»

«Хорошо».

Я склонилась над девушкой, призывая темную магию. Свет слегка угас, смешиваясь с Тьмой. И я чувствовала, как моей соседке это неприятно. Но девушка вдруг широко распахнула глаза.

— Затрия.

Догнали!

— Что им нужно? — Эдмонд ловко продолжал допрос.

— Ты…

— Лесса?

Я надавила сильнее.

Без тебя Виардани падет…

Внезапно стало холодно. Так холодно, что обхватила себя руками, забыв, где нахожусь и с кем. Будто ухнула в глубокий колодец.

— Лесса!

Девушке удалось вырваться. Из-за меня. Удар я ощутила всем телом. Смогла открыть глаза — только для того, чтобы увидеть, как Эд отлетел и ударился спиной о ближайшее дерево. А затем тело пронзила боль.

— Убью!

Голос принадлежал Эдмонду. А я стояла — вне плена плоти. И видела перед собой не Лессу Адано, а Эдмонда Лауэра. И его же тело у ног. Эд призвал свет — такой яркий, что ослепило бы, будь у меня глаза. Странно… Я умерла? Была на краю гибели? Чуть повернула голову — Тьма стояла рядом со мной. Только сейчас она выглядела иначе. Её запястья опутывали серебристые цепи. На металле виднелись магические печати. Судя по цвету, нанесены они были кровью. Значит, вот как Эдмонд её запечатал. Тьма была босиком. На этот раз — не тень, а будто бы живая женщина. Бледная, усталая. Она посмотрела на меня воспаленными глазами.

— Если он проиграет, нас не станет, — сказала тихо.

— Меня не станет, — поправила её. — У тебя ведь есть еще хранители.

— Такие, как эта? — Тьма ткнула пальцем в девушку, снова призвавшую монстров. — Знакомься, мой второй чертог. К счастью, мы лишены общества друг друга. Но сила-то на месте.

— Зачем она пришла?

— За Эдом, конечно. За его силой, которая станет прекрасным дополнением к её собственной.

Вот только Эд и не думал сдаваться. Он несся вперед, и света становилось все больше.

— Красивый, да? — сказала Тьма.

— Да, — признала я.

— Один из последних в своем роде.

Мы друг друга поняли. А затем я заметила Конни и Феона. Феон бросился на подмогу Эду, а Конни склонилась надо мной, закусила губу — затем подняла голову и встретилась со мной взглядом.

— Тебе надо вернуться, — сказала тихо и зашептала заклинание. Я почувствовала, как меня будто смело ветром, а в следующую минуту — тяжесть тела. Стало больно дышать, будто кто-то разрезал легкие на части. Больно!

Кто-то вскрикнул. Наверное, та девушка, которая сражалась с Эдом. А затем я ощутила, как тело наполняет новая сила. Тьма возвращалась к Тьме. Я будто ухнула в пропасть. Маленькая девочка в темной комнате. И там, в этой комнате, были обрывки голосов и звуков.

«Лесса, — говорила мама, которой я совсем не помнила, — нам придется ненадолго уехать. Будь умницей и слушайся бабушку».

«Лесса, — это уже отец, — я скоро вернусь, обещаю».

«Такое несчастье, — чужие голоса. — Бедная девочка, осталась одна».

«Не одна, — ответ бабушки. — У неё есть я».

«Лесса, — Эдмонд? — Потерпи, милая. Потерпи, слышишь? Скоро все закончится. Еще совсем чуть-чуть».

И его руки, гладящие мои волосы. Теплое дыхание на щеке. А затем меня подхватили на руки и куда-то понесли. Пламя? Наверное, мы вернулись на поляну. И руки Эда опустились на грудь, по телу разлилось тепло, залечивая раны.

«Прими меня, или умрешь», — это уже Тьма.

«Принимаю», — ответ Эдмонда, не мой. Как давно это было? Да, точно, когда Эд принял силу… Тьма говорила. А теперь её, Тьмы, стало больше, и я задыхалась от страха, что не смогу, не выдержу.

«Не бойся, Лесса. Я с тобой. Я знаю, что ты чувствуешь. Еще несколько дней, и ты распрощаешься с этим ощущением навсегда. Клянусь! Тьма останется страшным сном. А сейчас терпи. Слушай меня. Просто слушай».

И Эдмонд говорил со мной — мысленно. Кто говорил когда-то с ним, когда он решил, что сила Тьмы стоит его жизни и свободы? Я слушала голос, не различая слов. Он успокаивал. Заставлял забыть обо всем плохом. А затем я поняла, что лежу в объятиях Эда, и сразу стало легко и спокойно. Пока он рядом, ничего не случится.

«Поспи. А я постерегу твой сон. Ты мне веришь?»

«Тебе — верю. Если и верю, то только тебе».

И реальность меня покинула.