Звёздный камень - Шеннон Мессенджер

– Я к королю Димитару не пойду – и вовсе не потому, что мне до сих пор снятся кошмары о его железных трусах. Он потребовал встречи с Финтаном наедине.

– То есть Финтан действительно может попасть огру под горячую руку, – заметил Фитц.

– Даже не знаю. Если переговоры сорвутся, то мы скорее получим прожаренного огра, чем обезглавленного Финтана, – фыркнул Киф. – Но я думаю, что они будут действовать по принципу «враг моего врага – мой друг». Или «мой враг мне не враг, если он враг моего врага»?

– Я запуталась, – призналась Софи.

– Да, с логикой тут туго. Но я про то, что и «Незримые», и огры хотят избавиться от Совета. А теперь короля Димитара вынудили пойти на мирные переговоры, и он, видимо, отчаялся. Он должен понимать, что сможет одолеть Совет только с помощью «Незримых». У Старейшин явно есть всякие тайны, о которых Финтан знает, потому что сам был одним из них. И Финтан тоже понимает, что без огров не справится. Поэтому я думаю, что он предложит поделиться с ограми тайнами и предоставить им эльфийскую поддержку, если король Димитар поможет свергнуть Совет. А вот потом они пойдут друг против друга, и неизвестно, кто победит. Но это и неважно, потому что все уже будет кончено.

– Но ведь огры с «Незримыми» уже объединялись, чтобы распространить чуму? – спросил Фитц. – Вышло так себе.

– Да, но они не особо-то и сотрудничали, – напомнил Киф. – «Незримые» отсиживались в стороне и поручали ограм всю грязную работу, а те думали, что чумы хватит. Если бы они по-настоящему объединились, то все было бы по-другому.

– Ты считаешь, что Совет падет? – прошептала Софи.

– Да, считаю, – согласился Киф. – Не пойми меня неправильно – Старейшины безумно сильны. Я поразился, когда они напали на нас в Изгнании. Но они медлят. Не видят проблем. Боятся что-то решать. Посмотрите, как они поступили с чумой. Немного порасследовали, пару раз посовещались и… и все. Остановили ее мы – а Калле пришлось отдать ради этого жизнь.

Софи скрестила руки, чтобы не начать дергать ресницы. В мыслях всплыли лица Старейшин. Добрых. Жестоких. Надоедливых. Тех, кого она даже не знала.

Они не заслуживали смерти.

А Орели…

Едва Софи представила прекрасную Старейшину в руках огров – или «Незримых», – как ей захотелось вернуться в Этерналию и уговорить Совет залечь на дно.

Но спасет ли их это?

И что тогда решит остальной мир?

И в то же время, что будет, если Совет падет?

– Нужно их остановить, – заявила Софи.

Она не знала как. Но… они никогда не знали, что делать, но всегда справлялись.

– Вот она, наша родная и любимая уверенная Фостер! – воскликнул Киф. – Готов поспорить, у тебя уже тонна планов.

– Пока нет, – призналась Софи. – Предупреждать Совет бесполезно. Они просто скажут, что со всем разберутся.

Или хуже – они воспользуются возможностью и введут запреты, о которых говорила Орели.

– Может, «Черный лебедь» что-нибудь придумает, – протянул Фитц.

– Да, ведь у них столько чудных идей, как помочь Вайли, – парировала Софи.

– У тебя, случаем, не появились новые способности, которые разом решат все наши проблемы? – поинтересовался Киф у Софи.

– Нет, и я не понимаю, с чего ты решил, что они появятся. «Черный лебедь» бы вызвал их вместе с остальными.

– Ай, это же «Черный лебедь», – возразил Киф. – Они все делают по миллиону лет – и что б ты знала, я надеюсь на то, что ты фазисит. Просто представь, что можно провернуть с умением проходить сквозь стены.

– Может, подумаем над настоящим планом? – предложил Фитц. – И перестанем давить на Софи?

– Но Фостер постоянно что-нибудь придумывает. Просто нужно дать ее драгоценному мозгу секунду на размышления.

– А вот и нет. Я… – Софи замолчала, отвлекшись на пришедшую в голову бесформенную идею.

Киф ухмыльнулся.

– Вперед, Фостер. Удиви нас.

Она уставилась на черную слизь, текущую по песку.

– Это пока не весь план. Но огры с «Незримыми» и так плохо ладят, да? Может, мы немного подтолкнем их, сделаем так, чтобы они друг другу не доверяли?

– Видишь? – усмехнулся Киф. – Говорил же, ты справишься. Возможно, наши мечты исполнятся, и они заодно друг друга поубивают. Ну, что думаешь? Расскажем Димитару, что Финтан распускает сплетни о том, как плохо смотрится его зад в железных трусах? Или завалим спальню Финтана противными огрскими овощами, которые леди Каденс заставляла нас чистить на отработках? Как там они назывались? Цепенящие корнеплоды? И он такой: «О нет, Димитар, как ты посмел, это война!»

– Ты хоть знаешь, где у «Незримых» остальные убежища? – вздохнула Софи.

– Погоди, – вмешался Фитц. – Ты что, серьезно хочешь воплотить его планы?

– Нет, они безумные. Но если мы собираемся что-то придумать, то нужно знать, с чем работать: к кому можно подобраться, сколько у нас времени. Ты сможешь узнать, где и когда Финтан встретится с королем Димитаром? – спросила она Кифа. – Потому что если мы устроим что-нибудь во время переговоров, они оба решат, что оппонент подстроил западню.

– Я… не знаю. Я, как новичок в злодейских восстаниях, понял одно: лучше не задавать слишком много вопросов. И я пытался запастить ими, чтобы украсть тайники.

– Тайники – это, конечно, важно, – кивнула Софи, – но на них есть время. А мирные переговоры уже близко, и они точно встретятся до них.

– Ага, логично, – заметил Киф, стряхивая песок с плаща. – Посмотрим, может, заговорю про огров на следующем занятии по эмпатии. Вдруг Финтан так разозлится из-за провала с Вайли, что слегка мне откроется?

– Будь осторожен, – взмолилась Софи, все еще воображая огненное наказание. – Наши планы не стоят того, что с тобой сделают, если узнают, что ты нам помогаешь.

– Я справлюсь, – уверил ее Киф, склоняясь за камень, на который опирался, когда они пришли. Когда он выпрямился, в руках его было вонючее ведро, полное слизи. – Пойду я, пожалуй. Меня уже ждут на месте встречи.

– Думаю, теперь нужно связываться чаще, чем раз в день, – сказала Софи, вытаскивая простой синий кристалл. – Так тебе не придется снова сбегать. Когда ты можешь со мной говорить?

– На рассвете у меня завтрак, на закате – ужин, так что можем связываться утром или вечером. Или оба раза. Но только не сегодня ночью. У меня с Руем какая-то особая тренировка, а даже если ее не будет, стоит залечь на дно.

– Значит, завтра утром, – решила Софи, пытаясь не думать, как рано теперь придется вставать.

– Юху, Кифостер будут больше времени проводить вместе! Ты только не ревнуй, Фитцушка. Ты все равно нравишься ей больше – но однажды я возьму ее измором. Вот такой я пронырливый.

– Пронырливый, да не очень! – прорычал кто-то за их спинами.