Генерал-адмирал - Роман Злотников

— Да… размах. — Я спрыгнул с подножки вагона и покачал головой. Раскинувшаяся передо мной панорама впечатляла. Причем как размахом, так и убогостью. На пространстве в пару квадратных километров несколько тысяч человек отчаянно махали кайлами и лопатами, выкапывая котлованы, возводя насыпи для будущих внутризаводских и рудничных железнодорожных путей, перетаскивая землю, да не в тачках и носилках, а в чем-то вроде слинга, то есть куска материи, в котором в покинутое мною время продвинутые мамаши таскают детей. А вокруг, по окраинам стройки и увалам, виднелись тысячи… шалашей и просто навесов, между ними кое-где дымились костры.

— И что, они так все и спят в шалашах? — спросил я, поворачиваясь к Чичагову.

Дмитрий Николаевич огорченно покачал головой:

— Не все. У многих шалашей нет. Спят просто на земле. — Он виновато развел руками. — Я же вам докладывал — с лесом проблемы.

— Я давал команду решить вопрос, — зло рыкнул я.

— Его и решили. С топливом, — пояснил Чичагов. — Угля завезли достаточно. Каждой артели выдается месячная норма, достаточная для приготовления пищи. На обогрев они могут закупать его сами по льготной цене — двенадцать копеек пуд. Поверьте, это действительно немного — очень уж дорогая доставка… А вот для постройки бараков или тех же шалашей леса пока нет. Его рубят и сушат. Лесопильни же еще строятся, и поставки начнутся не ранее начала августа. Тогда же приступим к строительству бараков. — Чичагов помолчал. — Но тут вот какой момент. Надо решить, сколько и каких бараков ставить. На зиму нам эти люди не особенно нужны. Где-то с конца ноября и по начало апреля производить работы не будет никакой возможности.

Я посмотрел на архитектора:

— И откуда этот вопрос?

Чичагов недоуменно воззрился на меня, но затем его лицо прояснилось, и он понимающе кивнул. Да, похоже, уже успел привыкнуть к моим не слишком понятным в этом времени формулировкам. А вот я снова попал в лужу. Черт, вроде уже давно здесь, а всякие сленговые словечки, формулировки, термины все еще проскакивают. Слава богу, только при ближнем круге, который, похоже, посчитал, что выгода соратничества с великим князем намного превышает опасения по поводу некоторых его отступлений от классического образа аристократа и члена императорской фамилии, и потому решил молчать в тряпочку. Хотя удивленные взгляды в ответ на какой-нибудь очередной мой перл я все еще ловил.

— Ну, вы понимаете, в центральных губерниях подобный вопрос перед нами не стоял. Там по окончании работ артели возвращались к себе в деревни, а здесь до их деревень очень далеко.

— И что? — не понял я. — В чем вопрос-то?

Архитектор вздохнул:

— В этом решении есть и обратная сторона. Если объявить, что мы оставим зимовать только часть работников, то многие артели уйдут уже в начале сентября. А значит, темп работ снизится. Да и по весне основная масса доберется сюда в лучшем случае только в начале мая. А это опять же потери времени. Если же оставить всех, то несколько месяцев придется кормить их задаром.

— Ну почему же задаром? — Я пожал плечами. — Они же за лето заработают, вот и установим оплату за проживание. Но небольшую, только чтобы возместить затраты… — Тут я запнулся от пришедшей в голову идеи, как эти люди с достаточной пользой могут провести зимние месяцы. Да, сейчас-то тут стройка и мне вполне хватает неквалифицированной рабочей силы — землекопов, носильщиков и так далее, но ведь через пару лет начнет действовать производство. А на нем неквалифицированной рабочей силы понадобится гораздо меньше. Зато квалифицированная будет в большом дефиците…

— А где можно посмотреть проект барака?