Хаоспатрон - Вячеслав Шалыгин

– Ну, и чего? – спросил Прохоров, когда морпехи поняли, что мертвяки не намерены останавливаться, и начинают разбег, чтобы тоже перемахнуть через канал. – Будем помогать племянникам дяди Сэма? Или как?

– Пригнитесь! – крикнул Лунев и резко присел.

В тот же миг над головами матросов с низким, почти басовитым свистом пролетела одна из огромных птиц, круживших прежде высоко в небе. Хорошо, что возглас Андрея привлек всеобщее внимание, и все тоже присели. Впрочем, даже присев, бойцы не прекратили следить за воздушным охотником, поэтому сумели наконец рассмотреть его в деталях.

Первое, что поразило бойцов, это голова летающей твари. Она была покрыта мелкими перьями, но вместо клюва существо имело вполне узнаваемую собачью морду: удлиненную, с острыми клыками в оскаленной пасти и с влажным черным носом. И уши у твари имелись, правда, были прижаты. А крылья заканчивались тремя пальцами с острыми когтями. На первый взгляд, тварь больше походила на огромную летучую мышь, чем на птицу, но крылья не были перепончатыми, в отличие от летучих мышей, а из перьев, да и тело стервятников было покрыто перьями, и задние конечности выглядели вполне птичьими, и хвост напоминал орлиный.

– Бежать! – завопила Люся. – Бежать!

В этот миг американцы сумели выбраться на сушу и поднялись на ноги, чтобы продолжить бегство, но пролетевшая над головами морпехов невероятная зверь-птица оскалилась, затем широко раскрыла пасть и заверещала на пределе слышимости. Вернее, так можно было лишь предположить. Никаких звуков морпехи не услышали. Крик летающего чудовища услышал один из янки. Он схватился за голову и рухнул на колени. Из носа и ушей бойца потекла кровь, глаза закатились, и в следующую секунду он упал навзничь. Летающий охотник ушел на вираж, но ему на смену тут же пришел другой. Он начал кричать, еще пролетая над присевшими морпехами, но бойцы опять не услышали никаких звуков. Складывалось впечатление, что крик охотника, словно лазерный луч, направлен исключительно на одну цель и теперь этой целью был второй янки. Эффект от неслышного зрителям вопля чудовища был практически тот же, что и в первом случае. Кровь потекла у американца из носа и ушей, он конвульсивно дернулся и упал, уткнувшись лицом в пожухшую траву.

– Ой! – вскрикнул Гаврилов и начал прыгать на одной ноге. – Наступил на что-то!

– Гаврюха, ложись! – не своим голосом заорал Прохоров.

Гаврилов выполнил команду на отлично, да только третьего воздушного охотника его финт не обманул. От ультразвуковой атаки Гаврилова спасло лишь то, что огромная зверь-птица находилась уже слишком близко, чтобы кричать. Охотник просто сцапал матроса мощными лапами и, почти не напрягаясь, поднял его в воздух.

– Кабздец, – констатировал Прохоров, зачарованно наблюдая, как вниз летит свалившийся с ноги Гаврилова ботинок.

– Пацаны! – заорал Гаврилов.

– Люся! – крикнул Купер. – Стреляй!

– Нет! – Лунев махнул рукой. – Нельзя! Обоих в порошок!

– Па-ца-ны! – вопль Гаврилова стал просто истошным.

Зверь-птица тем временем осознала, что взяла ношу не по себе, но выпускать добычу из когтей все равно не спешила. Воздушный охотник резко снизился до трех-четырех метров и начал закладывать вираж, разворачиваясь в сторону леса. На выходе из виража, секунды через три, птица должна была пролететь как раз над Луневым и Люсей.

– Я не смогу! – Люся вскинула и тут же опустила оружие.

– Тогда я, – Андрей приготовил к бою тесак и начал разбег.

Затея выглядела безумной. Даже если бы Луневу удалось набрать приличную скорость, как высоко он сумел бы подпрыгнуть? Метра на два? Ну, еще вытянулся бы в струнку и вытянул руку с тесаком. Кого он смог бы достать? Гаврилова? Птицу точно не достал бы.

Слава богу, Лунева опередил кто-то другой. В тот момент, когда Андрей заорал, как безумный, и уже собрался оттолкнуться от земли, где-то вдалеке стукнул выстрел, из шеи твари полетели мелкие перья, воздушный охотник задергался, заклекотал, выпустил добычу из когтей и принялся часто и судорожно махать крыльями. Ни о какой траектории полета речь уже не шла. Летающая тварь неровным зигзагом улетела куда-то в сторону центра болота и совершила вынужденную посадку в зоне тумана.

Андрей тоже сменил направление, подбежал к Гаврилову и… вдруг понял, что стоит нос к носу со светящимся мертвяком. Авангард болотных существ уже перепрыгнул через канал и цепью двинулся на морпехов. Погибшие американцы почему-то не заинтересовали полупрозрачных существ. Может, потому, что мертвяки посчитали этих двоих несчастных законной добычей летающих Духов-охотников?

Один из «люминофоров» вышел как раз к месту падения Гаврилова. Лунев сначала оторопел, но уже в следующую секунду внутри у него что-то переключилось, и он увидел перед собой не пугающую нежить, а просто врага, от которого следует избавиться. Именно так, даже не победить, а просто избавиться. Как, например, от ядовитого, но бессильного перед толстой подошвой ботинка скорпиона.

Андрей резко махнул тесаком и буквально срубил противнику верхнюю часть головы. Тесак вряд ли был остро заточен, но крышку черепа мертвяку снес чисто. Повреждение, похоже, не показалось полупрозрачному серьезным, враг остался на ногах, но элемент неожиданности явно сыграл в пользу Лунева. Пока «люминофор» шевелил своими усеченными мозгами, силясь понять, что произошло и почему этот странный живой его не боится, Андрей успел уцепить Гаврилова за шиворот и оттащить на пару метров назад.

К сожалению, ни полупрозрачный, ни подруги подбитой невесть кем птицы не имели ни малейшего понятия о честном бое, признании противника победителем и отступлении. Дикие полуреальные существа и воевали дико – до конца. Да еще имели дурную привычку набрасываться гурьбой.

Как только Лунев оттащил Гаврилова, сверху спикировала еще одна зверь-птица. На этот раз она попыталась сцапать Андрея, но тот успел отмахнуться тесаком. В отличие от мертвяка, птица оказалась слепленной из довольно прочного теста. Тесак полоснул по лапе и с жалобным звоном сломался, видимо, не выдержав испытания когтями. Птица взмыла вверх, кувыркнулась и снова вошла в пике. Лунев между тем успел двинуть ногой в живот напирающему мертвяку и снова немного подтащил Гаврилова.

– Ложись! – звонко крикнула Люся Андрею прямо в ухо.

Откуда она взялась и почему надо было ложиться, когда в двух шагах находился поврежденный, но не поверженный «люминофор», Лунев не понял, но ничего выяснять не стал. Плюхнулся навзничь, тем более что для верности Люся сделала ему подсечку.

В следующий миг над ним пролетели сразу две большие птицы, а еще секундой позже рядом прозвучал выстрел. Люся стреляла воздушным охотникам вдогонку, а поскольку птицы летели в сторону канала, получилось, что прицелилась девушка вдвойне удачно. Пуля хаоспатрона превратила одного из летающих охотников в облако пыли как раз, когда зверь-птица пролетала над основной группой полупрозрачных существ, спешащих на помощь своему авангарду. Пыль опустилась на головы мертвякам, и сразу пять или шесть существ оплыли, как свечки, а затем тоже превратились в пыль, только не серую, как от зверь-птицы, а искрящуюся.