Михаил, Меч Господа. Книга 3. Рейд во спасение - Гай Юлий Орловский

Она кивнула, очень серьезная и правильная, несмотря на красные волосы и зеленые глаза.

– А почему пытались удрать эти?

– Значит, – сказал Азазель раздумчиво, – в отряде были те… или, точнее, при отряде, которые понимали важность миссии. Они обязаны были сразу со всех ног бежать сообщать о возникших помехах. Чтобы, понятно, там наверху успели принять дополнительные меры.

Обизат поинтересовалась деловито:

– Ты остановил?

– Но допросить не успел, – ответил Азазель хмуро. – Одного взял живым, но сволочь моментально покончила с собой. Что как бы настораживает, чтобы не сказать хуже. Хотя эта сверхсекретность только подтверждает, что направлены были сюда с тайной даже для жителей этой местности миссией. И даже для местных вождей кланов.

Михаил сказал раздраженно:

– Да что за миссия? Давай рассказывай! Мы уже здесь.

Азазель вздохнул, развел руками.

– Миссия достаточно неприятная. Хотя вообще-то кому как… В общем, им было велено вырезать всех жителей одной из деревень.

Обизат охнула, но смолчала, Михаил спросил тупо:

– Зачем?

– На самом деле, – пояснил Азазель, – приказано вырезать только младенцев от колыбели до года. Однако демоны не люди, такое покорно не примут, матери бросятся защищать детей, мужья помогут, а на помощь могут прибежать из соседних деревень… Вожди родов и клана не могут позволить людям даже Высших Лордов вот так убивать без оповещения мирных жителей своих сел. Тут же бросят в бой отряды телохранителей, соберут войска… Потому нужно было вырезать всех жителей тайком вместе с младенцами и тут же вернуться.

Михаил сказал в нетерпении:

– Понятно, потому отряд такой большой. Чтобы все сделать как можно скорее и без особого шума. Но… почему?

Азазель оглядел их очень серьезными глазами, вздохнул.

– Мир меняется… Да, трюизм. Везде меняется, даже здесь. По мелочи, по мелочи, а по-о-о-отом…

– Пришло время потома? – спросил Михаил.

Азазель взглянул по сторонам, снял со спины рюкзак и с облегчением уронил под ноги.

– Привал!.. Поспим, завтра день будет трудным.

Обизат сказала измученным голосом:

– Я не устала…

– Зато Мишка едва на ногах держится, – сказал Азазель. – Все, отдых, короткий перекус, короткий сон, с утра марш-бросок до цели.

– Какой цели?

Азазель сказал важно:

– Прибудем, все расскажу. А то вдруг Обизат засланная шпионка?

– Обизат, – сказал Михаил быстро. – Не убивай его, у него такое странное чувство юмора. Потом убьем.

Обизат, гневно раздувая красиво вырезанные ноздри, вдвинула кинжал обратно в ножны и надменно отвернулась. Михаил бросил на землю плащ, Обизат послушно легла, а когда Михаил опустился в двух шагах, вместе с плащом перебралась к нему ближе, устроилась, прижимаясь горячим телом, опустила голову ему на широкий бицепс.

Михаил застыл на мгновение, но вспомнил укоризненный взгляд Азазеля, осторожно накрыл ладонью ее плечо, узкое, горячее и плотное.

Обизат счастливо вздохнула и закрыла глаза. Через мгновение Михаил ощутил ее мирное и равномерное сопение. Задние лапки легонько дернулись, по ним пробежала дрожь, словно в испуге удирает от кого-то.

Он погладил по ее плечу, она перестала вздрагивать, счастливо вздохнула и, не просыпаясь, прижалась плотнее, словно щенок к большой и всемогущей маме, что все знает, все умеет и от всего спасет.

Утром он проснулся от немелодичного вжиканья, это Обизат села в сторонке и, вытащив оба клинка, любовно проверила острия обоих, лезвие одного любовно протерла тряпочкой, по другому с азартом водила точильным камешком.

Азазель вынул из рюкзака бутерброды, один подал Обизат. Она взяла без боязни, но с настороженностью, готовая отшвырнуть в любой момент, если он вдруг нападет или укусит за палец.

– Странный запах… Что это?

– Еда, – сообщил Азазель. – С ароматизаторами и красителями. Но есть можно. Смотри, Мишка ест!.. Правда, он все ест, доверчивый…